ЖЕЛАННЫЙ

Когда Влад очнулся, он был в больничной палате. Рядом сидела мама. -Мама? - Влад отвернул голову к стене, - оставьте меня в покое. -Владик, что ты такое говоришь? - голос мамы резал сердце. -Как ты с матерью разговариваешь? Тебя явно мало пороли в детстве, - парень, услышав голос еще одного посетителя, которого он не видел, подскочил, неловко задев поставленную ему капельницу и сделав тем самым себе больно, - тебе, я смотрю, нравится по больницам валяться да заставлять людей волноваться. -Что? Ты здесь откуда? - голос парня предательски задрожал. Он закрыл свое лицо руками, - не смотри на меня! -Да я уже видел, в кого ты превратился, и все из-за кого?! Из-за какой-то бабы, которая и внимания твоего не стоит! Ты что себе напридумывал? - Володя уже перешел на крик. Люба соскочила со стула и уставилась на этого странного парня, которого беспрекословно все слушались. А теперь он еще и кричит на ее сына, которого она чуть не потеряла. Ей было непонятно, почему он решил уйти из жизни, но кричать на него? Это слишком! -Молодой человек! Я, конечно, очень благодарна вам за вашу помощь по спасению моего сына, но не могли бы вы не кричать на Владика! -Вот черт! Но не могли бы вы выйти, поскольку я собираюсь вправить ему мозги. У Любы глаза расширились от его наглости, но ответить она не успела, за нее ответил сын. -Какое право ты имеешь тут распоряжаться? Езжай в Питер и командуй своей Юлечкой. У Володи лицо перекосилось от гнева, но он взял себя в руки и язвительно ответил: -А ты, я смотрю, быстро в себя пришел. Наверное, решил нас просто попугать? Влад тут же сник и отвернулся к стене. -Думай, что хочешь, я, вообще, не понимаю, что ты здесь делаешь. -Ах, не знаешь? Ты хочешь, чтобы я при твоей матери тебе это популярно объяснил? Люба испуганно посмотрела на этого огромного красивого парня, который так угрожающе разговаривал с ее сыном, и почувствовала, что надо бы выйти, но, что, если он обидит Влада? В это время дверь в палату открылась, и вошли Сергей с Денисом. -Вы что-то так бурно обсуждаете! Может, пусть он придет в себя? - робко спросил Денис, но сжался под взглядом сердитого брата. Сергей, быстро разобравшись в данной обстановке, мягко заговорил с матерью друга: -Тетя Люба, давайте оставим их вдвоем, это все-таки начальник Влада, и он сможет его образумить, а то, вдруг, в следующий раз, когда он что-то задумает сделать с собой, мы не успеем? Люба сперва пошла следом за Сергеем, но на пороге палаты остановилась и хмуро глянула на Володю. -Я не уверена, что нам стоит их оставлять вдвоем, не лучше ли поговорить с Владом тебе? Он же всегда прислушивался к твоим словам. И пусть он и его начальник, но для Влада ты важнее, - при заключительных словах она повысила голос и вызывающе посмотрела на этого парня, который даже не смотрел на нее и, возможно, даже не слушал, о чем она говорит. -Мне бы тоже хотелось так думать, но это давно уже не так, - тихо, чтобы не услышал Володя, произнес Сергей. Но эффект был обратный, если на слова матери Влада он, вообще, не среагировал, то тихий шепот артиста вывел его из себя. -Сергей! Попридержи свой язык за зубами! Ты, вроде, собирался в коридор выйти, ну, так поспеши! Парень, почти подпрыгнув, рывком вытащил упирающуюся Любу в коридор. Следом за ними вышел Дени. -Пойдемте узнаем, когда Влада можно будет забрать. -А вы уверены, что их можно оставлять наедине? - Люба решительно развернулась к палате, но серьезные слова Сергея ее остановили. -Тетя Люба, поверьте, вам не нужно знать, как он вернет ему желание жить. Он именно за этим сюда прилетел. И вы сами знаете, если бы не он, говорить сейчас было бы не с кем. Женщина недоверчиво покосилась на палату, но пошла следом за парнями. Хоть ее материнское сердце и беспокоилось, но сейчас ей было не так тревожно, как вчера ночью. -Посмотри на меня! Мне плевать, как ты выглядишь, правда, твоя обросшая физиономия не возбуждает, - Володя усмехнулся при виде дернувшихся плеч, - я кому сказал! - рявкнул он. Влад подскочил на постели, и хоть и сел напротив блондина, в глаза ему по-прежнему не смотрел. Но Володю это не смущало. - Мне следовало давно уже тебе это сказать, может, тогда ты не делал бы всяких глупостей, доставляющих другим столько беспокойства. -Тебя никто не держит, можешь не беспокоиться обо