Записки черствого любовника (Diarios de un amante empedernido)

59.

Я вернулся. Я вернулся, Ирэн. Я дома. Не могу в это поверить. Близится что-то грандиозное. Да-да, я знаю, Мориарти мертв. Я сам это видел. Но тут что-то нечисто. У меня сейчас такая эйфория, не верится, что это все происходит со мной. Разве это не потрясающе? Там, на самолете, я увидел что-то… мне нужно очистить свой разум. Мне так хорошо, я вернулся. К Джону. К Мэри. К их будущей дочери. Знаешь, они отказались назвать ее моим именем! Глупцы. Думаю, что теперь у меня будет время убедить их в обратном. Это так здорово! Я хочу, чтобы ты была здесь. Я скучаю по тебе. Когда ты придешь ко мне (надеюсь, это случится скоро), мы хорошенько отпразднуем.

60.

Девочка. Я испытал эмоции, которые не испытывал раньше. Это… впечатляет. Этот ребенок такой требовательный. Хорошо, что мать и дочь чувствуют себя хорошо. Джон тоже в порядке, но все равно какой-то расстроенный. Он не переставал орать на меня в приемной, пока Мэри рожала. Но я не стал обращать на это внимания. Никогда не думал, что моя жизнь станет такой. Когда я увидел лицо девочки… мне вдруг стало очень приятно. Любопытно видеть настолько крошечное, невинное, хрупкое существо. Видеть и думать о том, кем оно станет, когда вырастит. Эта девчушка будет другой. Я защищу ее. Я хочу защитить его. Я сделаю для этого все. Я не могу и не хочу их разочаровывать.

61.

Я нашел письмо, оставленное тобою в пальто. Я не открывал его с самой Ковентри. Удивительно, как ты можешь изменить все буквально за день. Когда ты писала это, ты была уверена, что больше меня не увидишь. Это письмо наполнено горькими словами, которые не давали надежду ни на что. Однако, через пару дней я вышел из самолета, смотря на лицо Мориарти, транслируемое по всем экранам Лондона. И вот, я здесь, у себя дома, со своими делами и драгоценным ребенком, спящим вместе с отцом. Я здесь, вместе со всем, что у меня было, и теперь у меня есть нечто большее. Ты скучаешь по мне. Я сохраню это письмо, которое ты оставила в моем телефоне. Я не хочу бури в наших воспоминаниях. В конце концов, я все еще могу заставить тебя вернуться.