Попытка сбежать:«Ошибки прошлого»

Ужасная боль в животе, тошнота и рвота всю ночь мучили девушку. Эти дни всегда действовали на неё не очень хорошо, а ведь завтра первый день в университете. Как назло, хочется прийти красивой и самоуверенной, а в итоге в аудиторию ввалится существо с мешками под глазами, да ещё и с ужасной болью в животе. Уже полночь, обычно в это время к ней приходит Чонгук, чтобы проверить как она, а при возможности уснуть рядом с малышкой, но не сегодня. Через стенку всё прекрасно слышно. Их разделяла лишь бетонка, мешающая ощутить тепло. Он слышит, как ей плохо, но боится что-либо сделать, боится, что сорвётся. Да, днём грубый и непринуждённый, пытающийся избежать общения, а ночью закапывается в мысли, не дающие уснуть, задумываясь о проблемах. Сколько ненависти и любви он испытывает к ней одновременно, но так ведь не должно быть. Почему именно они должны стоять под прицелом автомата судьбы, что так хочет выстрелить в них, пытаясь разорвать их сердца на осколки? У Чонгука не раз возникали мысли о мести, ведь она сделала ему больно, пытаясь сбежать от проблем. В некой степени девушка помогла ему, ведь, кто знает, что было бы с парнем, если бы Хёна находилась рядом. Он пил каждую ночь снова и снова, да это уже вошло в привычку, а боль так и не улетучивалась. Чонгук мысленно рассуждает, что делать дальше, а лабиринт, из которого, как кажется, уже нет выхода, не даёт нормально вздохнуть. Так много вопросов, на которых возможно даже нет ответов. Услышав рвотный рефлекс, Чон решается принести сестре таблетку, чтобы хоть чем-то ей помочь, хотя буквально две недели назад он называл её «сукой» и обещал отомстить. Возможно, что это также входит в его планы, но на состояние здоровья сестры ему не наплевать. Он не тиран. — Хёна, ты как? Чонгук аккуратно открыл дверь, чтобы другие жители дома не проснулись, ну как жители… Только Юнги, ибо родители уже уехали. Зато, если разбудить на вид «милого братика», то ночью он свирепый зверь, который откусит любому ногу, если кто-то помешает ему мирному сну. Лили давно предлагала ему жить вместе, но он пока не решился, ибо хочет, чтобы его девушка ни в чём не нуждалась, поэтому хочет сам купить квартиру, которая почти в его руках и открыть собственное дело, которое не будет сильно парить ему мозги, как отцу. Его задача — пока что присматривать за родственниками, которые, как он представляет, имеют хорошие отношения между собой. Хёна вздрогнула от неожиданного появления Чона. Снова он видит её в таком ужасном виде, хотя, когда плохо, всё равно. — Держи, выпей. Парень протянул стакан холодной воды и таблетку, за которой Хёна даже подняться не могла. Не сказать, что Чон не был заботливым, он просто не любил проявлять её. Растрёпанный вид и плохое состояние сестры безумно волновали Чонгука, но он ничего не мог поделать. — Спасибо. Девушка тихо шепчет, зарываясь под одеяло. То ли стесняется, а может просто устала и хочет поспать, ведь завтра важный день. Чонгук тихо ухмыльнулся и уже хотел выйти, но девушка окликнула его, заставив вздрогнуть. По имени она не называла его уже давно, а её тихий голос заставлял сердце съёжиться, ведь так хотелось обнять сестрёнку и никуда не отпускать, но везде есть свои границы. Теперь даже типичное проявление братской любви казалось для него слишком запретным, ведь после того случая он даже боялся прикоснуться к ней. — Чонгук? — Мм? — Прошу, полежи со мной. Мне очень плохо и страшно. Словно умирающий котёнок, просила Хёна о помощи. Чонгук без каких-либо причин лёг рядом, обнимая девушку, что сейчас дрожала. Засыпать с ней уже стало привычкой для него, но не для Хёны. — Спи. Даже уснув вместе, они не обмолвились словами, которые так хотели сказать друг другу. Возможно, роль сейчас играет состояние здоровья сестры, поэтому объятия брата, словно лечили, но не помогали усмирить любовь и душевные раны. Всё рано или поздно должно закончится…

***

— Блядь, я проспала! Будильник не сработал, а вчерашнее ужасное состояние, словно ушло на второй план. Спасибо святой таблетке и брату, который помог преодолеть эту несносную боль. Двое братьев, которые сейчас завтракали, собираясь на работу, выпучили глаза, увидев кричащую на весь дом сестру, которая пыталась что-то найти. — Вы почему меня не разбудили, идиоты? — Тебе вчера было плохо, мы думали, что надо отдохнуть. Чонгук начал спокойно говорить, а Юнги просто ржал, давясь едой. — Мне нужно в университет. — Блядь, Чон, спаси! Юнги окончательно сошёл с ума, поэтому сейчас на вид открывалась невероятно смешная картинка. Чонгук сидит с вытаращенными глазами, смотря на злое существо, у которой вот-вот начнётся учеба, а старший брат продолжал ржать, как лошадь. — Хёна, сегодня первый день учебы по календарю — это верно, но также сегодня воскресенье. Чонгук пытался объяснить в чем дело, а девушка, видимо, до сих пор не понимала, что происходит. — В каком смысле? — Смысл в том, что завтра понедельник и тебе завтра на учёбу, мелкая. Юнги наконец-то смог договорить, а бесконечный смех закончился. — И хватит материться, мелкая. — Фух, я уже думала, что мне хана. — Это было бы мне хана от Лили, если бы я не разбудил тебя в универ, ибо она также положилась на меня и сказала следить за тобой. — Это получается я ещё на маникюр успею! — Пиздец, я в шоке с вас, девушки. Лили тоже уехала в салон. — Так, я позвоню ей, и она меня заберёт. — Ну вот, опять она у меня девушку забирает, — Юнги фыркнул, доедая омлет. — Завтра мы её не разбудим, — подмигнул Чон, после чего получил злобный шёпот со стороны сестрёнки. — Я все слышу!