Как выяснилось позднее – моя задача заключалась в постановке танца для клипа Егора. Сейчас я, Тимати и непосредственно сам Крид обсуждали концепцию и примерную картину видеоклипа.
— Ты можешь толком объяснить, чего ты хочешь?! — не выдержала я, стараясь не закричать на певца.
— От тебя я хочу только чтобы ты отсюда исчезла. — Даже не посмотрев на меня, проговорил блондин.
— Ты даже не представляешь, насколько наши чувства взаимны, – прошипела я в ответ.
— Прекратили балаган и серьезно взялись за работу! – Поднял голос Тимати, — Егор, давай ещё раз, как ты видишь клип?
Булаткин принялся объяснять замысел, и я нехотя признала, что пусть он и придурок, но профессионал своего дела.
— Получается, я ставлю танец отдельно для тебя и отдельно для пары, правильно?
— В точку.
— Хорошо, идея мне нравится... – не успела я договорить, как Крид перебил меня.
— О, я очень счастлив! – с сарказмом воскликнул он. Я показала ему фак, и продолжила говорить.
— Пара уже есть? – спрашиваю, обращаясь больше к Тимати. Тот положительно кивнул и пообещал договориться о первой репетиции, как только танец будет готов.
— Отлично. Тогда я пойду в зал. – Юнусов кивнул, и я поспешила ретироваться.
***
Уже два часа пытаюсь поставить нужный танец, но у из-за отсутствия партнёра это кажется очень сложным. В конце концов, решаю просить помощи у Тимура, и тот договаривается с кем-то из своих знакомых, что тот мне поможет. Пока знакомый Тимати в пути, решаю спуститься в буфет и выпить кофе. Внизу встречаю Мишу, который погружен глубоко в свои мысли и судя по всему, сочинял новую песню.
Аккуратно стараюсь пройти мимо парня, чтобы не сбить его с мысли, но тот все равно замечает меня.
— Извини, не хотела тебе помешать.
–Неловко извиняюсь, с интересом заглядывая в блокнот.
— Ты совсем не помешала, в голову все равно ничего не идёт, – тяжело вздыхает Марвин.
— Можно посмотреть? – любопытно интересуюсь у парня.
— Конечно. – Миша протягивает мне записи, где небрежным почерком выведены строчки:
На тебя смотрят миллионы.
На тебя смотрят множество тысячи глаз.
О таких, как ты пишут романы,
И ты слышала это много не раз.
Яркие глаза, темная помада.
Комплименты ей лучшая награда...
— Хмм... Миш?
— Да?
— Ты не мог бы мне их пропеть?
Парень незамедлительно выполнил мою просьбу, а в моей голове возникли строчки, которые я несознательно произношу вслух.
— Быть для всех своей, большего не надо...
— Твой большой секрет будет мною разгадан. – Закончил за меня парень, и радуясь, прямо как ребенок, записал строчки в блокнот. — Катрин, ты моя спасительница, спасибо!
Я улыбнулась певцу и, пожелав удачи, вернулась в хореографический зал, где меня уже ждал мой партнёр.
— Привет, ты Катрин? – Киваю, — Очень приятно, Антон.
Мы пожали друг другу руки, и я начала объяснять ему задумку, а потом показала движения, которые уже были отработаны.
Работа потекла в нужном русле, и я наконец почувствовала удовольствие от нашего танца. Антон являлся действительно профессионалом, его движения были плавными, а поддержки крепкими. В течение рабочего процесса, мы старались как можно точнее передать переживания, описанные в песне и отразить главную ее суть.
В какой-то момент, я настолько забылась, что потеряла связь с окружающим миром и вернулась к тем воспоминаниям, что душили меня изнутри уже довольно долгое время. В стремлении выплеснуть нахлынувшие эмоции, я пропустила тот момент, когда в зал вошёл Булаткин и сидя на полу, наблюдал за нами, а потому совершенно случайно споткнулась об него и шлёпнулась рядом, больно ударившись спиной.
— Черт! – громко воскликнула я, приподнимаясь на ладонях.
Антон, как настоящий мужчина помог мне подняться, в отличии от блондина, который только и мог громко возмущаться.
— Ярославцева, у тебя откуда ноги растут?
— Из того места, где судя по всему у тебя находятся мозги. Я же не виновата, что ты под ногами мешаешься, какого черта ты тут вообще забыл?!
— Пришел посмотреть, не запортачила ли ты эту важную работу.
— Посмотрел? Можешь идти.
— Уйду, когда увижу работу целиком. –Твердо заявил Крид, тоном не терпящим возражений.
Тяжело вздохнув, я включила проигрыватель, и мы с Антоном снова повторили поставленные движения. Когда песня завершилась, мы выжидающе посмотрели на Егора, который, к моему удивлению, выглядел удовлетворённым.
— Ярославцева, ты, оказывается, не так безнадежна.
— Это комплимент? – Скептически поинтересовалась я. Но блондин проигнорировал мою реплику, и обратился к Антону с благодарностью.
Было решено завтра начать отрабатывать хореографию с парой, и договорившись о времени, парни ушли, а я решила остаться в зале и придумывать партию для Булаткина.
Отдаю себя работе без остатка, и через несколько часов у меня готов танец специально для Егора. В процессе успеваю задуматься о том, как у человека, с таким ужасным характером, могут рождаться такие прекрасные песни, но понимаю, что не имею ни малейшего желания размышлять об этом. Я вообще не хочу думать о Булаткине, поэтому и переключаюсь на более приятные мысли.
Когда я спустилась на первый этаж, был уже первый час ночи, и здание было совершенно пустым, за исключением охранника, которому я вернула ключ от зала. Уже собираясь уходить, замечаю, что в буфете до сих пор горит свет и решаю узнать, кто до сих пор работает.
