Радостная новость

И как будто воздух стал другим. Вкусным что ли? Сладким. Встряхнув головой, Марина Владимировна едва не рассмеялась над своими мыслями. Вот до чего доведут разговоры с Брагиным о предстоящей регистрации. Даже показалось, что мир изменился, а ведь они всего лишь подали заявление в загс. И, конечно, все осталось на своих местах. Только рядом маячило одухотворенное небритое лицо. - Снег будет, - Брагин зажмурился от солнечных лучиков, которые каким-то чудом пробивались сквозь мрачные облака. - Ага, - как всегда, сыграла с ним Марина в игру «Простое – я, простое – ты». Изображать мины, как будто ничего не произошло, у них всегда прекрасно получалось. - Вот кто вас учил стоять на дороге? – проскочивший по ступеням грузный мужчина, растолкал их и перевалился за порог. Переглянувшись, Брагин и Нарочинская издали по смешку. - Коренной москвич, - философски протянул Олег, с улыбкой следя за ней. - Ну, что, на работу? – повела плечом Марина, а после почувствовала, что озябла. Все-таки погода в Москве стала, как русская рулетка – никогда не отгадаешь, что выкинет. – Слушай, а как ты договорился, чтобы нас через неделю расписали? Я думала, надо месяц ждать, - заинтересовалась она. - У доктора Брагина есть свои секреты, - таинственно сообщил Олег, спустившись вниз и направившись к парковке. - Нет, Брагин, ну, правда, - вопросы отвлекли Марину от непривычной нервозности. Она догнала его и взяла под руку, сразу стало теплее под боком у этой ходячей батареи. - Ну, сказал, что ты беременна… Видала, как они тебе стульчик предлагали? Заботливые… - крутил головой Брагин. - Что? – опешила Марина. Кое-какие нотки в голосе будущего супруга подсказали, что он шутит. – Брагин! Где бы ты справку взял?! – дернула она его за локоть. - А Покровская мне на что? – скосил он на нее взгляд. - Ты что шутишь? – она почти поверила в его слова, но Олег внезапно растянулся в хитрющей улыбке и смачно поцеловал ее в лоб. - Сказал, что помираю… - выдохнул тяжело он, а Нарочинская чуть не выругалась. – Если у жениха или невесты смертельная болезнь, то хоть сразу же распишут… Но нам не надо же сразу… - Брагин, если бы ты так сказал, то стул бы не мне предлагали, а тебе бы. Да и не тянешь ты на помирающего… - Лебедя? Красивый же, - мужчина с удовлетворением погладил себя по лысой голове. – И почти блондин… - Ага, в глубине где-то. Где-то очень глубоко, - усмехнулась Нарочинская. Сделала вид, что больше не интересует ее ответ на вопрос, поэтому Брагину пришлось расколоться и признаться о свободной дате для неторжественной регистрации. - Плавали, знаем, - остановился он возле машины. - Ну, конечно, ты-то уже два раза сплавал… Туда и сюда, - моргнула для него утвердительно Марина. - Так все. Попал на твой лайнер любви и успокоился, - едва не спел Олег Михайлович, изображая пылкие чувства. - Садись уже, пловец! – его показушная радость раздражала. Марина не могла себе простить, с какой дрожью, непохожей для нее, начала заполнять заявление в загсе. От чего-то пальцы ходили ходуном, и почерк стал напоминать каракули. Спрашивается, чего нервничать-то? Выйти замуж и дело с концом. Все равно живут вместе, штамп в паспорте ничего не изменит. Только Брагина, который втемяшил себе в голову, что пора жениться, успокоит такое положение дел. - Эй, - в салоне Олег отвлек ее от размышлений, и Марина непонимающе уставилась на него. – Капитан, капитан, улыбнитесь, - а вот тут проснулись вокальные таланты у Брагина, и он засиял. - О, Боже… Сколько у меня там есть времени, чтобы передумать? – обернулась к загсу Марина. - Эй, алле! – тяжелая мужская рука накрыла ее колено и крепко сжала. – Я тебе передумаю, - пригрозил уже серьезно Брагин. - Испугался? – а вот Марина развеселилась. Глянула в его настороженные глаза, и решила наградить за упорство. По-быстрому поцеловала в краешек губ, но Олег перехватил ее за шею и углубил поцелуй, задерживая ее лицо рядом. Вот тут-то жар и растекся