Юная анимаг

Завтра будет Хэллоуин и половина учеников бегают по школе в костюмах. Ученики разных курсов ждут праздника, даже учителя, все, кроме Снейпа. Для него 31 октября это день главной ошибки его жизни, смерти Лили. После войны Снейп спал редко, его мучили кошмары и зачастую он просыпался посреди ночи от собственного крика, но в ночь перед трагедией он и вовсе не мог сомкнуть глаз и каждое 30 октября после смерти любимой, он поднимался на Астрономическую башню, и в полном одиночестве проводил ночь, любуясь видом, что хоть как-то его отвлекало. И ночь в этом году не была исключением. Он знал, что наверху этой башни он найдет тишину и покой. После смерти Дамблдора сюда вообще никто не являлся, поэтому Снейп мог полностью погрузиться в свои переживания и свои мысли. Поэтому ровно в час ночи он появился наверху этой башни. Увидев его, Гермиона ушла как можно дальше в тень. Не хватало еще что бы профессор ее заметил, ведь скорее всего в таком случае он полетела бы с этой башни вниз. Поэтому забравшись в уголок, подальше от профессора, она тихонько наблюдала за ним своими маленькими глазками-бусинками. Спустя несколько часов ей надоело сидеть в укрытии башни, уже занималась заря, и она вылезла из него и пошагала по направлению к ступеням, но резко остановилась перед ними. Для роста такого зверька, лестница оказалась слишком крутой и спуск по ней предполагал перелом большинства костей в этом маленьком тельце. «Ну вот, похоже придется коротать свой век в этой башне, и умереть от голода и жажды. И зачем я сюда забралась? Какая я была глупая…» — Кто это тут у нас? — Гермиона услышала за своей спиной. «Ну вот, теперь я точно пропала!» Она попыталась убежать, но не успела. Снейп успел перехватить ее раньше. Он поднял ее на руки, на уровне лица и стал рассматривать. — А ты симпатичный зверек. — с легкой улыбкой изрек профессор, от чего у Гермионы округлились глаза. — Маленькая белая ласка. И как ты сюда забралась? Гермиона от страха и удивления совсем перестала шевелиться. — Какая ты пугливая… Снейп осторожно посадил ее на свое плечо и начал спускаться по лестнице. От такой высоты у Гермионы закружилась голова и, крепко вцепившись в профессорское плечо, она запустила свою мордочку в его длинные черные волосы. Как оказалось, от них очень приятно пахло пряностями и травами, от чего она быстро заснула, ослабила хватку и упала бы на пол, если бы профессор во время не взял ее на руки. — Что ж ты совсем не держишься? Маленькая соня. — улыбнувшись, сказал Снейп. — Так и назову тебя. Соня. «Всмысле назовет? Я что теперь, его собственность? Да как он может!» Гермиона повернула к нему свою мордочку и столкнулась со взглядом, который светился искренней заботой и добротой. Она никогда бы и не подумала, что Снейп может так на кого-то смотреть, а уж тем более на какого-то маленького бестолкового зверька. Поэтому она лишь прикрыла глазки и улеглась поудобней на его руке. — Я знал, что тебе понравится! — с неподдельным восторгом проговорил он. Кто бы мог подумать, что профессор может быть таким? С этого дня для Гермионы он открывался совсем с другой стороны, и вовсе не отталкивающей.