Этим работягой оказался Миша, который так устал, что заснул прямо за рабочим столом. Чтобы не испугать певца, я аккуратно задеваю его по плечу, чтобы разбудить.
— Миш, просыпайся, – как можно тише прошептала я.
— Катрин? – заспанно поинтересовался Марвин. Он сел на диванчике и потёр слипшиеся глаза. В данный момент, парень, являвшийся кумиром миллионов, серьезным и состоятельным артистом, был похож на маленького и очень милого котёнка. Умилительное зрелище. — Сколько времени? – хрипло спрашивает брюнет.
— Уже час ночи. Ты все это время писал песню? – ужасаюсь я.
— Да. – Подтверждает парень, — Не хочешь послушать?
— Шутишь? Конечно хочу!
— Только идём в наверх, а то от этих стен меня уже тошнит.
Мы поднимаемся в
репетиционную ребят, и я испускаю вздох восхищения. Комната все заставлена музыкальными инструментами, идеально начищенными и наполированными. В моей голове сразу всплывают воспоминания трехлетней давности, отставляя в душе теплое чувство и легкий трепет.
С нереальным удовольствием пробегаюсь по клавишам синтезатора, и начинаю наигрывать лёгкую мелодию.
— Ты играешь? — удивлено спрашивает брюнет.
— Немного, – смущённо признаюсь я. — Кажется, ты обещал мне спеть. –Стараюсь отвести тему от себя.
В следующую секунду зал наполняется приятным голосом Миши, а сам певец поет, не сводя с меня глаз.
Песня настолько позитивная и энергичная, что невольно начинаю улыбаться и подтанцовывать сидя на стуле.
— Как тебе?
— Чудесно, — честно признаюсь я. – У меня в голове родилась мелодия, послушаешь? — Марвин кивает.
Воспроизвожу мелодию из своей головы на клавишах, а потом слышу, как Миша присоединяется ко мне на ударных и начинает подпевать.
Ты для всех открой себя, выделяйся смело.
Зажигай свои глаза в полной темноте.
Изучаю я тебя всю по миллиметру.
Ты танцуй-танцуй, ты танцуй только мне.
***
Утро подкралось незаметно. Проснулась я из-за того, что все тело затекло от неудобного положения. Мои ноги в полусогнутом состоянии лежали на диване, а голова покоилась на коленях Миши, который ещё мирно сопел, подложив руку пол голову. Нащупав рукой свой мобильник, чтобы посмотреть время, я обнаружила, что он разрядился, пришлось достать телефон Миши у него из кармана. Взглянув на часы, я резко вскочила. Было уже девять часов утра, как раз то самое время, на которое была назначена репетиция с парой для клипа.
Крид меня убьет.
Наплевав на внешний вид, выскакиваю из музыкального зала и со всех ног бегу в танцевальный. Пробегаю три этажа за минуту и уже буквально в 9:03 залетаю в нужную мне дверь.
— А где все?
— Репетицию перенесли на четыре, ты не знала? – Отвечает Крид. — Ну и видок у тебя, – ухмыляется он, — Что, у кого-то была бурная ночка?
— Тебя это не касается! – вспыхиваю я и скрываюсь в раздевалке, дабы привести себя в порядок.
***
— Неужели так сложно сделать хоть один раз без косяков!? Это элементарные движения!
— Я не виноват в том, что ты настолько бездарная, раз даже элементарным движениям не можешь научить. – Ровно произносит блондин, чем выводит меня из себя еще больше.
— О, зато ты у нас большой талант! Раз так сомневаешься в моих профессиональных навыках, то флаг тебе в руки, работай сам. – Выхожу из зала, нарочно громко хлопнув дверью.
— Истеричка! – слышится за дверью, но оставляю это без внимания.
Спускаюсь на первый этаж и встречаю Матвея со своей девушкой, которые, кажется, кого-то ищут.
— Катрин, хорошо что ты здесь! Мы как раз тебя искали. Знакомься, это Маша – моя невеста. Маш, это наш новый хореограф – Катрин. – Девушка тепло улыбается, и мы пожимаем друг - другу руки.
— Очень приятно, – отзываюсь я.
— Мне тоже, – отвечает она.
— Так зачем вы меня искали?
— Мы бы хотели попросить тебя поставить наш свадебный танец, как ты на это смотришь? – неловко переминаясь с ноги на ногу, спрашивает Мот.
— Я с удовольствием займусь этим.
— Правда? – недоверчиво
переспрашивает Мария.
— Да. – улыбаюсь ей.
— Спасибо огромное! – мы обмениваемся номерами телефонов и договариваемся встретиться завтра в кафе, чтобы обсудить детали. После этого ребята уходят, а я иду в буфет, чтобы купить бутылку воды и стаканчик бодрящего кофе.
По возвращению в зал, очень сильно удивляюсь, так как Булаткин до сих пор продолжает упорно репетировать тот кусок танца, который у него выходит из рук вон плохо. Это заставляет меня смягчится, и я тихонько подхожу к нему сзади, а затем аккуратно переставляю его руку в правильное положение. От прикосновения к певцу, по телу проноситься табун мурашек. Он странно на меня влияет и мне это совсем не нравится.
— Ты же знаешь, что это значит, Ярославцева? Ты ведь этого не допустишь, правда?
Почувствовав мое касание, тело Егора мгновенно напрягается, и он резко разворачивается ко мне. Не ожидав такого поворота, я оступаюсь и почти падаю, но сильные руки блондина не дают мне встретиться лицом с полом.
Словно завороженная смотрю в голубые глаза Егора, не в силах оторваться. Кажется, проходит целая вечность до того момента, как горячее дыхание певца опаляет мое лицо, а его мягкие губы страстно накрывают мои.