У каждого добра должно быть свое зло

***

       Вокруг была лишь темнота, но чей-то голос раздавался в ней: — Слоан, ну же, скорее!       Куда спешить? И разве это мое имя?        Но мгновение спустя я уже бежала по лесу. Легкие жгло, ноги ужасно болели, собственно, как и правый бок. Шанса перевести дух мне не давали, я должна успеть скрыться, иначе меня казнят за воровство. Не спорю, нынешний король правит мудро. Жалко, что только в высших слоях населения, низшие его вообще не интересуют. Кого-то убили? Разберемся, но позже. Ублюдок.        К нынешним лекарям прийти нет возможности, а мама ужасно больна, ей это нужно! Но кого это интересует? Верно. НИ-КО-ГО. Жалкое высшее сословие.        Младший брат все время недоедает, а он ведь совсем ребенок. Им даже жалко дать пищу слабым.        И ненависть пустила корни в моем сердце…        Года шли, а она лишь росла в моей душе. И вот, уже подростком, я ступила в чертоги темной колдуньи, дабы получить запретные знания…

***

       Возвращаться из странных видений было сложно, меня словно не хотели выпускать из них. Голова ужасно гудела, а я, оглядевшись вокруг, поняла, что находилась в чьи-то санях. Непонимающе взглянув в спину седого мужчины, я замерла. Это… Санта Клаус?! — Я знаю, что ты уже пришла в себя. И не сверли меня, пожалуйста, взглядом, это отвлекает, — спокойно молвил Санта. — Потерпи до привала. Если хочешь пить, то возьми флягу, она рядом с тобой лежит. — И более я от него ничего не услышала.        Выпив воды, я закрыла глаза и потерла пальцами переносицу. Голова ужасно болела, а еще эти странные видения. Они так и не пропали, что ужасно. Такими темпами и рассудка лишиться можно.        Наша поездка закончилась только через час. Санта остановил своих оленей возле какой-то деревушки, а после стал рыться в своем мешке для подарков. Через несколько минут он протянул мне какую-то книгу, оббитую черной тканью с металлическими вставками. На ней так же был замок, ключа от которого мужчина мне не дал. — А... — начала было я, но меня перебили. — Дальше ты пойдешь сама. Иди к реке, — он показал в противоположную сторону от деревни, — там будет одинокий домик, в нем живет женщина. И именно к ней ты должна идти, она поможет тебе со всем, что творится у тебя в голове, — закончив говорить, он хлопнул меня по плечу, сел в сани и умчался. — И как это понимать? Откуда он знает про то, что творится у меня в голове?! — Мое недоумение зашкаливало. Оставить ребенка в неизвестном ему месте — гениально…        И я отправилась в путь. Конечно, желание зайти в деревню было велико, но понимание того, что везде могут быть шпионы Джадис, вселяло страх. Поэтому пришлось идти. Интересно, как там Люси, Питер, Сьюзен и Эдмунд?..

