циклон

« halsey — hurricane »

      большие города ничем не отличаются от маленьких, если только количеством пустых людей, которые не знают и не могут найти своего предназначения в этом мире. каждое утро они просыпаются с мыслью, что именно сегодня всё изменится, но жизнь даёт им новые испытания, заставляя бороться до последнего.

ведь в бумажных городах и люди бумажные..

      дженни была хорошим другом, поэтому, когда друзья позвали её в один из полюбившихся клубов в бед-стае, она не смела отказать. не то чтобы она этого не хотела, как раз наоборот, предложение хорошо провести пятничный вечер было как раз кстати.       поэтому сейчас она сидела около барной стойки, уже в который раз прося бармена повторить, и с интересом изучала каждого, кто появлялся в поле её зрения.       душное помещение, вперемешку с яркими софитами, громкой музыкой и муравьиной толпой людей, создавали атмосферу непринуждённости, расслабленности и некой эйфории. люди приходят сюда либо напиться, либо найти себе партнёра но ночь. дженни же пришла сюда сделать и то, и другое.       ким никогда не вела правильный образ жизни, всячески ему вредила и её это ни капельки не волновало. все до сих пор считали её самой правильной и хорошей в компании. может это потому, что она и вправду сильно не разгонялась и кое-как следила за своей жизнью, а может и потому, что её друзья были уже алкоголики со стажем.

«i went down to a place in bed stuy

a little liquor on my lips»

