Сближение

      Машина угрожающе неслась по автостраде, рассекая свет встречных фар и дорожных фонарей. Чимин боялся даже голову повернуть в сторону спидометра – скорость уж точно запредельная. А еще за рулем слева сосредоточенно сидел Юнги и в таком состоянии его лучше не трогать. После пары крутых поворотов и рискованных обгонов младший окончательно вжался в кресло, чувствуя подступающую к горлу тошноту. - Хён…Может помедленнее, а? – чуть слышно прошептал Чимин. - Хочешь помедленней – высаживайся и иди пешком, - процедил Юнги, еще сильнее сжимая пальцами руль.       Ну вот… Зря это он согласился, чтобы Шуга отвез его в аэропорт. Будто бы других вариантов не было. Только вот менеджер заболел, а Джин-хён упетлял на какую-то очередную свиданку. А ему позарез надо было попасть на танцевальный мастер-класс в США, за который агентство уже выложило без малого две тысячи баксов. Оставалось еще такси, но об этом Чимин попросту не подумал. Он никогда особо не блистал своей думалкой, а в последнее время мозги вообще отказывались собираться в кучку.       Они с Юнги-хёном уже две недели не разговаривали после ссоры. Ничего особенного, такое и раньше часто случалось. Но в этот раз Чимина тревожил какой-то неприятный осадок. Он почувствовал себя старой игрушкой, которую вынесли на помойку, потому что дети выросли, да и вообще, зачем дома хлам накапливать. Никто, конечно, никого не выносил. Юнги всего лишь умело игнорил и отпускал саркастические замечания на любую реплику и приставания Пака, старательно делая вид, что ему все пофиг. Все уже должно было стать привычным, но Чимина все равно каждый раз коробило.       И еще коробило отсутствие близости. Может, это реально мелочь: две недели без секса, только он не мог без него. Несмотря на изнуряющие тренировки, тело постоянно ныло от желания. Приходилось уединяться в душе чуть ли не по несколько раз в день, терпеливо снося раздражение всех остальных, и торжественно обещая себе держать свои руки подальше от самого себя, а еще сходить в храм и очистить свои мысли от всяких там демонических суккубов… (О, это Намджун, как всегда, оставил свои заумные книжки в гостиной).       Зато Мин Юнги мог побить все рекорды шаолиньских монахов по целибату, преследуя при этом одну цель: довести Чимина до точки невозврата.       Нет, он определенно маньяк. С одурманивающей сладкой улыбочкой. Ну, не то чтобы совсем уж маньяк. Так, обычный такой себе псих с сезонными обострениями. И еще гений в музыке. В готовке. В вождении автомобиля. В сексе, в конце концов…       Снова эти пошлые мысли. Чимин помотал головой и понял, что уже бездну времени смотрит на длинные бледные пальцы с металлом колец на руле слева от него. На тонкие, почти синие вены, выступающие на запястьях. Эти руки могли играть с телом любовника так, что позавидовал бы любой композитор. Уж Пак-то в этом не раз убеждался. Чимин облизал внезапно пересохшие от нахлынувшего желания губы. Нет, Чимин, держи себя в руках. Сейчас, определенно, неподходящий момент. А с другой стороны, когда он будет подходящим? И ничего, что машина несется сейчас на невъебенной скорости и, может, окажется экспресс-доставкой на тот свет… В жизни ведь надо попробовать все, правда? Чимин отстегнул ремень: рисковать, так рисковать. Руки на автомате потянулись к пряжке ремня Юнги… - Эй, ты вообще конченный!? – заорал Юнги, кидая короткий взгляд на Чимина. Розововолосая макушка только больше приблизилась в ответ. – Пристегнись сейчас же, недоумок! Грубость еще больше распалила и без того обжигающее желание. Чимин почувствовал, что сдохнет, если сейчас же не воплотит задуманное. Пальцы уже уверенно расстегивали джинсы, проникая за кромку белья и поглаживая увеличивающийся орган. Хён тоже не робот и у него есть свои слабости. - Чимин… Я умоляю тебя… Прекрати, не сейчас… - Юнги с трудом выпускал воздух, чувствуя как слабеет позвоночник от теплой волны накатившего возбуждения. Он так сильно вцепился в руль, что костяшки пальцев стали еще бледнее. Попытался сбавить скорость, немного ослабляя давление ноги на педаль, что позволило Чимину стянуть его белье еще больше и полностью завладеть членом. Хён умоляет, ну надо же. Чертенята в голове танцевали одновременно канкан, стриптиз и все возможные пошлые танцы народов мира. Он лишь сильнее сжал член, наращивая темп поступательными движениями и опаляя дыханием покрасневшую головку.       Юнги начал терять контроль. Автомобиль вилял, чудом избежав нескольких аварийных ситуаций. Но Пака это не останавливало. Он уже почти полностью захватил ртом сочащийся смазкой член Юнги, насаживаясь все глубже и подрачивая пальчиками, а вибрация от машины и выбрасывающийся в кровь адреналин только усиливали ощущения. Мина совсем развезло, он с трудом удерживал на педалях размякшие ноги. Несколько раз выезжал на встречку, пытаясь сфокусировать расплывающийся от пота и похоти взгляд. - Твою мать, прекрати, иначе мы разобьемся к хуям! - уже вопит Мин, чуть ли не выпуская руль из рук, и черкает бампером по отбойнику. Сердце билось уже где-то в горле, а в ушах постоянно звенело. Чимин на секунду оторвался и облизал вспухшие, соленые от смазки губы. Его мутно-кошачий взгляд напоминал камикадзе: мол, ну и чего ты вопишь, хён? Умирать, так с удовольствием. Но Юнги абсолютно не хотел умирать из-за внезапного минета в машине. У него еще были другие планы на жизнь. Нескольких мгновений хватило, чтобы громадным усилием воли унять дрожь в пальцах и восстановить управление. Ближайший съезд с трассы уже был виден метров через пятьдесят. - Всего лишь 50 метров, - сказал себе Мин. – Соберись. Не обращай внимания на этого похотливого щенка.       