по организму, а ноги словно на мгновение стали парализованными. Наверное, это можно было принять за счастье? – Ну, все, все, - она и сама не ожидала от себя такой слабости и уперлась в сильное плечо. – Олег… - выдохнула, боясь, что не удержит заводившегося по щелчку мужчину. - Поехали… - он отстранился, отвернув от нее голову, - сообщать всем радостную новость, - голос снова стал бодр и весел. - Да все и так уже знают, - Марина занялась автомобилем, - Ты же носишься со своими журнальчиками… - она и сам не понимала, откуда Брагин притащил глянцевые издания с невестами и женихами на обложке, которые всю последнюю неделю подсовывал ей, то на работе, то дома. - Я тебе облегчаю задачу. - А я уже тебе сказала – никаких фраков и платьев. Только так ты меня увидишь в том здании, - предупредила Марина. – Мы, все равно, потом на работу поедем. У меня, кажется, там плановая, надо глянуть. - Ну, щас. Ресторан-то мы закажем. Ты обещала. И плановую без тебя проведут, - надулся Брагин. Он отлично помнил обещания, которые он хитростью выманивал у нее. - Ладно, ресторан будет. Туда что-нибудь надену торжественное, - смилостивилась Марина. Ей не очень хотелось привлекать внимание к этому дню, к событию, которое происходило только между ней и этим человеком. По ней лучше было бы закрыться дома и отметить вдвоем, но лысая душа компании не могла это позволить. - А потом первая брачная ночь в гостинице… Ложе с лепестками роз… Шампанское в ванну… Свадебное путешествие на яхте? - Брагин, где ты нахватался всего этого? Только не говори, что с Леной у вас такое было… – она скривилась от красивых картинок, которых рисовал Олег своим елейным голоском. – Прям «Жених года». - Да ни с кем у меня этого не было, - и вновь словно обиделся он и уставился в окно. - Ну, так и быть, - сжалилась Марина. – Пиццы и пива я тебе в ванную принесу. Только не забудь крошки потом убрать… - глянула на него еще раз. – Хочешь я даже приглашения закажу? - Не надо, - буркнул Брагин. – Сам справлюсь… - А в загсе тоже сам справишься? – увлекла Марину грязная от дождя дорога. Машину пора было сдавать на мойку, но с этой работой удавалось только в магазин за молоком сбегать, да и то не всегда. Значит на регистрацию надо будет сделать это, дала себе зарок Нарочинская. - Ну, ты, правда, что ли не хочешь? – краем глаза посмотрел на нее Брагин, и Марина это поймала. – Каждая девочка же мечтает о красивой церемонии… Платье там, подружки невесты… Или че? - Так я давно уже не девочка, - обратила она все в шутку. – Да, и ты не мальчик. Ну, не тянем мы на жениха с невестой… Блин, вот куда он прется? – автомобилист, вынырнувший откуда-то слева разозлил ее. Ругаясь вслух, Марина упустила нить разговора. - Надо бы Нинке позвонить… - протянул Брагин. - Так позвони. А то она не знает, – Марине и смотреть не надо было на мужчину, догадывалась, что своей разлюбезной подруге он точно проболтался. – Только куда она ребенка-то денет? С собой в ресторан возьмет? Тогда проще у нее собраться. - А лучше прям в Склифе. Прям в операционной. Они у нас большие, вместительные. Всем отделением и влезем. Еще и нейрохирургию позовем… - Олег начал накидывать список гостей, и оставил Марину в покое. Оно и надо было ей – хватило времени, чтобы найти свободное место, припарковаться и побежать к больнице. К несчастью, они жутко опаздывали. А в приемной караулила Павлова. Жаль, что без секундомера в руках. - Ирина Алексеевна, простите! Пробки, - Марине удалось проскользнуть мимо сердитой женщины, а Брагин, искренно обожающий ее доставать, конечно же, остановился и громко поприветствовал. - Олег Михайлович, вы хоть раз в жизни приходили вовремя? - Нет. Не поверите, даже, когда родился, на трое суток опоздал… Пробки были, пока все объехал… Марина не дослушала шутку Брагина, заскочила в ординаторскую и за считанные минуты переоделась. Больной ждать не мог, к нему-то она и убежала на операцию, к которой готовилась последние дни. В