Шон: Другие приключения

Утро. Петух, как обычно, кукарекает за окном, давая понять, что солнце уже встало. Лучи осторожно касаются ко всему до чего добираются, не исключением стал и огромный дом-интернат, где на самом деле не так много детей, как нам может показаться при виде этого здания. В нём с натяжкой всего около пятидесяти персон, даже учитывая то, что каждую неделю кого-то забирают или наоборот - приносят. Дом весь каменный снаружи, имеет два этажа. На крыше куча всяких дымоходов, аварийных выходов и маленькая холобудка, что включает в себя два места и двое ребят, сидящих в ней. Оба одного и того же возраста, роста и телосложения, но разной характеристики, ну и одежды, конечно. Один - одет в чёрную кофту поверх накинутой белой футболкой, в чёрных штанах и белых кроссовках, парень с голубыми глазами и с забавно кучерявой светлой шевелюрой, полный желания постоянного веселья, игнорируя все запреты и обстоятельства. И второй - являющийся противоположностью первого, следит за порядком, помогает директору, бывает занудой, но даже он может повеселиться, одет в жёлтую футболку с жилеткой поверх, в штаны цвета охры и тёмные кроссы, весь этот образ карих глаз и стопроцентного шатена дополняет синяя шапка, свисток на шее, напульсник в бело-синюю полоску на правой руке и с часами на левой. Эти двое знакомы ещё с детства. Когда они оба впервые попали сюда им было по несколько месяцев, и уже тогда воспитатели укладывали их рядом. Со временем они стали старше, но не менее любимыми всеми, ну почти всеми. Ведь у каждого есть какой-то враг, а у этих двоих - только общие, чисто коллективная неприязнь, но сейчас не об этом. Друзья мечтательным взглядом всматривались в небо, ожидая хоть чего-то от этой жизни. Сад, стоящий перед интернатом, не включал в себя больше одного дерева, что стояло по центру. Вокруг была лишь чисто зелёная травка. Вся эта местность, пятьдесят на пятьдесят, была огорожена невысоким каменным и зеленеющим забором. Недалеко находился лес, и где-то рядом есть озеро. Сейчас уже около пяти часов утра, а парниши ещё здесь. — Эй, Шон! Пора бы нам уже в койки, — один из них решился нарушить тишину, оборачиваясь к товарищу. — Да ладно тебе, Битц. Ещё немножко, — и тот блаженно разлёгся на коврике, подложив руки под голову. — Опять ты упрямишься! — с неохотой уставился на него. — И чего я ещё здесь нахожусь? — Ну ты же сам не хочешь уходить, — этот блондин с наглой ухмылкой даже не посмотрел в сторону другого. — Все эти твои правила и порядки, которым ты аля следуешь, мешают тебе наслаждаться жизнью. — Почему "аля"? Между прочим, я их не только исполняю, но и создаю. — Помогаешь создавать, — исправил того лежащий. — Ой, да ладно тебе, — кареглазый шуточно толкнул своего друга кулачком, тот недалеко скатился, и начался лёгкий смех. — Всё это, конечно, хорошо, но ты весь день будешь, как лунатик ходить из-за бессонницы, — шатен добивался своего. — Кто бы говорил. Сам, если не поспишь, как зомби выглядишь. И вообще, солнце уже встало, петух прокукарекал. Ты бы ещё позже напомнил о ночлеге. — Вообще-то, я твержу об этом всю ночь, и сейчас настаиваю, чтобы мы поспали ещё хотя бы два часа, пока все не проснулись, — Битцер встал. — Ой, ладно, — Шон, психанув, тоже встал и стряхнул с себя пыль. — Пошли, только не ной. — Хм, а ты редко соглашаешься, даже, когда знаешь, что я прав, — парень сложил руки крест-накрест и с победной улыбкой пошёл к выходу. — Эй! А подождать не хочешь? — Нет нужды. — Ну, я тебе сейчас... И ребята побежали к двери, пытаясь убить друг друга. Конечно не всерьёз. Широкий коридор расположился на пути к спальням. Окна, что находились с левой стороны от ребят, были полностью прикрыты шторами, из-за чего почти ничего не видно, но парней это не остановило. Они на цыпочках добрались к нужной двери и уже готовы были открыть, как... — Ранние пташки?! Мальчишки так перепугались, тем не менее, не закричали. В ту же секунду, они обернулись на звук. — Ох, Дяядя… - чем дольше Шон смотрел на мужчину, тем труднее ему было говорить. Мужчину лет так от сорока, Дядей называли только Шон и Битцер, для остальных он был сэр, учитель, директор, а иногда - товарищ воспитатель. Сам он довольно-таки рыжеватый, высокого роста, носит очки. Интернатом занялся пятнадцать лет назад, и всё то время он работал один, и только пять лет назад у него появились ещё два помощника: Мать Тимми (хозяюшка, отвечающая за еду, воду, ночлег и вообще удобства; живёт в интернате вместе с пятилетним Тимми) и Битцер (директор научил его всем подробностям руководства, когда ему было восемь лет, тот быстро схватил свою волну, из-за чего Дядя им гордился). Теперь он смотрит на двоих перепуганных детей с опущенными головами, а сам в свою очередь лишь слабо улыбнулся. — Дядь, а мы уже спать ложились. Ч-честно, — Шон пытался сложить хоть какую-то фразу ради отмазки, но он и так прекрасно знал, что это всё бессмысленно. — В пять часов утра? Да уж надо бы, — не таким грозным тоном ответил мужчина, после чего посмотрел на кареглазого. — А вот от тебя, Битцер, я больше всего расстроен. Ты же должен пример подавать, а не самим... — Мы больше так не будем, — шатен сделал попытку на помилование со стороны воспитателя. — Хех, конечно, не будете. Идите уже, оболтусы. И чтобы вас никто не видел. А то все подумают, что здесь у нас беспорядок. — Да, да, нас уже нет, — Шон быстро побежал в комнату, схватив за локоть Битцера. На самом деле Дядюшка очень любил этих парней, они ему были как сыновья, но он всячески старался этого не показывать, чтобы не было проблем с остальными. Мальчишки тоже чувствовали в нём ласку и опору, поэтому всегда отказывались от усыновления, хотя основная причина был не директор. Они сами ещё толком понять не могут, что именно их здесь держит, может со временем поймут. А сейчас лучше хоть чуть-чуть поспать, чтобы и вправду не быть лунатиком или зомби.