Гетерохромия.

Так скучно находиться в одиночестве на своём этаже. Сидишь, пьёшь чай и вертишь банку с глазами в руках, чего тут увлекательного? Даже никто и не проходит, Зак убивает их. Зачем вообще остальные этажи? Сделали бы один, и живи там Заку, убивай. А к доктору проходят через раз, и быстро сбегают. Хотя не всегда, есть, кто попадаются. Но всё же, что движет маньяком, что он такой быстрый и сильный? Дэнни мог спокойно передвигаться по этажам, имел на это право, имел отговорки. К Фостеру он никогда не спускался, не дело в том, что боялся, а просто не хотел, не хотел и всё, незачем ему было его "навещать". Но в один момент появился повод сходить "в гости". Тусклый свет лампы, холодный пол, больничный запах. Хорошо поспал, Дэнни? — Я... Заснул у себя на столе? Наверное вымотался за такое количество бессонных ночей, вот и вырубился. — доктор выпрямил спину и встал из-за стола отправился в кабинет. Нужен был шприц со снотворным, с большой дозой снотворного. Его у Дэниэля было полно, для Зака не было жалко. И вот он уже набрал снотворное в шприц, осталось выследить маньяка и вколоть ему большую дозу снотворного. — Надеюсь я смогу его выследить, и не оказаться жертвой. Он ненавидит меня, но я заставлю его любить меня. Я заставлю его насильно, раз сам он этого не хочет. Диккенс отправился к лифту, уже надев свой "специальный" глаз для такого случая, надо ведь выглядеть идеально перед своим пациентам. Лифт подъехал, и быстро зайдя внутрь он нажал на кнопку нижнего этажа. Кабинка лифта поехала вниз. — Ну-ну, Зак, я устрою тебе приключения на кушетке. Только дождись меня. Спустя минуту лифт приехал, двери открылись, Дэнни вышел, оглянулся. Было тихо, как в могиле, хотя там он и будет, если будет очень сильно шуметь. Диккенс прошёл около некого прохода, оттуда лился тусклый свет, что-то шуршало внутри. Дэнни заглянул внутрь. Он нашёл его. Зак как всегда обедал листая газету. Дэниэль тихо подошёл и воткнул шприц в шею Айзека, нежно поглаживая по голове. — Тише, Зак, тише, главное не дёргайся, хуже будет. — доктор ввёл половину шприца, эта доза давно бы уже вырубила человека, но Зака это всё не брало. Психотерапевт взял в руку кисть маньяка, и перебирая пальцы на ней вводил снотворное. — Сейчас ты заснёшь, спи, Фостер, спи. — он улыбался, стоя сзади. Медленно, маньяк взял нож, но его глаза смыкались, и Дэнни спокойно вынул из его руки нож. Айзек хотел ранить доктора, но сил не хватало, да и снотворное начало действовать. Как только Дэниэль вынул иглу и протёр место укола спиртом убийца вырубился. Он упал головой на руки врача, и тот осторожно, схватив его за капюшон, поволок к лифту. Двери лифта открылись и доктор затащил туда Зака, нажав кнопку верхнего этажа. Они быстро доехали, и как только двери лифта открылись, Дэнни потащил его в палату для "специальных" пациентов. Ремни он взял из соседнего кабинета. Пристегнуть Фостера не составило труда, это было быстро и легко, и после этого психотерапевт включил лампу. Зак очнулся. Он сразу же начал брыкаться, но попытки выбраться ничего не дали. — Дэнни, сука! Выпустил живо! — Ахх, кричи громче, кричи, тебя никтооо не услышит, Зак. — протяжно проговорил доктор. — Тварь! Я убью тебя! Убью, мразь! Убью! Диккенс подошёл к койке и разрезав скальпелем его куртку снял остатки с него и откинул в сторону. — Так красив в одних бинтах, мой пациент, мой лучший пациент. — психотерапевт улыбнулся ему. — Не переживай, я предоставлю тебе новую одежду. — Это была моя любимая куртка, дебил!! Ты поплатишься за неё своею жизнью! Дэнни закрыл его рот рукой, и вплотную приблизился к его лицу, касаясь носом его носа. Доктор улыбался, смотря в разноцветные глаза парня. Такие красивые, необычные, совсем не похожие, не такие, какие были у других. Даже вырезать их не хотелось, они были слишком прекрасные, чтобы касаться их своими руками. Дэниэль решил не трогать их, а улыбка не сползала с лица доктора. Зак