Пьяное солнце.
16 июля 2017 г., 18:52
Я помнил всё и всё забыл. Кого искал, кого любил. Я проходил сквозь эти стены. Я не хочу смотреть назад, Где пламенеющий закат Себе и мне вскрывает вены.
Когда лимузин хозяина Башни свернул в сторону дома, был уже вечер. Где Тони провел ночь, и еще пол дня можно было только догадываться. Первым кого он увидел в Башне был Вижн, он стоял любуясь цветами, которые тут везде дала распоряжение поставить Пеппер. Тони подошел к нему, и сказал: — Изучаешь молекулярный склад растений? — Думаю о Ванде, — ответил андроид, — она так же прекрасна как этот цветок. Тони улыбнувшись сказал: — Да ты влюбился, друг? — потом видя отсутствующий взгляд андроида, добавил — ты знаешь что такое любовь? — Знаю, — Вижн перевел взгляд на Старка. — Откуда? Не помню что бы прописывал такое в твоих алгоритмах. — Любовь — это самое прекрасное что есть на земле, это то что делает вас людьми. И меня тоже. Тони помотал головой и решил что надо меньше пить, раз уже андроиды говорят о любви. Но слова его творения разбередили в Тони забытую боль, а еще через минуту он увидел эту самую боль, читающую газету в его кабинете. — Что там пишут? — холодно спросил гений. Стив поднял глаза от газеты, сложил ее рядом, и сказал: — Я могу узнать где ты был больше суток? — Капитан, вы не моя жена, — Старк сразу принялся искать лекарство, а оно у него как известно только одно, дорогое и янтарное. — Я понял, тогда извини за то что придумал себе лишнего, — Роджерс встал, — больше я тебя не побеспокою. — Пойдешь к нему? — Тони произнес это тихо, но Стив услышал. — Послушай, я не знаю где Баки. — Врешь, — выпив стакан он сразу налил себе снова, — я видел ту запись, ты смотрел на него в упор или тебе показать видео? Глаза в глаза, в полной тишине было слышно как стучат два сердца. — Расскажи мне все, Рождерс. — Хорошо, — Капитан вернулся, и сел на место, — когда мы прилетели в Ваканду, Баки был полуживой, знаешь хоть мы оба с ним супер-солдаты, но ты его отделал дай боже, — глаза Стива смотрели с укором, — местные врачи привели его в порядок, а через несколько месяцев Т’Чалла сказал что для него собрали еще более мощную руку. Если тебе интересно, то все эти месяцы Баки находился в заморозке, лишь иногда выходя из нее, для примерок прототипа руки. Тони пил и слушал. — Примерно через неделю после собрания руки, и присоединения ее, Баки сказал что чувствует себя лучше, и не захотел более ложиться в криосон, я не настаивал, ведь в Ваканде мы жили изолировано, и он никому не мог причинить зла. В основном он проводил время читая книги и изучая современный мир. Ведь он так редко видел его будучи собой, — как-то не весело сказал Стив, — а потом позвонил ты. Я догадывался что Баки подслушивает, но мне казалось мы не говорили ни о чем таком. — Думаешь он приревновал? — с какой-то пошлой улыбкой спросил Тони. — Послушай, — кажется, Старк задел за живое, — Баки просто мой друг, как Сокол. Или как у тебя Роуди. Я не испытываю к нему тех чувств которые… — тут он запутался, — в общем у нас не было такого, как между мной и тобой. Я вообще думаю что Баки не до любви, ему 100 лет, большую часть из них он провел будучи в состоянии между жизнью и смертью, и то что он жив, это уже счастье. По лицу Старка было видно что Стивен убедил его, гений подошел по ближе, но сел на против Стива: — И что было дальше? — Когда ты звонил мне, Баки делал вид что читает или смотрит телевизор, но он слушал, я знаю. И после вид у него был понурый, хотя я все списывал на то что он просто еще не отошел от той драки, и не может адаптироваться в наш современный мир. — Он вздохнул. — А потом когда ты предложил мне вернуться, я хотел забрать Баки в Нью-Йорк, но в ту же ночь он пропал. Тони отпил виски: — Печально, — как-то совсем без эмоций сказал он, — но ведь ты видел его в Сирии? — Да, — он смотрел Тони в глаза, — Энтони, — о боже зачем он произнес это имя, Старк уже чувствовал как у него сносит крышу, — я видел его, но я знаю как ты относишься к нему, и тот факт что он появился там, мог дать тебе лишний повод преследовать его, искать. А он больше не Зимний Солдат. Я не знаю что он делал в Сирии, я не знаю куда он делся после. Но я прошу тебя оставь его в покое. Это его жизнь. Тони поставил пустой стакан на столик: — Допустим, я оставлю его в покое. В смерти моих родителей он виноват косвенно, — говорил он спокойно, — он был не в себе. Но на воле гуляет, скажем так, далеко не просто 100-летний военный с синдромом ПТСР, а машина убийств. И то что ты считаешь добротой, есть не более чем безалаберность, и не желание принять тот факт что это больше не твой военный друг Джеймс Барнс, а совсем другой человек, более опасный для социума и окружающих. И чем быстрее он будет найден и посажен в специально место, тем лучше для всех. Стив опустил глаза, ссориться с Тони ему не хотелось, а доказывать тому свою правоту, это равносильно опять начинать гражданскую войну, до чего упрямый это Старк. Может потому он всегда на коне. Но Роджерс встал, и сказал: — Я лучше пойду, хорошего вечера Тони. — Подожди, — в голосе миллиардера чувствовалось раскаяние, он любил Стива, даже не смотря на то что тот казался ему глупым и наивным идеалистом, но таким чертовски соблазнительным. Подойдя в упор он уже обнимал Роджерса за талию, шепча на ухо: — Прости меня, — так близко, обжигая дыханием Капитана, — я был не прав, я не хотел тебя обидеть, останься, — целует его шею, — ты мне нужен, очень сильно. И через минуту они уже страстно целовались. Срывая друг с друга одежду, и направляясь к спальне. Тони пихнул Стива на кровать сам нависая над ним, и опять целуя, а после и кусая его шею. А Капитан стягивая со Старка рубашку, крепко вцепился в его плечи, прижимая к себе, и в этот момент он заметил за окном на крыше соседнего здания человека, чей взгляд он узнал бы из сотен. Баки. Стивен вздрогнул, Старк мгновенно оглянулся туда куда смотрел его любовник, но там никого не было. Он посмотрел в глаза Роджерса: — Все хорошо? — Да, просто показалось.***
Приоткрытое окно, окраина Бруклина, квартира Стива. Вот только его нет тут уже несколько суток. Окно аккуратно открывают по шире и бесшумно в него проникает человек. Он двигается в темноте, глаза давно привыкли именно так, яркий свет пугает его. Он подходит к холодильнику, и достает от туда пакет молока. — Сержант Барнс, — одним щелчком свет включается. Ник Фьюри стоит в дверях кухни, — я вижу вы недавно приехали в Америку. С возвращением на родину. У меня есть к вам одно предложение.
