Сделай меня счастливым

Юнги просыпается и сразу проводит рукой по постели, не ощущая Пака рядом. Он открывает глаза и привстает на локтях, осматривая комнату. Нет любимой переносной сумки Чимина. А это значит, что и в квартире его нет. Переводя взгляд на прикроватную тумбу, он замечает записку и тянется к ней. «Уехал по делам. Буду ближе к вечеру. Завтрак на столе. Чимин ~» Мин улыбается и начинает потягиваться, хрустя костями и шумно зевая. Выходя из комнаты, он сразу замечает яичные рулеты на тарелке, с кружкой какао рядом. Присаживаясь на стул, Юнги берет один рулет и закидывает в рот, скрещивая руки на груди и закидывая ногу на ногу. Настоящий гурман. Он обязательно должен оценить стряпню Пака. Но стоит ему только проглотить один кусочек, а как рука сама по себе начинает тянуться за вторым и сразу третьем рулетиком. Он не забывает и про заботливо сваренное какао. В комнате раздается звук звонящего телефона и Мин нехотя поднимается с уже нагретого места, ступая босыми ногами по паркету. -Слуфаю.- поднимает трубку Юнги, не успевая прожевать последние кусочки. -Господин Мин,у нас тут проблемы..- он слышит, что Хосок бежит и что-то выкрикивает другим сотрудникам. Юнги сразу проглатывает ещё даже не пережеванные куски. -Что происходит? -Н-недавно мы заменили плиты в столовой. Кажется они были неисправны, поэтому сейчас весь первый этаж в дыму, а сами плиты..-Юнги слышит звук, похожий на взрыв и подрывается с места, откидывая телефон куда-то в сторону и совсем забывая про него. Он бежит по лестнице на стоянку. У него колотятся руки и сердце не на месте. Мин выезжает на дорогу и давит на газ, проезжая несколько раз на красный и чуть не сталкиваясь со встречными машинами. Он резко тормозит рядом со зданием ЮМин-групп и выскакивает из машины, несясь ко входу. Через стеклянные двери можно увидеть, что внутри всё полностью застелено дымом. Вокруг собрались люди и журналисты, что так и норовят узнать у охранников и выбежавших сотрудников, в чем же там дело. Он пробегает через обеденные столы и, предварительно закрыв нос и рот рукавом пижамной рубашки, что он так и не успел переодеть, проходит на кухню. Одна из плит уже полностью сгорела, а от второй исходят искры. Рядом стоит Хосок с несколькими сотрудниками, пытаясь потушить огонь. Скорая и машины пожарной службы до сих пор не прибыли. -Чон Хосок, какого черта?- кричит Юнги, выхватывая из его рук огнетушитель. -Господин Мин, не подходите ближе, она может взорваться!- он размахивает руками, пытаясь увидеть хоть что-то через сплошь дыма. -Блять, ты его сам не потушишь!- Юнги начинает кашлять и хватается рукой за горелую плиту, вскрикивая от боли. Он хотел опереться о что-нибудь, потому что начал терять равновесие, но взялся за неё. Его рука горит от жуткой боли, но он все равно оборачивается к искрящейся плите и уже хочет воспользоваться огнетушителем, как она начинает гореть. Он ничего не может сделать и продолжает стоять на месте, не слыша криков о том, что ему надо отойти. А после только звук взрыва, пламя и темнота в глазах. Больница. -Хэй, ты же не собираешься отставлять меня, да? А как же компания?- Чимин сидит на стуле при больничной койке с опущенной головой и глотает слезы. Голова и руки Юнги перевязаны, а на лицо надета дыхательная маска. Врач сказал, что он слишком долго дышал в дыму, а также рассказал о возможных параличе рук или потере памяти. Огонь обжог все его руки, а когда он упал, не удержав равновесие, мало того что ударился головой о кафель, так еще сверху упала металлическая посуда. Хосок сейчас в компании, подписывает страховые бумаги и пытается остановить журналистов, что никак не могут угомониться. Они не в состоянии понять, что пострадало важное лицо, и не время для бессмысленных статей о пожаре. А может они и понимают, но им плевать. Они не могут посочувствовать или притормозить хотя бы на пару дней или недель. Но Чон также в шоке от того, что когда Мин появился в здании, то сразу начал ругаться и кричать. Он подумал, что никогда не видел президента таким. И он также понимал, что тот кричит не из-за злости, а из-за того, что он был в испуге. Хосок знает про боязнь огня, но он и предположить не мог, что Юнги сам полезет тушить искрящейся предмет. Также Намджун объяснил ему отношения этих двоих. Хосок и подумать о таком не мог. Но из-за всего произошедшего не мог сделать больше ничего, как просто понимающе кивнуть и криво улыбнуться. -Извините..- в палату вошел наблюдающий Юнги врач.- Пак Чимин. Он похлопал рукой по сгорбившейся спине. Чимин заснул, сидя на стуле и сжимая в своих руках руку Мина. -Мм..- он поднимает голову и видит слегка обеспокоенное лицо.- Ох, это Вы. -Господин Пак, у меня для Вас важная информация. Пожалуйста, воспримите её спокойно и с осознанием того, в каком сейчас положении Мин Юнги.- он смотрит серьезно, но с ноткой жалости. Чимин это замечает и напрягается всем телом.- Я узнал, что у пациента была детская травма, связанная со взрывом. А после случился пожар и он попал в больницу. Вы ведь помните? -Д-да, помню.- кивает Пак. -Дело в том, что если на мозг больного давит один и тот же фрагмент из воспоминаний, но в разных ситуациях, да ещё и часто, то это может привести к..- Мужчина нервно сглатывает и набирается сил, чтобы произнести последнюю фразу. Он знает, кто такой Мин Юнги. Он знает, кто такой Пак Чимин. Сейчас все читают новости.- ..это может привести к коме. Возможно на несколько недель, а возможно и месяцев. Соленные дорожки скатываются по слегка пухлым щекам. Чимин неровно дышится и хватается за сердце. Он срывает голос пронзающим криком. Пак прижимает руку Юнги ещё ближе к себе и мысленно молит, что бы всё это прекратилось. Его голова уже начинает взрываться от жгучей боли, а ноги подкашиваются и он падает на колени, обхватывая себя руками. -- Юнги снится кошмар. В голове снова прокручивается момент аварии его родителей. Но что-то изменилось. Теперь он слышит плачь Чимина, слышит его сердцебиение и ощущает такую же боль. Что это за чувство?