Тем временем «похотливый щенок» продолжал своё темное дело. Пухлые губы буквально всасывали в себя яички, провоцируя несдержанный стон. Раскрасневшийся брюнет уже совсем не помнил как рывком преодолел последние метры до спасительной остановки. С усилием вывернул руль, съезжая в сторону. Тормоза оглушительно взвизгнули, Чимин неловко дернулся и прикусил Мину кожу в паху. А затем и язык себе. Так резко, что из глаз прыснули слезы, а рот забился металлическим привкусом крови.       Не давая отдышаться ни себе, ни Чимину, Юнги вплел липкие от пота пальцы в розовую шевелюру и дернул голову младшего на себя, слыша хруст позвонков. -Сучонок мелкий, я же прикончу тебя, - уже прорычал Мин, остервенело впиваясь в измазанные кровью губы. Их языки будто бы боролись за влияние в чужом рту, раз за разом то сплетаясь, то отталкиваясь. Если бы легкие Чимина не напомнили о необходимости глотка воздуха, он бы, вероятно, задохнулся от такого напора. Чимин слегка отстранился, игриво поглядывая на взмокшего от нервов и желания хёна. Откинул мокрые волосы с его лба, легкими движениями очертил скулу и подбородок, спустился к шее и расстегнул несколько пуговиц на мокрой рубашке, прижавшись, и медленно сцеловывал все еще катившиеся капли пота, доходя до ключиц.       Юнги млел от такой ласки, чувствуя, как внутри разворачивается новый виток желания. Отстегнул ремень безопасности и дрожащими пальцами стащил прилипшую к телу рубашку. Пуговицы рвались и со звоном куда-то отскакивали. Хорошо, что о штанах уже Чим позаботился, хотя лучше бы он сделал это в другой обстановке. Но умничать было неуместно. Чимин уже стащил с себя брюки с бельем и медленно себе надрачивал, краснея, как невинная барышня. -Убери руки, - рыкнул старший, отстраняя Чимина и почти невесомо касаясь возбужденной плоти. Все тело пронзило разрядом удовольствия. Чимин выпустил громкий стон и ,извиваясь на сидении, уже раздвинул ноги насколько позволяло пространство автомобиля. Хорошо, что новый внедорожник Юнги был достаточно просторным. У невысоких мужчин, наверное, особая страсть к большим машинам.       Юнги перекинул ногу, наваливаясь на Чимина всем телом и черкая ребрами. Чимин приподнялся, чтобы стащить с себя футболку, пока Мин выцеловывал родинки на шее. Пальцы продолжали двигать по члену и собирать смазку. Пак протяжно застонал, выгибаясь в пояснице и двигаясь навстречу движениям, пытаясь уловить темп. -Если хоть одна твоя капля спермы запачкает мою машину, ты будешь вылизывать ее языком так же, как и мой член, - низко прохрипел Юнги и тут же вошел в Чимина сразу тремя пальцами. Чимин захрипел от полноты ощущений и заерзал еще сильнее, насаживаясь на пальцы. -О, да ты не скучал без меня, как я вижу, – Мину окончательно сорвало крышу от податливости чужого тела. Он резко вошел на всю глубину, задыхаясь от жаркого обхвата мышц вокруг члена. Чимин с силой вбивался в него, пытаясь впустить еще глубже. Пальцы все больше впивались в чужую спину, коленки дрожали где-то внизу. Юнги входил размашистыми движениями почти до упора, шлепая яйцами по Чиминовой заднице. Сейчас его волновала только разрядка, хотелось сбросить все нервы и напряжение. Несколько раз он проехался по простате, отчего Чимин мелко задрожал и кончил с громким всхлипом, конвульсивно сжимая мышцы внутри. Юнги размазал белесую лужу на чужом животе и через пару толчков тоже кончил, накачивая младшего спермой.       Наконец, упал на Чимина, сгребая того в охапку и целуя в лоб. -Больше так не делай, хорошо? По крайней мере, когда мы на дороге. -Прости…Я испугался, что уеду в Америку и мы так и не помиримся. И ты меня бросишь. -Дурашка. На рейс мы уже опоздали, и бросать я тебя не собираюсь. Если,конечно, не будешь устраивать таких финтов старому человеку с поседевшими за пять минут волосами. -Точно,хён, - Чимин засмеялся и дернул за волосок. -Айщ, рано я тебя простил. Все-таки постарайся не запачкать сидение, - Мин аккуратно выскользнул и,приподняв Чимина, подстелил свою настрадавшуюся рубашку. – И дай мне во что-то переодеться. Чимин встал и засмеялся: - Мы оказались под самыми камерами, хён. - Надеюсь, мы немного разбавили полицейские будни. Но штраф платить будешь ты. И объясняться в агентстве, почему ты никуда не уехал, будешь тоже ты. И машину помыть не забудь, и чинить бампер тебе тоже придется.       Удовлетворенному Чимину было уже откровенно пофиг, что ему там придется. В нем разливалась блаженная теплота. Он зажмурился и с удовольствием потянулся, напоминая Чеширского кота, который объевшись сметанкой, решил закусить еще и колбаской.