мне и уезжать, - опять вскипел парень. -Правда? То есть ты не хочешь услышать, что я люблю тебя? И что меня совсем не интересуют ни Юли, ни Феди, ни еще кто-либо другой, кроме тебя? Значит, я могу уезжать? - Володя поднялся со стула, на котором сидел, но Влад схватил его за рукав и дрожащим голосом переспросил: -Что ты сейчас сказал? -Ну, я много чего сказал. Что именно ты не понял? - блондин сам волновался, но продолжал поддерживать насмешливый тон. -Прекрати издеваться, ты знаешь, о чем я спрашиваю! - у парня закапало из глаз. -А, ты опять про любовь спрашиваешь? Ну да, я тут подумал и решил, что, наверное, я тебя, возможно, если хорошо все взвесить, выходит, что я, как бы это сказать... -Прекрати! Решил поиздеваться? Я так больше не могу! - Влад опустил голову на колени, обхватив руками ноги, и зарыдал. Володя сел, обнял его и притянул к себе. -Ну какой же ты глупый, неужели так не видишь? Люблю я тебя. Никогда никого не любил, еще в детстве себе запретил это чувство, а ты влез в мое сердце! Еще и признания требуешь! Ну как, ты хочешь, чтобы я сознался и пошел к твоей матери просить твоей руки? - Влад замотал головой, вцепился в его рубашку и заревел еще громче. Володя уже просто целовал его макушку и гладил по спине, успокаивая и приговаривая, - ну успокойся, все хорошо. Не плачь, я рядом, я с тобой. В палату влетела Люба и остолбенела от увиденного, за ней следом вошли главврач клиники и Сергей с Денисом. -Смотрю, пациент ожил и чувствует себя прекрасно, - рассмеялся доктор, - можете забирать своего больного. Любовь - это именно то лекарство, что ему необходимо. -Что происходит? - не дав договорить врачу, взвизгнула женщина, и Влад, оторвавшись от плеча любимого, но так и не разжав руки, державшие рубашку, посмотрел на всех счастливыми глазами и выдал: -Мамочка, я уезжаю в Питер, - он перевел взгляд на Володю, - когда самолет? -Приведи себя в порядок и хоть один день проведи с матерью в адекватном состоянии. -Я, что, неадекватен? - нахмурился парень. Блондин ухмыльнулся и щелкнул его по носу. -Конечно. Ты за десять дней много с ней говорил? -Говорил, - недоумевал он по-прежнему. Тут засмеялись парни, наблюдавшие за диалогом двух влюбленных придурков. -Ага, оставьте меня в покое! Люба никак не могла взять в толк, почему ее сын плакал, ведь, он никогда этого не делал, и почему сейчас выглядит счастливым, несмотря ни на что? И этот парень! Почему он имеет над ее сыном такую власть? -Денис, забери наши вещи, пойдемте, раз нас никто не держит. Мы вам еще что-нибудь должны? - мужчина обратился к доктору. -Нет, того, что вы оплатили, более чем достаточно, - главврач явно был доволен. Люба покосилась на своего начальника. Спустя два дня, когда сын уже улетел, она узнала о круглой сумме, поступившей на счет клиники в тот день, когда спасали Владика. Однако сейчас ее сына несли на руках, словно малышку, и все эти парни вели себя так, будто так и должно быть. Доехав до дома, все вышли, но Володя развернулся и заявил, что едет в гостиницу. И Влад тут же испуганно воскликнул: -Что это значит, разве ты не останешься у нас? У нас есть, где спать. -Я же сказал, иди приводи себя в порядок, самолет в семь утра, в пять регистрация и завтра сразу на работу. -Меня, что, не уволили? Подожди, я сейчас быстро! - парень умоляюще посмотрел на блондина. -Я кому сказал пообщаться с матерью, - мужчина уже сердился, но говорил тихо. Однако Люба его услышала. -Может, прекратите спорить? Я не очень хорошо понимаю, что происходит, но, может, вы все-таки остановитесь у нас, а завтра утром все равно удобнее выезжать вместе, - но пока она все это говорила, сын потянул за руку упирающегося друга, а Денис с Сергеем, смеясь, вслед в голос сказали: -Ожил! И откуда силы взял? Любе ничего не оставалось, как пойти следом, глядя на непривычно радостного сына. Переступив порог, он понесся в ванную и выскочил оттуда минут через двадцать розовый, бритый, пахнущий какими-то экзотическими ароматами. Люба даже залюбовалась сыном. "И вправду, откуда силы, он же при смерти был?" Он забежал в свою комнату и опять за руку привел огромного, по меркам этой квартиры, Владимира на кухню. Усадил на свое любимое место и стал выставлять на стол все, что только смог найти в холодильнике. Володя без капли смущения засмеялся. -Что, ожил? Есть