Цена красоты

— Спок, не могу поверить, что ты забыл, что я единственный на корабле человек старше тебя по званию. — Капитан, это чрезвычайно серьезный вопрос. Если вы этого не осознаете, возможно, доктор Маккой должен объявить вас непригодным к несению службы. — Ни за что. Он не сможет этого сделать без полного психологического освидетельствования, это во-первых, и я в прекрасной форме, это во-вторых. — На самом деле, Джим… — Даже не думай, Боунс! — Капитан, вы снова подвергаете себя неоправданному риску. Я должен пойти. — Нет, там слишком опасно. А ты слишком красив. Джим скрестил руки на груди и слегка расставил ноги в своей обычной позе Упрямого Капитана. Спок стоял прямо перед ним, сложив руки за спиной, но все его тело было прямым и напряженным как пружина. — Мои необычные способности должны отвлечь Лидорианцев от любых попыток захвата. Я не буду казаться привлекательным для них, капитаном предыдущего судна был Андорианец, он не пострадал. Вероятно, они заинтересованы только в людях. Кроме того, мое превосходство в силе гарантирует мою безопасность. Джим фыркнул. — Ничего подобного, и, поскольку мы не можем спуститься вниз, вооруженные фазерами, я не собираюсь рисковать тобой. Да, Андорианец не пострадал, но двух научных офицеров с Ориона и Ромуланского врача взяли в плен. К тому же, ты привлекателен для всех. Но Спок, очевидно, сегодня вознамерился быть таким же упрямым, как и его капитан. Джим наклонился ближе и улыбнулся. — Бунтуете, мистер Спок? — прошептал он. Кто-то громко прочистил горло. Джим осмотрел транспортаторную, где собралась его команда. Доктор Маккой был тем, у кого, видимо, появился резкий зуд в гортани, но он был не единственным с подобной реакцией: Скотти неловко мялся на месте, две женщины-инженера поглядывали на них странными взглядами, а один из офицеров безопасности вообще ушел. Наверное, нужно было пойти и собрать больше людей. — Что? Но Спок схватил его за руку и развернул лицом к себе. — Вы слишком привлекательны, капитан, — Джима всегда интересовало, как он мог говорить подобные вещи со своей обычно интонацией, — со светлым тоном ваших кожи и волос, и особенно, вашими глазами, вы будете в опасности. — Спок, они согласились, чтобы только один человек спустился для переговоров, спустился вместе со мной! — Да, но я уверен, что вашего голографического изображения будет более, чем достаточно… — О, черт возьми!.. -… и вы слишком много улыбаетесь… — Улыбаюсь? Это не значит!.. Я проявляю дружелюбие! — Ваша улыбка сексуально притягательна. Джим повернулся к остальным. — Неужели кто-то думает, что моя улыбка «соблазнительная»? — Нет, капитан, — отозвался Скотти, моргнув. — Ха! — Джим театральным жестом ткнул пальцем на Вулканца, — да! Видишь? Ты — единственный, кто думает… — Это не мое мнение, это факт. Когда вы улыбаетесь, ваши глаза излучают свет, который служит повышению их привлекательности, а в сочетании с вашими симметричными чертами и губами… Джим почувствовал, как что-то перевернулось в желудке, и бессознательно облизал губы. — Ладно, Спок, — он старался говорить самым безэмоциональным тоном, каким только мог, — я понимаю, что тебе нравится моя внешность, но это по-прежнему мой приказ, и… — Джим, подожди! Это был Маккой, выглядящий так, как будто проглотил Альдебаранскую медузу. — Мы не можем игнорировать факты. В последний раз Звездный Флот выслал корабль, чтобы исследовать планету, и Лидорианцы забрали самого привлекательного ученого, и никто больше не видел и не слышал его! Мы не можем допустить, чтобы тебя похитили. — Серьезно, Боунс? — вздохнул Джим, избегая взгляда коммандера, — кто еще думает, что я слишком хорош для этого дела? К его полнейшему изумлению, руки подняли все. Правда, некоторые в процессе еле сдерживали смех, но Джим