операционной Нарочинская взяла себя в руки и окончательно забыла, ради чего вставала ни свет, ни заря. Уже в коридоре, прокручивая в голове все свои действия, женщина вспомнила о предстоящем торжестве. Оказалось, что в памяти не отложилось ни только время регистрации, но и день. Видимо, медицина совсем завладела ей. - Ну надо же… - пробормотав, Марина вошла в ординаторскую и почти оглохла от шума. Здесь собралось, словно все отделение, все жестикулировали, высказывались и смеялись. А еще, как мгновению волшебной палочки, обратили на нее внимание и вдруг начали поздравлять. – Спасибо… - опешила Нарочинская. Но, когда спины расступились и впереди показался Брагин, Марина догадалась о причине всеобщего ликования. Тем более, что плакат на стене известил ее – и о дне, и о времени их «жора» (перечеркнуто и исправлено на «сбор») в ресторане. Про него будущий супруг пообещал (мелким почерком) известить дополнительно. Приветствовались цветы и крупные купюры в пухлых конвертах. Сбоку листа были нарисованы кольца, которых, кстати, на их пару было всего одно. Марина озабоченно подумала о том, что надо идти в ювелирный отдел. - Сообщил значит, - протиснулась она к Брагину, который тут же привлек ее к себе. – А потихоньку ты не мог?! – снизу смотрела она на его лоснящееся от возбуждения лицо. - А зачем потихоньку? Праздник же, - шепнул он ей и воспользовался случаем, чтобы покрепче обнять и подпустить ладони к ее ягодицам. – Красный день календаря…. - Брагин! – дернулась она, возмутившись от его наглости. - Мои поздравления… - помешала им Павлова. – Решились, значит?! - Ох, и затянули мы с этим, - отпустил Марину Олег. – Ночами не спали, все думали, как же решиться… И вот решились… Радость-то какая… - Спасибо, - дежурно улыбнулась Нарочинская. - Главное, чтобы не передумали, Марина Владимировна, - умела подбодрить Павлова. - И не надейтесь, - улыбаясь в 32 зуба, предупредил Брагин, а Марина прикусила язык, с которого готовились сорваться эти же слова. – Все, Брагина она теперь… - Еще не Брагина… - приструнила его она взглядом. - Не хочется вам, Олег Михайлович, портить праздник, но вы мне нужны… - включила начальника Павлова, и Брагин, хоть и с шутками-прибаутками, но все же ушел, бросив многозначительный взгляд на пятую точку Нарочинской. За ним рассосались и все «мимо проходящие» люди, остались только те, которых Марина знала хорошо, и от кого поздравления и вправду были приятны. Получив их с лихвой, Нарочинская вышла на прием. Приподнятое настроение пробыло с ней до ночи. Удивительно, если учесть, что за смену были и злые посетители, и блюющие пациенты, и требующие что-то родственники, и им под стать хамоватые санитары. Запала хватило, чтобы выдержать этот день, и ближе к полуночи обнаружить, что за все это время она не встречалась с Брагиным. Достаточно было подумать о нем, как Олег тут же нарисовался. С двумя стаканчиками кофе и жалобой на то, что он обжигает пальцы. - А чего ты его в ординаторской не налил? – забрала свой стаканчик Марина и присела на стул в коридоре. Она и не заметила, как в больнице стало тихо, приглушили свет, а уборщица начала драить полы. – Ты где был? - Пиво пил. С пиццей. В ванной, - устроился рядом Брагин. – Ну, ты че Павлову не знаешь? Как притащит министерского дядю, так пляши вокруг него… - она знала. И знала, как не любит это Олег, как выворачивает его наизнанку от этих несвойских ему обязанностей, как мучает его пляска под чужую дудку. Вон и знакомые морщины проступили на лбу, а на щеках появились красные пятна. Сдерживался, чтобы шуткой не добить какого-нибудь высокопоставленного чинушу. Но и шанса поиздеваться над ним явно не упустил. - Прооперировал его? – она отставила стакан на свободный стул. - Да, - он подул на свой кофе. – Вставил трубку в задницу… - Что? – и догадывайся теперь, что там за операцию сделал Брагин. – Какой у тебя насыщенный день, Олег Михайлович. И заявление успел подать, и всех на праздник пригласил, и