      когда девушка почувствовала, что она уже достаточно пьяна, ноги сами понесли её на танц-пол в поисках спутника на ночь, ну или хотя бы развлечения на вечер. но она не знала, что сама является жертвой этого вечера и за ней уже целый час наблюдает пара тёмных, как смоль, глаз.       айэм в свои двадцать лет старался брать от жизни всё. благодаря своей миловидной внешности и врожденному обаянию список его половых партнеров пополнялся с внушительно пугающей скоростью. а количество вредных привычек никак не смущали уже не маленького, но ещё не взрослого парня.       и никто не догадывается, что он не всегда был таким испорченным. никто не знает, что раньше он не смел причинять кому-либо боль, как это делает, например, сейчас. жизнь заставила его перевоплотиться и познать новую, звериную сущность.       сеул — город возможностей, город мечта. именно там, в небольшой квартирке на окраине города, с родителями и восьмилетней сестрой жил шестнадцатилетний чангюн четыре года назад.       семья у них была не богатая, но и не бедствовала, хоть временами было и трудно. это была обычная корейская семья, где родители днями пропадали на работе, а дети же росли и воспитывались самостоятельно. всё было очень даже хорошо, всё шло своим чередом и они вроде как были счастливы, но в какой-то момент это закончилось.       родители считали возраст парня совсем юным, всегда его недооценивали и всегда думали, что он ещё не готов взросло мыслить и жить самостоятельно.       но этого возраста хватило, чтобы понять, что в семье что-то происходит, что-то нехорошее.       в один дождливый ноябрьский день парень вернулся домой со школы пораньше, не предупредив об этом взрослых, что было зря. уж лучше бы он и дальше оставался в неведении, чем застал своего отца в постели с молоденькой девушкой, скорее всего одной из его студенток — он ведь преподаватель.       слов тогда не было, парня настолько распирало в тот момент от ярости, что он не выдержал и ударил отца, разбивая тому нос в кровь. он поднял руку на отца, он сделал это, даже не смотря на собственные принципы. он даже не знал откуда у него было столько сил, просто когда он увидел эту полуголую девицу рядом с отцом, ему стало противно и тошно, что он сын такого человека.       после того как отец с болезненным стоном упал на кровать, чангюн выбежал из квартиры на сырую и холодную улицу, совсем забыв прихватить с собой куртку. в тот момент хотелось закурить, очень сильно, а потом напиться до беспамятства, чтобы забыть весь этот день страшным сном.       но парень не закурил, и тем более не напился. он до полуночи бродил по пустынным улочкам и закоулкам, обдумывая все, пока тело окончательно не озябло. возвращаться домой не хотелось совершенно, но ему просто напросто больше некуда было пойти.       в квартире не горел свет, скорее всего отец и сестра спят, а мать как обычно взяла ночную смену, чтобы заплатить вовремя за счета. ключей не было, так же как и телефона, поэтому попасть внутрь можно было только одним способом.       чангюн топтался на крыльце минут десять, после чего неуверенно нажал на звонок. послышались тяжелые шаги, дверь практически сразу же открыли и на пороге стоял он.       отец был в спортивных штанах и широкой футболке, лицо было сонное и помятое, он спал, даже не задумываясь, где бродит его сын. хм, а где же прежняя забота?       чангюн молча прошёл на кухню, стараясь не сорваться и снова не врезать этому мужику[отцом он уже его не считал], который также молча прошёл за ним и остановился в дверях.       диалог тогда у них был короткий, но и этого хватило, чтобы парень возненавидел его на всю оставшуюся жизнь.       — где ты был? — холодно спросил отец.       — я думал, кроме той шлюхи тебя никто не волнует, — с такой же холодностью ответил парень, не следя за своими словами.       мужчина быстрым шагом направился к сыну, хватая того за ворот тонкого свитера и с силой притягивая ближе к себе, заглядывая в глаза. в его взгляде не было ничего, кроме раздражения и, может быть, капельки злости.       — ты ничего не понимаешь, щенок! — почти прорычал им старший, — и ты не можешь меня судить, это вообще не твоё дело!       — может это и не мое дело, но точно есть человек, который должен об этом знать, — почти спокойно проговорил айэм, на что рука отца на его свитере сжалась сильнее.       — ты не скажешь об этом матери!       — почему это? — неужели он и правда думал, что парень будет молчать?       — потому что её жалкое сердечко просто не выдержит и она откинется, — слова как будто ножом по сердцу, — а ты, мамочкин сынок, думаю, не хочешь этого, — на лице мужчины была ехидная улыбка, а чангюн же растерялся и не знал, что ответить, ведь он совсем забыл о болезни матери.       проходили месяцы, а чангюн молчал, стараясь меньше сталкиваться с отцом, что было практически невозможно. мужчина после того вечера совсем забыл о совести. он уже не стесняясь и не боясь, что сын может вернуться из школы, приводил своих любовниц домой, в то время как мать была на работе.       рассказать было нельзя, и сделать что-то тоже, поэтому приходилось только посильнее сжимать челюсть и молчать, все чаще и на дольше уходя из дома. Именно тогда парень связался не с той компанией и у него появились первые плохие привычки, хоть, как он думал, временные.       он часто слышал, как родители ругаются, но он точно знал, что мать ничего не знает о похождениях отца, ей просто некогда этого замечать. женщина, из-за постоянных ночных смен, очень сильно исхудала и вид у неё стал какой-то болезненный, из-за чего айэм ещё больше не хотел рисковать.       сестра ничего не замечала, ведь её забирали домой из школы в одно и тоже время, когда отец уже вдоволь удовлетворялся, спроваживал свою подружку и снова начинал играть любящего и порядочного отца.       но всё тайное всегда становится явью...       время шло, все с каждым днём становилось только хуже. у матери начали учащаться приступы, вид стал ещё более бледный и болезненный. айэму даже пришлось устроиться на работу, чтобы покупать лекарства, но и этого, оказывается, было мало.       — господин им? у вашей матери случился обширный приступ, она сейчас у нас в больнице, в очень критическом состоянии. приезжайте, срочно!       после того как позвонил лечащий врач матери, айэм сразу же сорвался с места, забывая даже о том, что он на уроке и нужно предупредить учителя. сейчас было не до этого, сейчас было важно только одно.       проведя возле реанимации оставшийся день и ночь, парень задремал в коридоре. разбудил его тихий голос врача, из-за чего он сразу же подпрыгнул и с надеждой взглянул на того. но по его взгляду и так было все понятно.       мать скончалась из-за сердечного приступа, её сердце просто напросто не выдержало. как оказалось позже, приступ случился из-за того, что когда она вернулась домой с работы раньше, она застала отца с любовницей и они начали очень сильно ругаться. ей стало плохо и она упала, после чего отец сразу же вызвал скорую.       чангюн не смог пережить смерти матери, поэтому, когда ему исполнилось восемнадцать, он собрал вещи, взял скопившиеся деньги и уехал в нью-йорк, начинать новую жизнь. отцу было все равно на сына, поэтому он с легкостью его отпустил, оставаясь в корее лишь с уже десятилетней дочерью.       именно там чангюн поменял имя, теперь все его называли айэмом. он снял маленькую комнатушку и устроился на работу, а через пару месяцев поступил в университет.       вроде все слаживалось неплохо, но жизнь уже была не та. развязный образ жизни, вредные привычки и никакого сожаления к окружающим настигли парня. это ситуация изменила его, теперь он не хотел никакой серьёзности, лишь пользовался глупостью и наивностью молодых девушек, причиняя им боль, как когда-то причинили ему.

