Юная анимаг

Наспех перевернув несколько страниц лапками и существенно порвав их, Гермиона повернулась к вошедшему Снейпу довольной мордочкой. Подойдя ближе, его изначально добродушный взгяд, сменился на злость. — Соня, что это такое? Гермиона, делая вид что не понимает, лишь потерлась об него головой. — Соня, так нельзя! — отойдя от нее, резким голосом, сказал Снейп. — Еще раз такое повторится и я вышвырну тебя из своих комнат! — на этих словах, он взял Гермиону за шкирку и небрежно бросил на пол. «Почему он такой злобный? Не понимает, что мне больно? И я ведь не специально…» Гермиона повернула к Снейпу свою обиженную мордочку. — И нечего на меня так смотреть. Мне это очень важно! — сказал он и стал убирать книги обратно, починив порванные страницы. Гермиона ушла в его спальню и села в дальний уголок, в надежде что он ее не станет трогать. Разобравшись с книгами, Снейп вернулся в свою спальню, и присев на кровать стал снимать мантию и сюртук. Оставшись в рубашке, он взмахом палочки убрал их в шкаф и взглядом отыскал Гермиону. — Ну прости… Не стоило мне так делать, но мне ведь правда дороги эти книги. Подойдя к ней, он взял Гермиону на руки, но та, поцарапав его руку, сразу же спрыгнула обратно. Снейп не ожидал от нее такого. «Ну вот Северус, молодец. Ты такой несносный, что даже зверек, и тот старается держаться от тебя подальше…» — подумал про себя профессор, и обреченно посмотрел на ласку, так словно она предала его. Грустно вздохнув, он отправился в ванную, и вернувшись из нее в спальных штанах, провел несколько раз вокруг своей спальни палочкой и лег на кровать. Спустя несколько минут он уснул и Гермиона тоже.

***

Гермиона проснулась посреди ночи от жутких, душераздирающих криков. Оглянувшись, она поняла, что крики исходят со стороны Снейпа. Подойдя к его кровати, она запрыгнула на нее и увидела Снейпа, кричащего и мечущегося во все стороны. Сначала она отпрянула от него, но взглянув в его лицо, искаженное от боли, ей вдруг стало так жаль его. Она поняла, что увидела слабым и беззащитным, казавшегося непробиваемым, профессора, ведь на самом деле он, как и остальные испытывал страх, но ему приходилось в несколько раз тяжелее чем остальным, ведь он не мог поделиться им с другими. Ему просто не с кем было делиться. В эту секунду Гермионе захотелось ему помочь и выслушать его душевную боль. Она легла ему на грудь и стала тереться об него, о его лицо, стараясь хоть как-то успокоить или разбудить. И ей удалось. Спустя несколько минут Снейп перестал кричать и проснулся. Первые несколько секунд он смотрел на Гермиону немигающим взглядом, а потом вдруг резко обнял ее и… заплакал. Да, так тихо, как плачут мужчины, так, что лишь слезы капающие из его глаз на шкуру ласки могли выдать его состояние. Гермиона была шокирована происходящим. Кто бы мог подумать, что профессор умеет плакать, да еще и прижимая к себе маленького пушистого зверька, как ребенок? Должно быть, если бы он узнал, что эта ласка, на самом деле совсем не зверек, он бы заавадил себя при первой же возможности. — И так каждую ночь — немного успокоившись, сказал профессор. — Я боюсь. Об этом никто никогда не знал, но я боюсь ночи, потому что боюсь спать, того что я вижу… И он поведал Гермионе обо всем, что видит в кошмарах. О своей смерти, о жутких пытках Темного Лорда, о той ужасной ночи в Годриковой впадине, когда нашел Лили мертвой, о своей юности и издевательствах отца, обо всем. — Да, это мое прошлое, которое не хочет меня отпускать и напоминает о себе по ночам… — после минутной паузы Снейп продолжил. — Никогда в жизни я никому еще так о себе не рассказывал. А оказывается, когда выговоришься гораздо легче. Что ж, я надеюсь что ты никому никогда не расскажешь о моей тайне, договорились? «Конечно. Клянусь. Никогда, профессор…» — подумала Гермиона, потрясенная до глубины души. В какой-то момент, ей захотелось даже кивнуть ему, но вовремя одумавшись, она лишь легонько потерлась о его подбородок. — Иногда, мне кажется, что ты все понимаешь… — задумавшись, сказал Снейп. — Хотя как такое может быть? На этих словах, закрыв глаза, он провалился в сон и первый раз, проспал до утра без кошмаров. А Гермиона до утра пролежала, думая о словах профессора. Он посвятил ее в свою тайну. Одну ее, из всего мира. Стало быть, они теперь друзья.