закрыл глаза, попытавшись отвернуться. — Ах, гетерохромия, как красиво, самые красивые глазки, Зак, очень красивые, даже вырезать их не хочется. Прекрасные глазки, идеальные. Теперь это мои любимые. — психотерапевт открыл рот Фостеру, тот явно успокоился, когда понял, что глаза его не тронут. — Что тебе нужно?! — прокричал Зак. — Увидишь. Дэниэль отодвинулся от него, и прошёлся скальпелем по лицу, оставив кровоточащую рану на нём. Маньяк сжал зубы от боли и фыркнул носом. Диккенс развязал бинты на лице и шее, и, подздев пальцем остальные прорезал и их. Перед ним уже был полуголый Зак, но этого было мало для него. Хотелось дальше, но он не получил наказанное "сверху". — Скажи, Фостер, тебе больно? — доктор начал проводить по груди бедолаги скальпелем. — Конечно больно!! Хватит!!! — А так? — он резко полоснул инструментом по телу маньяка. Айзек сжал в кисти простынь, боль была ещё немного терпимой. Кровь сочилась по телу и по медицинскому инструменту. Раны кровоточили, края простынки были в каплях крови. Молча, издавая только тяжёлые вздохи, Зак смотрел на его мучителя, понимая, что Дэнни явно что-то нужно. Но он молчал, зная, что любое слово будет использовано против него. Дэниэль водил скальпелем по телу парня, по рукам, по ключицам. Всё тело было в крови, кафельный пол был в капельках крови. Маньяк не выдержал. — Хватит!!! Мне очень больно, прекрати!!!! — Ах больно ему? А мне не было больно от твоих унижений? Нет? Так вот испытай то, что я чувствовал!! — Диккенс ударил его по щеке рукой, после чего откинул скальпель в сторону. — Бесишь, тварина!! — Ах да, кстати, знаешь, что у меня есть? — Дэнни сунул руку в карман. — Что же?! — За-жи-гал-ка. — он вынул её из кармана. — Нет!!! Умоляю, нет!!! — зрачки уменьшились, тело затряслось. Доктор зажёг её, и, поднеся к глазам улыбался. — Хочешь, я сожгу твои глаза, Зак? — Не надо!!! У... Умоляю, не надо!! Психотерапевт улыбнулся, он "выключил" зажигалку и положил обратно в карман, улыбаясь. Диккенс провёл пальцем по ранам на груди маньяка, некоторые уже затянулись. — Твоего "умоляю" я ждал, но этого мало. Готов к моему последнему испытанию, Закушка? — Дэнни достал из кармана презерватив, положив его на бедро Зака. — С ума сошёл??!!! Да лучше сожги меня!!! Ещё с тобой я этого не делал!!! Что ты хочешь?! — Тебя. Мне нужен ты, и я хочу тебя. Обещаешь не делать мне больно? Это месть, я хочу научить тебя, что всё плохое к тебе вернётся, Фостер. — Тогда не нужно меня насиловать, сукин сын! — А ты хочешь быть сверху? М? — Я хочу к себе домой!! — Да мне... По барабану чего ты хочешь. Сейчас я хочу тебя и это точка! — Дэниэль разрезал джинсы на Айзеке, откинув их клочки в стороны, подняв упавшую "защиту" с пола. — Мне нравится тельце. Такое аккуратное, сочные формы. Мне нравятся такие. Я думал, только у девушек такие могут быть. Я схожу с ума. — Уже сошёл!! Выпусти ме... Дэниэль заткнул его поцелуем. Так просто, просто взял и поцеловал. Чего стесняться? Его губы были с привкусом крови, очень мягкие, лучше, чем у девушки. Он даже брыкаться не стал. Но на поцелуй не ответил. Диккенс хотел проникнуть в его рот языком, но зря. Как только маньяк пропустил Дэнни, и язык доктора чуть проник внутрь, Зак резко укусил его, откусив частичку языка, маленькую, но частичку. Даниэль отшатнулся. Из его рта текла кровь, а Фостер улыбался. — За что? Ай, больно... — психиатр подошёл к зеркалу, высунув язык. — Ты мне его немного откусил! Больно же... — Ладно, ладно, иди сюда. Доктор подошёл, смотря грустным взглядом на него. — Что? — Позволь мне извиниться. Дэнни нагнулся, чтобы поцеловать, и только прикоснувшись губами получил вместо "извинений" укушенную Заком губу. — Ай!! — Такой наивный, ха-ха.. — Ну всё... Диккенс снял с него обувь, и разрезав скальпелем последнюю вещь на Айзеке откинул её в сторону. Посмотрев на орган Зака, он раскрыл глаза от удивления. — Большоооой? — протяжно и пошло проговорил маньяк. — Я... Не буду врать, да... У меня нет опыта... А тут такой большой... — А ты собрался меня заставлять тебя ебать? Не буду я, я лучше уйду, но не выебу тебя, нет. Или я что-то не понял? — Я... Хотел взять всё на себя... — Я же лежу, как? — Я попытаюсь. Дэнни разделся, откинув свою одежду к тому, что осталось от одежды Фостера. Надев презерватив на член Айзека, он начал нервничать.