с Павловой наобщался, и трубку в задницу какому-то дяде вставил… Прям везде поспел, - она подалась назад, скрещивая руки на груди любуясь своим мужчиной. – Чего недовольный-то? Устал? - А ты че довольная? – он пристально всмотрелся в нее. – Повод что ли есть? – прищурился Олег. - Есть, - она подняла правую руку и показала ему кольцо. – И у тебя скоро такое же будет… Надо завтра заехать, посмотреть… - Только мне без камушка, - отхлебнул он. - Купим, какое захочешь, - заулыбалась от его капризов Марина. Почувствовала, как соскучилась за эти часы, проведенные порознь, и захотела поближе сесть, что и сделала, вжавшись в его плечо. - И платье себе купишь? – воспользовался случаем Олег. - Мм… Такое прокатывает только в постели, - пробубнила с иронией она, водя носиком по тонкой ткани, пропитавшейся медикаментами и родным парфюмом, смешавшимся с потом. Под такое было хорошо засыпать. Вот и глаза начали слипаться. – Платье будет в ресторане… - Ну, ладно... – отвернулся Брагин. – И на том спасибо. - Пожалуйста, - улыбалась своим импульсам, проходящим через все клетки, Марина. Этот покой ей нравился. - И почему ты только не хочешь? - Потому что, - отстранилась Марина и пальчиком разгладила заломы. – Потому что у меня все это было, Брагин, – смогла зацепить его равнодушным тоном, нырнула в омут глаз и улыбнулась кривовато. – Платье, подружки, жених… И что? Где все это? – опустились ее уголки губ, а она и не боролась с тем, чтобы изобразить улыбку. – Не хочу больше, - прислушалась к себе, и осознала, что это правда. - А чего ты хочешь? – Олег, кажется, не ощущал боли в обожженных пальцах, был заколдован каким-то странным, задумчивым лицом Марины. Знал, что в минуты откровенности нельзя ничего портить и боялся это спугнуть. Как птице протягивал руку и предлагал присесть. Только не дышать, а то вспорхнет и улетит. - Тебя хочу, - спокойно призналась, и загорелись глаза: – С тобой хочу быть до конца. Без всяких церемоний, платьев, подарков… Детей от тебя хочу… Ну, дальше ты знаешь… - Ну, дети у нас будут… Насобираем как раз им на детскую, - поймал он момент для шутки, и Марина заулыбалась, а он обнял ее за плечи. – Так, что ресторан выгоден… Надо только конверты на входе забирать… Сначала посмотрим, кто сколько подарил, а потом столько на стол им и поставим… Может борщиком с компотом и обойдемся…. - Брагин, - тихо рассмеялась в его хирургическую рубашку Марина. – Какой ты у меня экономный… - А то. Со мной, Марина Владимировна, не пропадешь… - Олег допил кофе и бросил метко стаканчик в урну. - Так, ноги! – суровая уборщица нарисовалась с шваброй и вынудила их изловчиться, чтобы она вымыла под стульями. Отходя от них, женщина, сварливо отметила про бездельников, которым по ночам не спится, - Жених и невеста… - донеслось до них. - Слышала? – Олег прекрасно понимал, что она слышала, Марина и вправду сидела воробышком, не опустив вниз ноги и прижав к губам пальцы. – Тили-тили тесто?! – качнул слегка он ее. – А что ты там говорила про постель? Надо про платье-то союз укрепить… Секасом… - Олег! – сделала она сокрушенное лицо и глянула на него. – Мы, вообще-то, на работе! - Ой, и когда это нас останавливало?! – заиграл бровями Брагин. – Теперь-то почти законно… Надо у Павловой выпросить палату нам… семейную… для любовных утех… - Для каких еще утех? Так и знала, что тебе жена только для этого и нужна… - подскочила со своим кофе Марина. - А ты че-то другое умеешь? – замер Олег в попытке дотянуться до ее ног. – Готовить же не умеешь… - Ну, так и ты не Ален Делон! Тоже мне муж… - замечательно вышла из Марины обиженная принцесса. – Надо мне еще взвесить все «за» и «против». И кого получше поискать, - ринулась она в ординаторскую. Уверяя, что никого лучше она не найдет, Брагин отправился следом, игнорируя ее шипение о горячем кофе и упиваясь короткими поглаживаниями упругих ягодиц. Ругательство об «одной сатане», которая топчет вымытые полы, врачи уже не слышали.