Юная анимаг

С вечера на Астрономической башне прошла неделя, но ничего необычного ни в поведении Гермионы, ни профессора, не наблюдалось. Только что она чаще стала ловить на себе его взгляды, отведенные в сторону, стоило ей поднять глаза. Хотя возможно, это разыгралось воображение влюбленной натуры. Пятница, началась с новостей о приближающемся Рождестве. Директор огласила план подготовки к празднику. В ближайшие 2 недели, замок должен был быть украшен, а через 4 недели, накануне праздника намечался Рождественский бал. Услышав такую новость, головы девчонок сразу заняла подготовка к торжеству: поиск нарядов, покупка подарков, а также подготовка своих кавалеров к празднику. Суетливо, они обсуждали между собой какой магазин посетить первым, какие туфли подобрать к платью, или какую магию применить для их изменения. Не волновались похоже только Гермиона и Джинни. Джинни уже давно была готова к Рождеству и подарки собиралась сделать своими руками, а Гермионе просто было это не интересно. Ее никогда не волновали праздники и наряды. Раньше, когда у нее была семья, она любила Рождество за то, как сближались они в это время. Гермиона возвращалась из Хогвартса к родителям, они дарили друг другу подарки, а мама с папой расспрашивали ее о волшебстве и мире магии, в который им было не дозволено попасть. Но после того, как родителей для нее не стало, праздник утратил все свое волшебство и перестал радовать ее своим наступлением. После сбора в Большом зале, ученики разошлись по урокам. Для Гермионы этот день прошел довольно спокойно. ЗоТИ в расписании не стояло, а за остальные уроки она и не волновалась. Странно было лишь то, что Драко до сих пор не появлялся на занятиях, вопреки ожиданиям Гермионы. После уроков, она снова пошла в свою излюбленную библиотеку. Хотелось отдохнуть от шума, навеянного сегодняшней новостью, почитать что-нибудь интересное и написать эссе по травологии. Но только она зашла, как все желания испарились, ведь за столом она увидела Драко, который пропадал вот уже несколько дней. Он сидел сгорбившись, уткнувшись в какую-то книгу, так, что отросшие волосы закрывали лицо. — Здравствуй, Драко! Где ты пропадал? Даже не предупредил, что куда-то исчезнешь. — с легкой улыбкой на губах заговорила Гермиона. Через несколько секунд, Драко поднял голову, и взглянул на нее. Выглядел он хуже чем обычно: волосы не светились белизной, зубы были плотно сомкнуты, под глазами залегли синяки, а в глазах читалось отчаяние и грусть. — Привет, Гермиона. — только ответил он. Улыбка тут же исчезла с лица девушки. — Что случилось? — Все нормально. — Я же вижу, что нет. Говори давай. — Грейнджер, отвали! Я не в настроении вести светские беседы. — Но Драко… Расскажи пожалуйста, может я смогу помочь… Малфой вонзил в нее свой злой взгляд. — Драко, мы же друзья… После этих слов, злость испарилась из его глаз, и в них читалось все то же отчаяние и смятение. — Ты не поможешь. — Почему? Если не узнаю, то точно не смогу. — Мой отец умер, вот почему! — на этих словах Драко резко встал из-за стола и собирался идти, но его удержала Гермиона, которая успела взять его за руку. Он открыл рот, что бы сказать пару «хороших» слов несносной Грейнджер и уйти восвояси, но та вдруг внезапно обняла его. С ним такого никогда не случалось, поэтому просто не зная что ответить, Драко стоял как вкопанный. Через несколько минут Гермиона отпустила его. — Я понимаю тебя, Малфой, и не собираюсь дать тебе сбежать. Если ты не забыл, моих родителей для меня больше нет. — Гермиона, ты не поймешь. Твои родители живы. — Ну так представь какого мне. Твой отец умер, а мои родители живут где-то далеко и не помнят обо мне. Они мне больше не близкие, хотя я люблю их и помню всё. У меня не осталось ни мамы, ни папы, а твоя мама жива, и находится рядом, пусть отца больше и нет. Повисло молчание. Через пару минут Драко заглянул в глаза Гермионе, в которых читалась боль. — Прости… — Все нормально, Малфой, я просто хотела тебе помочь. — И хватит называть меня по фамилии, Грейнджер! — Ну ты же по-другому не понимаешь, — Гермиона улыбнулась. — Все я понимаю… Они задержали друг на друге взгляд, и внезапно рассмеялись. Искренне и радостно, так, словно заботы разом покинули их. После этого они пробыли вместе еще пару часов, а затем, занялись своими делами. Впереди были выходные, поэтому Драко уехал к матери, а Гермиона осталась в библиотеке. В приподнятом настроении она, закончив эссе, принялась за чтение книги по «высшей трансфигурации».