***

       Путь к нужному дому был долог, снег мешал идти, а ноги ужасно устали. Молчу вообще про руки, которые довольно сильно замерзли из-за того, что спрятать их было нельзя. Они ведь книгу держали. Иногда я, запутавшись за подол длинного пальто, падала, но приходилось подниматься. Однако труды мои были вознаграждены, дом все-таки показался на горизонте, а значит стоит поспешить.        Через несколько минут я постучалась в дверь одинокого жилища. Оно было ветхое, казалось, легкого дуновения ветра хватит, чтобы уничтожить его. Но, как ни странно, деревянный дом до сих пор стоял, чуть накренившись, но стоял. И это удивительно.        Дверь никто не спешил открыть. Я подождала несколько минут, но никакого шевеления не было, поэтому снова постучалась. На сей раз мне открыла дверь женщина, на вид лет тридцати. Она долго смотрела на меня, а потом усмехнулась. — Ты опоздала, — сказав это, дама посторонилась, тем самым пропуская меня в дом.        Я зашла внутрь и недоуменно посмотрела на нее. Она была странная, но довольно красивая. Черные волосы вились, достигая середины спины. Сама женщина была одета в красное платье с золотой вышивкой, поверх которого была накинута шаль. — Я — Теа Певе… — попыталась я представиться, но дама лишь махнула рукой, останавливая меня. Закрыв дверь, чтобы ветер не запускал снег в дом, хозяйка направилась вглубь помещения. Я же только сейчас заметила, что внутри жилище выглядит намного больше, чем снаружи, а еще здесь явно теплее.        Оглядевшись, я увидела на стене возле входа гвоздики для верхней одежды, поэтому поспешила раздеться. Повесив пальто, я отбила снег с обуви, чтобы не натоптать в чужом доме, и поспешила следом за этой странной женщиной. Она уже сидела в кресле возле камина, а заметив меня, пригласила движением руки сесть в соседнее. — Можно у вас спросить? — неловко начала я, направившись к предложенному креслу.        Дама усмехнулась и ответила: — А разве ты сейчас не спрашиваешь?        Недовольно на нее взглянув, я все же спросила: — Вы разве меня ждали? И как вас зовут? — и усевшись в кресло, я серьезно посмотрела на нее. Ответом мне был звонкий смех. — Давай ты ответишь на свои вопросы сама, но чуть позже. А сейчас тебе надо согреться, — и она, встав со своего места, направилась к столу. На одном его краю стояли сосуды с чем-то неизвестным, а на второй половине — поднос, на котором уже стояли две чашечки, заварочный чайник и тарелка с печеньем. — А после того, как отогреешь руки, мы поедим, хорошо? Или ты сейчас хочешь кушать? — она вопросительно посмотрела на меня, а я лишь покачала головой в жесте отрицания. Опозориться из-за своих трясущихся рук почему-то не хотелось. Особенно перед этой дамой.        Она кивнула, взяла поднос со всем приготовленным и направилась ко мне. Поставив свою ношу на столик между двумя креслами, женщина разлила душистый чай по чашечкам и подала одну из них мне. Благодарно кивнув, я с удовольствием обхватила сосуд с горячей жидкостью руками, чтобы они скорее отогрелись. Это так прекрасно, когда тепло и не дует ледяной ветер, бросая снежинки в лицо. Отхлебнув немного жидкости, я смотрела на пламя в камине. И чем больше я пила чай, тем больше меня клонило в сон. Когда на дне чашечки оставалось совсем немного чая, я все же задремала…        А здесь меня уже ждали видения, но в этот раз я сопротивляться им не могла. Они мелькали очень быстро, но то, что было в них, оставалось в моей голове. Казалась, пытка никогда не закончится, но у нее все же был конец, что безумно обрадовало.        Резко сев на кровати, я тяжело дышала, а взгляд мой остановился на женщине, которая все так же сидела в кресле. Дама читала книгу, спокойно читала, словно бы это не она отправила меня к этим… Нет, не так. Словно бы это не она отправила меня в прошлое, заставляя тем самым прожить его заново. — Зачем Вы это сделали, учитель Софф? — хриплым голосом спросила я, тем самым привлекая ее внимание к себе.        Закрыв книгу, женщина поднялась с насиженного места и направилась ко мне. Она не выглядела виноватой, нет, выражение ее лица можно было бы назвать радостным, если бы не затаенная грусть в глазах. — Я не хочу заново учить тебя своему мастерству, поэтому это был единственный выход из ситуации. Надеюсь, ты будешь благоразумна и не наделаешь глупостей, — она прекрасно знала меня в прошлом, но теперь я… иная? Наверное, да. Поэтому, наверное, меня обидели ее слова…        Ели мы в полной тишине. Я молчала, потому что пыталась расставить по полочкам свое прошлое, но в нем оказались знатные пробелы. Почему молчала Софф, я не знаю. После она рассказала мне, как добраться до лагеря Аслана. Более задерживаться я не хотела, ибо братья и сестры, скорее всего, волновались. Так странно теперь думать о них, когда помнишь свое прошлое… Брр, сойти с ума теперь точно можно.        И снова я отправилась в путь. Теперь уже к Аслану.

***

       Темная колдунья долго смотрела в след своей бывшей подопечной. Она сильно изменилась в этой жизни… Особенно если сравнивать с ней прошлой. — Ты как, Софф? — раздался взволнованный мужской голос. Чуть позже из-за дома появился и его обладатель.        Женщина грустно улыбнулась и посмотрела на гостя. — Знаешь, Клаус, все было бы хорошо, если бы не это ужасное чувство, будто я разрушила детскую жизнь. — И снова взгляд устремлен в след ушедшей.        Мужчина подошел ближе и обнял колдунью за плечи. — Ты же знаешь, что иначе она бы сошла с ума. А так воспоминания об этом мире не будут более ее мучить. — Женщина взглянула на Санта Клауса, всхлипнула и, развернувшись лицом к нему, расплакалась.        Ведь даже у темных есть сердце…