«there's a place way down in bed stuy where a boy lives behind bricks he's got an eye for girls of eighteen and he turns them out like tricks»

      дженни он заметил впервые ещё два месяца назад, когда та, в сексуально облегающем платье, сидела около бара и утоляла свою боль в алкоголе, рыдая навзрыд. запоминающаяся картина, ничего не скажешь.       почему айэм так долго наблюдает за ней, когда мог бы взять её ещё тогда, когда она была в стельку пьяная? может, потому что он приглядывался и первоначально сомневался, стоит ли портить такое чудо. а может потому, что подбирал стопроцентный план подката, чтобы наверняка. а может просто выжидал чего-то. ответ на этот вопрос знает только он, и что-то подсказывает, что не все так просто, как кажется на первый взгляд.       а два месяца назад, когда дженни была готова умереть от нахлынувшей боли, она рассталась со своим любимым человеком. может это и глупо рыдать в восемнадцать лет из-за парня, но она тогда на самом деле поверила в любовь, такую нежную и беззаботную, до бабочек в животе и до дрожи в коленках.       только вот после этого случая её сердце стало холодное как лёд, а душа стала чернее ночной мглы. всего светлого и хорошего как будто и не было никогда. девушка перестала верить во все чувства, она начала вести непристойный образ жизни, её личная жизнь ограничивалась лишь одноразовыми ночными связями. она изменилась. только друзья остались прежними, которые до последнего верили, что где-то глубоко внутри в дженни есть ещё хоть капля того теплого, трепетного чувства — любви.       когда айэм заметил, что девушка уже полностью отдалась алкоголю, забывая про разум, и пошла танцевать, он решил действовать. он уверенно пробирался через не трезвую толпу людишек, которые так и норовили приблизиться друг другу как можно ближе.       он начал двигаться в такт музыки, все ближе приближаясь к девушке. обычные плавные движения переходили в более страстные, с каждой секундой парочка приближалась всё ближе, чувствовалось тепло разгоряченных тел. айэм терся рядом с дженни, легко касаясь её тела, а она же и не сопротивлялась.       девушка прижалась к парню всем телом, укладывая его руки к себе на талию. музыка становилась все медленнее, а движения наполнялись похотью. айэму это определённо нравилось. он блуждал руками по талии дженни, иногда рискуя опускать руки на ягодицы.       девушка повернулась, заглядывая в лицо своему партнёру. в её глазах не читалось ничего, кроме ярого желания, но было ещё что-то такое, что заставляло насторожиться. дженни обвила своими руками шею парня, приближаясь всё ближе к его лицу. когда их губы были совсем рядом, она снова заглянула в его глаза, пытаясь найти там что-то, но в миг отвела взгляд, впиваясь в его губы томным, полуживым поцелуем.       это длилось всего считанные секунды, но какие же прекрасные были эти секунды. айэм крепче сжал талию девушки, на что дженни лишь ближе притянула его к себе. в этом поцелуе не было главных, хоть значительную инициативу девушка брала на себя. она властно проникла в рот к парню своим языком, исследуя его, а он же и не сопротивлялся, все шло так как он хотел. поцелуй был настолько нежным, пылким и страстным одновременно, что через несколько мгновений им катастрофически стало не хватать воздуха.       поцелуй был наполнен страстью и похотью, в глазах обоих горели огоньки желания, а внутри сердце колотилось в бешеном ритме. в тот момент для них не существовала никого, они вообще были не в небольшом клубике на окраине района, они были в своем мире, где лишь они вдвоем. это определённо один из их лучших поцелуев.       дженни отстранилась, восстанавливая дыхание, а айэм смотрел непонимающим взглядом на неё, он жаждал продолжения. девушка снова приблизилась к его лицу, дыша прямо в губы.       — запомни этот поцелуй, сладкий, ведь ты больше никогда не прикоснёшься к этим губам.

i let him climb inside my body and held him captive in my kiss

      после этих слов дженни отошла от парня на приличное расстояние, кидая на него последний взгляд, после чего скрылась в толпе, как будто её здесь и не было.       айэм смотрел пустым взглядом ей в след, переваривая все, что сейчас произошло. в его жизни определённо произошло что-то, что перевернёт её с ног до головы, но он пока не осознавал этого. быть может, он попытается её найти, но почему-то ему перехотелось причинять боль этой девушке, а наоборот, захотелось защищать и оберегать что ли.       "он опасный парень, тебе стоит держаться от него подальше" — слова, которые стали причиной ухода дженни. эти слова ей как-то сказала подруга, когда дженни впервые увидела айэма, когда он заинтересовал её лишь одним своим взглядом. ей не раз твердили о том, что к нему лучше не приближаться и не доверять, но она не могла не попробовать его на вкус.       эти слова эхом раздавались в голове девушки все те разы, когда она видела айэма в клубе, когда хотелось подойти и взять, но она боролась с собой. он из тех парней, кто не меняется.       какую бы непристойную жизнь дженни не вела, она все ещё была хорошей девочкой, которая принадлежит лишь себе и никому больше.

i'm a wanderess i'm a one night stand don't belong to no city don't belong to no man i'm the violence in the pouring rain i'm a hurricane