чувствовал, что это не важно. — Пусть идет Спок, Джим, — разумно предложил Маккой. Джим побледнел. — Ты шутишь? Спок выглядит гораздо лучше меня! Он высокий и утонченный, и дерьмо, он тоже сильный и вулканец! Что мы собираемся делать с этим? — ему понадобилась секунда, чтобы смутиться от собственного выбора слов, а потом смело продолжить, — они съедят его. Поэтому я не позволю ему уйти. Маккой шагнул к нему с неверящим взглядом. — Спок? В самом деле? Скотти вдруг начал критически изучать полувулканца, и все остальные тоже. Спок поднял бровь, но, похоже, не возражал. Хотя это плохо, потому что Джим, очевидно, возражал. — Ладно, ладно, пожалуйста, прекратите пялиться на моего первого помощника. Маккой посмотрел на него и недоуменно нахмурился. — Я просто не понимаю, Джим. Я до сих пор считаю, что отправить Спока будет более… логичным. — Никакого Спока, ясно? Я здесь капитан, и это диктатура, а не демократия! — Джим, я считаю, что ваш пример является ошибочным… — Заткнись, Спок! Скотти, телепортируй меня или ты уволен. — Капитан, как бы я ни хотел подчиниться приказу и сохранить работу, я считаю, парень прав. Без фазеров вы будете беззащитны. А у мистера Спока сила трех человек. — Я сказал нет. Пальцы Спока скользнули по его руке, и Джим рассеяно к нему повернулся. — Джим, я помню, как культуролог, доктор Биримбау, предупреждала вас об опасности этой миссии. Они настолько одержимы… — Окей, хорошо. Допустим, я согласен не идти. Кого мы должны отправить? О Споке и речи быть не может, — цыкнул он на женщину-инженера, открывшую было рот, чтобы опять предложить его кандидатуру. — Сулу обучен рукопашному бою, — вдруг предложил кто-то. — Последний раз, когда я заглядывал в учебник, фехтование не было рукопашным, и, вообще-то, он довольно горяч. — Что насчет ребенка-вундеркинда? Если они воспримут его, как невинного, безобидного ребенка они не смогут… — Чехов? Он… милый и невинный. Слишком милый, — Джим покачал головой. — Эм, на самом деле, Джим, я думаю, что он и Сулу… — Я мог бы пойти, — произнес Скотти, пожимая плечами. — У меня тонкая красота, только для ценителей, и я понимаю, что не всем нравится… — Ты нужен мне здесь, наверху, Скотти, — сказал Джим, — к сожалению, это все еще слишком рискованно. — Доктор Маккой не очень привлекателен, он будет в безопасности. — Оу! Джим расхохотался и хлопнул Спока по плечу. — Боунс мне тоже здесь нужен, Спок. Кроме того, он совсем не плох. Кажется, он сказал что-то не то, потому что глаза Спока едва заметно потемнели, и Джим сглотнул. Его коммандер, внезапно и без причины, оказался взбешен. — Спасибо, Джим, — отозвался Маккой, закатив глаза. Но Кирк смотрел на Спока и чувствовал себя полностью ошарашенным. — Возможно, навыки общения лейтенанта Ухуры… — начал кто-то. — Вы шутите? — Джим невесело рассмеялся, все еще не сводя глаз со своего первого офицера, — она самый прекрасный человек на этом корабле после Спока. Этот конкретный комментарий вызвал скептическое выражение лица абсолютно у всех, даже Спок приподнял брови, но, к облегчению Джима, его глаза снова вернулись к своему обычному шоколадному оттенку. — Ты не можешь говорить это серьезно, Джим, — Маккой вытаращил глаза. Джим нахмурился. — Что? Скотти тихо проговорил что-то, видимо, возмущенный настолько, что не мог нормально сформулировать. — Спок… Спок, — произнес Маккой, как будто это все объясняло. Джим не понимал, как никто не мог понять, что Спок был тонким блестящим слоем льда над пылающим океаном его страстных эмоций и вообще. Великолепным. — Я согласна с капитаном, — застенчиво протянула вторая женщина-инженер. — Спасибо! — Но тогда… Если не Спока, то кого нам тогда отправлять? *** В конце концов, миссия завершилась благополучно. Как оказалось, у Кинсера превосходные дипломатические навыки.