захотел? -А ты, разве, не хочешь? -Подождите, я хоть за хлебом сбегаю,- заволновалась женщина, думая, чем бы накормить двоих парней. Но ее опередил Виктор, вошедший без стука. -Эй, соседушка, ты чего тут своих гостей прячешь? Зина всех зовет, полный стол наготовила, - Люба облегченно вздохнула, - Владька, привет! Ты чего удумал? Мать расстроил, друзей переполошил. День добрый, - он протянул руку Володе, - Виктор. Пойдемте, у меня самогончик припасен. Вечер прошел в дискуссиях и политических дебатах. Владимир оказался очень умным и знающим политическую кухню человеком. Люба с Зиной не сводили с него глаз и даже к концу вечера стали им восхищаться. Смущало только поведение сына, который, поев, присел рядом с Володей на диван. Сперва он только следил за мужчиной, а потом заснул, положив голову ему на плечо. И тот привычным жестом обнял его и так просидел до вечера, а потом отнес в кровать, не позволив никому будить его. Со слов разговорчивого Дениса Люба поняла, что Влад не последний человек в их фирме и что его очень уважают. И что они дружат с университета, а Володя его брат. Но все равно это никак не объясняло поступок сына. Конечно, ее радовало, что с ним все обошлось, но какое-то беспокойство охватывало ее, когда она видела их вот так сидящими рядом друг с другом, ее смущали их красноречивые взгляды. Когда вечером все разошлись, а женщины остались прибрать посуду, к ним присоединился Витя и завел разговор, которого она боялась. -Любочка, тебе ничего странным не показалось? Она испуганно уставилась на него, боясь услышать продолжения, но тут на кухню вошел Сергей. -Батя, хватит языком чесать, иди ложись, ты сам вызвался нас отвезти, а сам еле на ногах стоишь. -Батя сказал, батя сделал! И Витя послушно пошел за сыном. Люба же, поняв, что продолжения не будет, облегченно вздохнула и, сославшись на головную боль, ушла к себе. Друг сына спал в комнате бабушки, а Влад сидел на своей постели, поджав ноги. Люба села рядом, и они немного посидели молча. Наконец, сын заговорил: -Прости меня, мам, я расстроил тебя. -Ты лучше скажи, что случилось? Тебя обидела или бросила девушка? Влад заглянул ей в лицо непонимающим взглядом. -Девушка? А, ты про слова Володи! Я просто дурак, все понял по-своему. Ты не забивай голову. -Что значит, не забивай? - Люба рассердилась, - я не видела тебя почти три года, и ты мне ничего не рассказываешь ни по телефону, ни по электронной почте. Потом приезжаешь весь расстроенный, пьешь эти таблетки! И после этого говоришь, не забивай голову? Влад, ты хоть понимаешь, что у меня никого больше нет, кроме тебя? Сын опустил голову на ее колени. -Мама, я бы очень хотел сказать тебе правду, но ты будешь расстраиваться еще больше. -Говори, прошу! Обещаю, я ни слова не скажу. Люба умоляюще смотрела на него в темноте. Сын поднялся, взял ее за плечи и, глядя ей в глаза, произнес: -Я люблю его. Мать вглядывалась в лицо сына, но ее сознание не принимало услышанное, и она замотала головой, пытаясь избавиться от назойливых мыслей. -Нет! Ты шутишь? - она обхватила голову, пытаясь руками заткнуть себе уши. Влад отпустил ее плечи и опять сел рядом. Они просидели так минут двадцать. Наконец, она решилась спросить: -Он заставил тебя? -Мама! Я всегда такой был. Понимаю, это неприятно узнать о собственном сыне, но это правда. -Ты же такой красивый! Тебя так любили девочки, - с надеждой сказала Люба, но горькая правда уже находила в памяти подтверждение. -Они любили меня, а я любил Сергея. И ты это знала. Не могла не знать. -Но я надеялась, это дружеская любовь, - Люба заплакала, и сын прижал ее к себе. Когда же она успокоилась, она спросила то, что сейчас волновало ее больше всего. -Он не обижает тебя? Он такой суровый! Ведь, это из-за него ты не хотел жить? -Из-за него, без него. Ты не переживай, он хоть и выглядит грубым, но очень ранимый и заботливый. Очень заботливый. Правда. Поверь. -Господи, но вы живете в таком городе. У вас же самый гомофобный мэр! Что, если о вас узнают? -Мам, ну мы же не ходим, держась за руки. О нас знают только самые близкие друзья. Влад, наконец, расслабился, раз зашел разговор о политике, значит, мама все-таки приняла его таким, какой он есть, и это очень его согревало. А еще согревали слова Володи. Больше он не позволит сомнениям разъедать его душу.