— Слушай, Дэнни. Расстегни меня, я могу взять это на се... Ты же не собираешься меня ебать!!? Ты-то меня точно порвёшь!!! — Обещаешь, что не сбежишь...? — Дэниэль расстегнул ремни на ногах. — Не убегу. Клянусь Богом. Диккенс расстегнул его, и сразу же очутился на месте Зака, прижатым к кровати. — Бога нет, глупый. Наивный и глупый. — Зак, нет!!! — Молчи, сучка. — маньяк укусил его за ключицы, буквальны вгрызаясь в плоть. — Б... Больно, прекрати пожалуйста! — Дэнни пытался отодвинуть его руками, но был слабым, поэтому из этого ничего не вышло. — Пощади, Зак!! Фостер отстранился от доктора, и смочив сначала один палец слюной вошёл в проход психотерапевта. Диккенс простонал, схватившись за запястье Айзека, но тот быстро сцепил его кисть своею. Врач стонал и сжимал ещё больше кисть парня. Тот вынул палец, смочил второй и быстро вошёл, но на этот раз вместо стонов были крики и мольба прекратить. Тёмноволосый не прекращал свои действия, он ещё быстрее водил пальцами внутри доктора, его это и самого немного возбудило. Эти сладкие стоны, эти крики, музыка для ушей Зака. Вынув и смочив третий палец он вошёл снова, Дэнни не выдержал, он уже кончил. Капли спермы капнули на кафельный пол, но остовная часть была на теле доктора и простынке. — Так быстро... Тебе это реально нравится? — маньяк вынул пальцы из дырки Дэниэля. — Очень... Я не знаю, это сильно возбуждает... Айзек приложил головку к анусу Диккенса, постепенно начав вставлять. Доктор был нереально узким, будто его вовсе и не растягивали. Войти в него составляло большого труда, да и пачкать член в крови не особо-то и хотелось. Дэнни начал кричать, громко и пронзительно, как только головка члена вошла в него. Струйка крови полилась на простынь, но этого было невозможно избежать, уж слишком он был узким. Фостер вошёл на половину, и сразу слился в поцелуе с психотерапевтом, чтоб тот не кричал. Но его зрачки сузились, и закатились от боли за верхнее веко. Маньяк отстранился от него и закинув ноги доктора на свои плечи смотрел на измученного болью парня. — Слишком... Больно... Дай привыкнуть... — А знаешь... Нет. И Зак вошёл полностью, начав двигаться внутри ускоряясь. Ноги от боли онемели, Дэниэль от боли просто открыл рот не издавая ни звука, его дыхание сбилось. Было чувство, что внутри него не один Зак, а как минимум, их трое. Диккенс уже и забыл, как его зовут, но с его уст сорвался громкий ультразвук. Крик, визг, было сложно понять. Внутри врача буквально всё перемешалось, лучше бы он и не пытался зайти к Заку, его фатальная ошибка была не попровима. Член убийцы был перепачкан кровью, но он резко вышел и оскалив зубы посмотрел на психотерапевта. — Прекрати!!! Прошу тебя всем сердцем!! Я сделаю всё угодно для тебя, кроме этого, только не продолжай, прошу, пощади!!! — Дэнни взмолился над Айзеком, но тот был непреклонен. — Да кому нужен этот презерватив, да, доктор? — Фостер снял с себя окровавленную "защиту". — Постой, одень обратно!!! Это не гигиенично!! И убийца снова вошёл, только уже без презерватива. Он быстро двигался, Дэниэль кричал и пытался высвободиться, он быстроты и боли внутри он сходил с ума. Его тело было горячем, как и тело убийцы. Дэнни перестал кричать, он уже стонал, смотря в глаза своему мучителю. Они будто поменялись ролями, он потерялся в боли, разум был буквально затуманен, конечности почти не чувствовались. Для Зака проникновение в Диккенса без "защиты" было приятнее, он мог точно чувствовать всё по полной. Но он чувствовал, что с доктором что-то не так. Вскоре