Цветник под крышей

Иногда Фрейя забывает, каким очаровательным мерзавцем может быть ее брат, если чего-то хочет. Ей кажется, что семья Майклсонов за тысячу лет породила только несчетное количество врагов, и ей не справиться с их нашествием. Но всякий раз кто-то из ее родных уверенным движение руки извлекает из цилиндра фокусника то внезапного союзника, то старого любовника, то припрятанный могущественный артефакт. Хотя борьба с Пустотой все еще кажется Фрейе неисполнимым заданием. Она, Фрейя Майклсон - тысячелетняя ведьма семьи первых вампиров, ее мать была создательницей большинства современных заклинаний, остальные создала сестра ее матери, психованная фанатичка, воспитавшая саму Фрейю, а эта умершая тысячелетия назад девчонка справляется с ней смеясь. У Майклсонов кончаются идеи и силы. Но сдаваться нельзя, на кону жизнь ее племянницы, а для Майклсонов семья важнее всего. Помощь приходит с неожиданной стороны. Старый друг-враг Клауса платит, за оказанную ими в прошлом услугу, и присылает к ним визитера. Она и союзник, и бывшая любовница, и могущественный артефакт в одном лице. Ведьма-вампир. Первый еретик. Отклонение от всех правил природы, как и брат Фрейи, но все же иначе. Услышав о первой возлюбленной Стефана Сальваторе, Ребека на секунду морщится, но преданность семье выше любовных неурядиц, и через мгновение Бекс изображает из себя радушную хозяйку. Она тоже умеет нравится всем, если хочет этого. Фрейя все еще смотрит на свою семью с долей любопытства, они хоть и родные, но ей еще многое предстоит о них узнать, и она никому не позволит отнять у нее этого. Работать с Валери - одно удовольствие. Она сдержана, профессиональна и фанатично предана делу. Тулл колдует, как дышит. Пусть ей не достает силы, что бы быть равной Фрейе, но ее тип магии нечто совершенно иное, и она хорошо умеет работать сообща, а такого опыта Майклсон не хватает. В редких перерывах они чаще молчат, переводя дух. - Я сама вызвалась к вам поехать, - голос Валери на английском вместо вымерших языков звучит непривычно. - Любишь экстремальные развлечения? - Фрейя пытается разрядить обстановку подавляющей серьезности. - Не люблю быть третьей лишней, - морщится Тулл. - А этот Сальваторе куда больший ловелас, чем кажется, - Фрейя смеется, - на вид такой скромный парень. А сумел окрутить и тебя, и мою сестру, даже я прониклась шармом, хотя мы виделись всего пару минут. Плохой парень. - Плохой у них в семье - старший брат. - Валери качает головой в ответ на заинтересованность на лице Майклсон - Еще одна сложная семейная история, ты не хочешь знать. - Фрейя отмечает, как преображает острое лицо Валери улыбка, она становится солнечной, яркой. - А вообще, это из-за Хоуп. Дети - это как бы мой пунктик, я думаю, Стефан сказал. - Если честно, он был сдержан до нельзя. И, как джентльмен, не распространялся. - Да уж, он может быть джентльменом. Я так стала вампиром. Была ведьмой на побегушках у его матери, она тоже вампир, ты знала? - теперь уже Фрейя качает головой, надо же, бывают люди с не менее запутанными семейными историями, чем у Майклсонов, - Познакомилась со Стефаном, увлеклась, забеременела, скрывала от всех, но любовник его мамаши учуял, и избил меня до выкидыша, вот я и наложила на себя руки. Хотела утопиться. Не вышло. - То, с какой обыденностью Валери рассказывала свои кошмары впечатляет Фрейю. Она сама не замечает, как слезы сбегают по ее щекам. Ей так жаль и Валери, и себя, и Хоуп. - Ну, что ты, не плачь, не надо, я уже это отрыдала, я не хотела тебя расстроить. - Тулл гладит ее по руке. - Это я должна бы тебя утешать, - сквозь слезы Майклсон удается улыбнуться. - Просто... у меня тоже когда-то был ребенок. Я была, как ты сказала, ведьмой на побегушках. У собственной тетки, сестры моей матери. Она меня ей продала, обменяла на то, что родит еще детей. Тетка была могущественной ведьмой, мне до нее далеко. Она мечтала получить моего первенца, что бы собрать еще больше силы. А я так же, как ты - познакомилась, увлекалась, забеременела, а когда поняла, что нам не сбежать, все так и останемся у нее рабами, наложила на себя руки. Но, как оказалось, тетка меня от смерти защитила, а сына моего не смогла, умер, не родившись. А у меня не вышло. Валери смотрит на нее нечитаемым взглядом. Фрейю даже немного пугает то, как похожи их истории. - Я убила того вампира, - говорит Валери после паузы. - А я убила ту ведьму, - Фрейя не может сдержать улыбки, - а теперь нам время убить еще одну. Валери и Фрейя проводят вместе все время. Они обе переселились в колокольню. Спят тут, колдуют, заказывают еду с доставкой. Они не часто остаются одни, члены семейства Майклсон беспрерывно навещают то за одним, то за другим - защитное заклинание, заклинание поиска, амулеты, зелья. Но не забывают поинтересоваться здоровьем и самочувствием, к их чести. Фрейя медленно привыкает к своеобразной, но все же семейной заботе, принятой в этой сумасшедшей семейке. Валери говорит, что ей повезло - ее приемная семья распалась, как только погибла Сальваторе, остальные не сочли нужным прикидываться родными. - Нам нужна еще одна ведьма. Не хватает сил, - Валери категорична, но итог неутешительных попыток становится очевиден всем. - Так позволь мне позвать Винсента, - Фрейя уже предлагала этот вариант, но других ведем у нее на примете нет. - Ни в коем случае. Во-первых, Пустота на него влияет, она слишком хорошо его знает. Во-вторых, он ведьмак Нового Орлеана, это знакомая ей магия, и она в ней сильнее. А в-третьих, все местные ведьмы - некроманты. Я тебе уже говорила, мне это не нравится, они обращаются к умершим, приносят им жертвы, а те дают им силы. Это магия смерти, такой Пустоту не победить, - в деле Валери становится невероятно упряма, Фрейе это нравится. Ей нравится, как сурово сдвигаются у нее брови, и какой решимостью горят глаза, - Нам нужна другая ведьма. - И где мы ее возьмем? - В Остине. Я ее уже вычислила. Помнишь, ты говорила, что я - представитель уникального типа магии. Так вот она - тоже уникальный представитель своего типа магии. Как думаешь, твои братья осилят ее доставку? Братья Майклсон осилят что угодно, в этом Фрейя не сомневается.