***

Гермиона и не заметила, как прошло время, но главные часы Хогвартса пробили 10, время возвращения в спальни. Правило касалось всех, кроме педагогов и старост, дежуривших в ночь. Не смотря на то, что сегодня был не ее день, Гермиона осталась в библиотеке. До конца тома оставалось около 100 страниц (из 2,5 тысяч), которые она считала своим долгом дочитать. Тем более кто будет искать старосту после отбоя, да еще и перед выходными. Ей должно было хватить пол часа, что бы дочитать книгу, а потом вернуться в свою спальню. Такие планы были у Грейнджер на вечер, однако кое-что, а вернее кое-кто, помешал им сбыться. Когда Гермионе оставалось до конца книги страниц 20, она услышала чьи-то шаги, направлявшиеся в библиотеку. Быстро захлопнув книгу, и оставив ее на столе, она спряталась за стеллажом, надеясь, что незванный гость пройдёт мимо. Поздно она вспомнила, что оставила в книге эссе по травологии, ведь в тот момент, когда ее ошеломила эта мысль, из-за поворота вышел никто иной, как Северус Снейп. Шелестя своей мантией, он подошел точно к столу с книгой. Сегодня было его дежурство, и он решил проверить библиотеку. Подняв книгу, он прочитал название. «И кому из учеников придёт в голову читать такое? Не учебник, а пособие по утрамбовке мозгов чем только нужно и не нужно…» Только он собирался поставить книгу на полку, как эссе, заложенное вместо закладки, выпало из страниц. «Грейнджер… Ну теперь то понятно…» Не будь Снейп умным человеком, он бы ушел, прихватив эссе с собой, и продолжил бы дежурство, но с ним это не проходило. Профессор сразу же понял, что Грейнджер не спит, а находится где-то в библиотеке, скорее всего неподалеку. Поэтому, оставив эссе на столе, он сделал вид, будто ушел и что его не интересует, гуляющая ночью гриффиндорка, на деле, притаившись на некотором расстоянии от места действия. Спустя десяток минут, Гермиона почувствовала себя в безопасности и вышла из своего укрытия. Не было слышно чьего-либо дыхания или шороха мантии, поэтому она решила, что осталась одна. Открыв сумку, она положила в нее книгу и эссе. — Вы правда думали, что я так просто уйду, мисс Грейнджер? — прошептал голос, у самого уха Гермионы. Едва ли не подскочив от неожиданности, и сдержав крик, Гермиона медленно повернулась к профессору и резко отступила от него на шаг. В ее глазах читался страх. — Не думала. Но я и не думала, что вы будете так поступать. — Как же, мисс Грейнджер? — Пугать. Вы знаете профессор, война не прошла бесследно, и если бы моя палочка не находилась сейчас в сумке, то я точно запустила бы в вас проклятьем. — Хм… Не подумал… Простите… «Что?» — мелькнула мысль в голове Гермионы. — «Он что, извинился?». Она смотрела на него круглыми, от удивления, глазами. — Представьте, мисс Грейнджер, я не такой заносчивый, и не такой глупец, что бы не признавать своих ошибок. — горько усмехнувшись, добавил Снейп. — Кто вам давал право читать мои мысли, сэр?! Он лишь пожал плечами. Последовала пара безмолвных напряженных минут. — Уже слишком поздно, и я обязан проводить вас в башню Гриффиндора, так что собирайте свои монатки и идите за мной. — внезапно отрезал профессор. — Да, сэр… — ответила Гермиона, слегка удивленная такой сменой тона. Собрав вещи, Гермиона последовала за преподавателем. Дойдя до башни они остановились, не зная что сказать. — Что’ж идите… Надеюсь, больше не застану вас в замке после отбоя. Еще не хватало разборок. После этих слов Гермиона, сверлившая взглядом пол, внезапно подняла голову, и заглянула в его глаза. Почему? Дело в том, что слова были произнесены не с язвительно-сарказменной интонацией, присущей профессору, а с некой заботой, что Гермиона даже не поверила своим ушам и взглянула на него. Она успела разглядеть в его взгляде некое волнение, до того как он вновь нацепил свою повседневную маску. «Он волнуется? За меня?» — отведя глаза, подумала Гермиона, не сумев сдержать улыбку. — Чему вы улыбаетесь, мисс Грейнджер? — Вы не поверите… но Вам… — Уж точно не поверю… — пробормотал в смятении профессор. — И не верьте, так лучше. — ответила Гермиона, взглянув на его лицо. Их взгляды встретились, и ни один, не хотел прерывать контакт. Внезапно, рука Снейпа, будто против его воли, коснулась ее волос и заправила за ухо, непослушную прядь. Гермиона отдернулась. Нет, ей было приятно, но столь неожиданно, что она не смогла устоять. «Это профессор Снейп? И почему я в нем так ошибалась? Он не бессердечный… совсем» Но, профессор видимо воспринял этот жест совсем по-другому. Резко отдернув руку, он оглядел ее неприязненным взглядом. — 30 баллов с Гриффиндора. И еще одна такая задержка, и я обращусь к директору. — отрезал холодным, как лед, голосом профессор и, взметнув мантией, аппарировал, оставив Гермиону в одиночестве.