он затих и сомкнул веки. Но маньяка это не остановило, ещё несколько толчков и он кончил внутрь Дэниэля. От болевого шока он потерял сознание. Доигрались. Послышалось открытие лифта. Зак мигом убежал к другому лифту, забрав свои клочки одежды. В своей комнате он мог хотя-бы переодеться и наложить новые бинты. В палату вбежал Грей, он оцепенел от увиденного. — Д... Дэниэль? Т.. Ты жив? — священник подошёл к парню, осторожно накрыв того одеялом. — Зак... — Зак, Зак. — одним взмахом косы он обезглавил Грея, и сразу же закинул его труп в чёрный мешок, и спустился к себе, чтобы закапать его. — Лишние свидетели не нужны. У него было место для этого. Взяв лопату, он быстро выкопал яму, и скинув туда мешок с трупом закапал, вернувшись к своей жертве. Доктор сидел на краю кровати, облокотившись локтями на колени и схватившись за голову. — Ты как, Дэнни? — ... Плохо... Убийца откинул косу. Подойдя к Дэниэлю сел перед ним на корточки. — Доктор, вы сами этого хотели, разве я не прав? — Прав... Но я совсем не думал, что ты будешь сверху... Я хотел подчинить тебя себе... Но... Хах... Я слабый для тебя. Я просто хотел, чтобы ты меня боялся... — Оденься, тогда и поговорим. И подчинил тебя я, можно считать, что я твой хозяин. Диккенс надел кофту, галстук и низ, вместе с джинсами. Руки и ноги почти не работали, зад болел больше всего. Он надел халат, и только нагнувшись чтобы одеть ботинки, ощутил руки Зака на своей пятой точке. — Такая упругая и классная, я во время ебни с тобою и не обратил внимания. Слушай, Дэнни... — Д... Да... Семпай? — Я хотел предложи... Стоп, "семпай"? — Забей, я не обижен. — Диккенс одел ботинки и поцеловав Зака в губы ощутил то, что парень отвечает. — Что ты там хотел? — Предложить убить тебя... Но ты слишком добр ко мне, я не могу. Мне... Жалко тебя? — сказал маньяк отстранившись от психотерапевта. — С каких-это пор меня жалеет маньяк? Запал на меня? — Да пошёл ты! — Фостер толкнул Диккенсона на кафельный пол. Дэниэль убрал волосы с лица и посмотрел на Зака. Ему было уже всё равно, что будет. — Делай со мною, всё, что хочешь. Мне абсолютно плевать, Закушка. — врач смотрел на маньяка взглядом, полным наигранной жалостью. — Такой сексуальный, когда строишь мне глазки... Лгун ты мой. — Айзек поднял на руки парня, поцеловав того в носик. — Хочешь меня? — Безумно. — Ненасытный, я только отошел, задница ещё болит, а ты ещё всё хочешь. — Я могу взять тебя без разрешения на это. Изнасиловать, проще скажу. — Беззащитного доктора, который даже отпор тебе дать не может, как тебе только не стыдно... — Не играй на эмоциях, бесит. Фостер сжал горло Дэниэля, от чего тот начал кашлять и пытаться отцепить кисть Зака от своего горла. — Люблю тебя, доктор. — Айзек перестал душить его и поцеловал в шею. — После всего, что я сделал? — Ещё больше люблю. Нравишься ты мне своею доступностью, Дэнни. И ты просто прекрасен в интиме, просто идеален. — Только из-за секса? Серьёзно? — Не только, упрямый, наглый, милый, голосок у тебя сладкий. — А у тебя глазки красивые. Нравятся они мне. Я бы вырвал, но они мне слишком сильно нравятся, что аж вырывать не хочется. — Красивый ты, Дэнни. Глаза тоже хорошие. — Спасибо, но я врятли люблю тебя. Ты сделал мне больно. Я не могу любить тебя. Хотя... Пошли за мною. Зак пошёл следом за Дэниэлем, но в кармане доктора что-то торчало. Как только они зашли в кабинет, Диккенс толкнул Фостера за импровизированный стул и пристегнув взял скальпель. — Такие красивые глаза, Закушка, такие красивые. Гетерохромия тебе шла. Когда-то. — В смысле? И он начал на живую вырезать глаза Айзеку. Первым был жёлтый глаз, а после и полностью чёрный. — Сука!!!! Я доверился тебе!!! — Я тоже доверился. Очень наивный. Спасибо за твои столь красивые глаза, Фостер, они самые красивые. Спасибо. Пока, мой любимый. — Дэнни!!! И в его сердце вонзилась его же коса. Раз удар, два удар. Дэниэль превратил его в фарш. — Мразь ты, Фостер.