***

Появившись в своем кабинете, он упал на кресло и призвал к себе огневиски. — Черт возьми, и чем я только думал? Как может ей быть приятен такой, как я? Только снова выставил себя слабаком! — ударив по столу, выкрикнул зельевар. Налив огневиски в стакан, он выпил его залпом. Он ненавидил себя и только себя, за чувства к ней. /////// 3 дня назад. Снейп снова прогуливался в окрестностях замка. Уже которую ночь спать вовсе не хотелось из-за терзающего чувства внутри. Он будто вернулся в детство. Туда, где была Лили, где те же чувства щемили его сердце. Но теперь он ведь не подросток. Почему вновь в сердце зародилась тоска и это отвратительное чувство привязанности, причем снова, к недоступной женщине? Девушке. Еще ученице. Он корил себя за одни мысли о том, что он может испытывать к ней какие-то чувства. Но разве сердцу прикажешь? Оставалось лишь шарахнуть себя Обливиэйтом. День назад. К мыслям прибавились сны. Ему снилась Грейнджер. Нет. Гермиона. Они были вместе. Проводили вместе и дни, и ночи. Однажды ему даже приснилась их дочка. Это сводило с ума, и не давало бывшему профессору покоя. ////////// И вот сейчас он сидел на диване, и корил себя за то, что дал выразить себе свои чувства. Как будто он был кому-то нужен. Выпив еще пару стаканов огненного напитка, он аппарировал на улицу. Стоял холод, все было в снегу, но он даже не взял свою мантию, оставшись в брюках и сюртуке. Было необходимо разрядится. Достав палочку, он поднял ее к небу, и вложив всю свою боль и отчаяние, пустил луч, который как молния, ослепил пространство вокруг на доли секунды.

***

Первые минуты Гермиона не могла понять, что произошло. Только он проявил каплю нежности, как внезапно отстранился от нее, унизив на последок снятыми баллами. Ответ прозвучал в ее голове, словно гром среди ясного неба. Она ведь отодвинулась от него, когда он попытался проявить свои чувства и он воспринял это как отказ. «Как глупо вышло! Но что теперь изменить? Должно быть так лучше для нас обоих…» С беспокойством она преодолела путь до спальни, и только успела сесть на свою кровать, как произошла яркая вспышка света. Через пару мгновений, подбежав к окну, Гермиона увидела Северуса, который по видимому упал на колени в траву. Ее тут же охватила паника. «Что только что произошло?!» Постаравшись успокоиться, Гермиона поняла, что не сможет сидеть здесь в неведении до утра. Прихватив палочку, Гермиона тихо вышла из спальни, а позже и башни Гриффиндора. Весь путь до дверей из Хогвартса она оборачивалась на каждый шорох, будь он реальным или лишь выдуманным ее испугом. Оказавшись на первом этаже, Гермиона уже почти выдохнула, как в конце коридора показался Слизнорт, в компании Филча. Прикрывшись дезилюминационными чарами, она выждала пока Филч со Слизнортом ушли за поворот и рванула к выходу из замка. Выбежав из дверей, Гермиона увидела на горизонте Снейпа. Он стоял в нескольких метрах от Запретного леса и казалось совсем не шевелился. Не замечая препятствий, она побежала к одиноко стоящему мужчине. Остановившись в нескольких метрах от него, она отдышалась и лишь позже подошла ближе. — Профессор! Сэр! — окликнула мужчину Гермиона. Снейп неторопливо к ней повернулся. — Грейнджер, вам нравится всех доставать? Вам мало 30 баллов? Так вычту еще. — Профессор, но… — Никаких но, возвращайтесь в замок. Сейчас же. — Я не хочу! — Минус 10 баллов с Гриффиндора за неповиновение. — Я не уйду. Глубоко вдохнув, профессор заглянул в глаза гриффиндорской отличнице. — Грейнджер, вернитесь в замок. Перестаньте меня доставать. Мало мне вас в мыслях, так вы докучаете меня в реальности. Мне это надоело. Вернитесь — живо! Не хочу. Не могу вас видеть. — резко отвернувшись, зельевар продолжил свой путь к Запретному лесу. Он был уверен, что она оскорбилась, и ушла в замок. Он не хотел причинять ей боль, но иначе ее было не вернуть. Гермиона чуть было не повернула к замку, но решилась на отчаянный шаг. Резко приблизившись к зельевару, она развернула его к себе, и не дав ни ему, ни себе, опомниться, впилась в его губы поцелуем. И знаете что? Он ответил.