Сублимация любви миллиардера

      С тех самых пор, как Стив однажды проснулся в новом столетии в Нью-Йорке, и понял, что мир окончательно и бесповоротно изменился, он старался понять и принять все что было вокруг таким как есть, но ему было сложно. Что-то изменилось бесповоротно . Его Америка была уже не той, и похоже той, она не будет уже никогда. Капитан всегда интересовался политикой, но сейчас наблюдая за выступлениями президента своей родины, он осуждающе качал головой.       Второй шанс родиться заново, прожить в мире намного близком к тому идеальному будущему, к которому они все стремились тогда, был не таким уж прекрасным. Часто Стивен не понимал, почему возникают те или иные военные конфликты, в которых должен был участвовать. Его генетический код снова стал интересовать ученых, и желание создать нового солдата или хотя бы чтобы Стивен стал донором, не раз выражали разные научные центры.       А вокруг утопающая в эмигрантах Америка, где китайцы, евреи и мексиканцы давно основное население, а сказать на афроамериканца «негр», равносильно, что подписать себе смертный приговор.       Но Стивен отмечал и позитивные стороны нового мира. Были побеждены многие болезни, созданы организации для поддержания порядка во всем мире и помощи бедным во всех углах планеты. А так же тот факт что Америка все еще супердержава. И конечно интернет, то, что помогало Капитану понять современный мир.       Впрочем самым большим открытием для Стива стала его собственная ориентация. Он конечно догадывался еще тогда в военные годы, что с ним что-то не так. Любой другой давно бы уже затянул Пегги в кровать, а он все ходил вокруг да около, но он списывал все на то, что ему было сложно просто переспать с девушкой, пусть даже и любимой. Воспитание которое ему дали родители, говорило о том, что с дамой надо вести себя как джентльмен. И не важно что вокруг была война, и их могли в любой момент убить.       В новом веке все было иначе. И когда Пегги умерла, Капитану показалось это он умер, тот прежний Стив, навсегда. И тут появился Тони.       Их отношения не начались просто так, но миллиардер умел подбирать ключи к людям, и получать то или в данном случае того, кого хотел. После Пегги, он был именно тем человеком, который смог залезть глубоко в душу столетнего ветерана, и разжечь в ней огонь. И хоть Стиву было сложно судить на сколько это правильные отношения, хотя в Нью-Йорке этим давно уже никого не удивишь и людям в основном все равно, но какая-то часть души осуждала его. Потому он старался не думать об этом часто, а оставить все как есть, предоставив времени все расставить на свои места. Он был счастлив с Тони, ему было хорошо впервые за сто лет настолько, что остальные доводы меркли.       Он решил поехать к себе на квартиру забрать некоторые вещи, которые сохранились еще с далеких времен его молодости, и радовали глаз и душу Капитана. Стив не любил ездить на подаренном автомобиле, а вот байк, было самое то. Явившись в Бруклин, он поднялся к себе в квартиру и принялся собирать вещи, но тут то он заметил что вокруг все не на своих местах. Капитан был настолько самокритичен и педантичен что в его доме, все стояло, лежало и находилось в идеальном порядке. И конечно, даже легкое изменение не смогло не вызвать в нем подозрений.       Стив замер, и принялся рассматривать что именно изменилось, пытаясь понять кто и зачем тут был. На диване в помятом виде валялся плед, который до этого был идеально сложен, и крошки от сэндвича, супер-солдат даже почувствовал его запах с арахисовым маслом. Тут то его осенила догадка, и он выключив свет сел подальше от окна, и принялся ждать.       Ближе к полуночи он написал Тони смс, и уже почти заснул, когда увидел по тени на полу что в окно кто-то влазит. Как этот призрак научился так бесшумно ходить было сложно ответить. Капитан видел как тот пошел к холодильнику, и в этот момент Стив включил свет.        — Можно было просто позвонить.       Баки выронил пакет с молоком.       Стивен осмотрел старого друга, тот явно успел подкупить себе немного вещей не выглядел так замучено, как в Бухаресте. Молоко мирно растекалось по полу, и Стивен пошел за тряпкой. В то время как Баки стоял как вкопанный.        — Я могу узнать куда ты пропал? — через пять минут Баки сидит с огромным стаканом молока на диване, а Стив напротив в кресле, и задает вопрос.        — Не хотел тебе мешать, — Капитан вздыхает, похоже не одному ему сложно в новом веке, но Баки хуже, он не просто пролежал семьдесят лет во льдах, он жил такой жизнью, которая оставила на нем неизгладимый след.        — И чем ты мог мне помешать? Если ты боялся, что тебя посадят в тюрьму, то не думай об этом, я не допущу такого, — сказал он утверждающим тоном, — Тони поможет доказать твою невиновность.       От его имени солдат поперхнулся молоком. И так сильно сжал стакан бионической рукой, что тот естественно треснул.        — Баки. — Стив кинулся помогать ему все вытереть, но Баки отпихал его:        — Я сам.       В этот момент они оказались так близко, и на минуту замерли вот так, смотря друг другу в глаза. Первым очнулся Стив, и опустил взгляд:        — Он хороший, Бак, он не злится больше на тебя, он поможет.       Барнс сбросил осколки на пол и пошел за веником, поджимая губы. А Стив с таким несчастным видом смотрел на него.        — Я сам решу свои проблемы, — тихо отвечал Джеймс, убирая осколки, — и не буду больше появляться в вашей жизни.       Но почему от этих слов Капитану стало больнее, чем даже от тех пуль, которые некогда Баки с избытком выпустил в него на Хэликэрриере.        — Нет, — сказал Стив, — хватит уже бегать от меня, — в голосе чувствовалась строгость, — и оставайся тут, вряд ли кто сейчас будет искать тебя.        — Я съеду, как только найду себе квартиру. Мне Фьюри поможет.        — Он знает? — Стив опешил, хотя поводов не доверять бывшему директору Щ.И.Т.-а у него не было.       — Он приходил недавно, предлагал работать с ними, похоже, у него есть еще одна организация, я сказал что я подумаю. Но видать выбора у меня нет — как-то грустно констатировал Баки, упираясь о край спинки дивана.       Стив смотрел на друга с таким участием, Баки выглядел сейчас совсем другим. Здесь, в квартире Стива, он был словно всегда. Та часть воспоминаний которая была из прошлого. Но намного ценнее всех этих вещей, которые он так хранил. Единственный кто знал о Стиве все, и даже больше.        — Все будет хорошо, знаешь, ты наверное устал, ложись в спальне, а я тут, на диване, — сказал Капитан.        — Лучше наоборот, мне и тут хорошо, — ответил Баки, снова не сводя со Стива своих огромных глаз. Со стороны все выглядело так, словно они играют в какие-то гляделки друг с другом. Но для себя Рождерс объяснял это тем, что Баки сложно принимать решения самому, слишком долго он жил в полном подчинении и он ждёт от Стива указаний.        — Хорошо, оставайся тут, — Стив направился в спальню, — Спокойной ночи.        — Ты не поедешь к Старку? — вопрос в спину заставил Кэпа оглянуться, и снова посмотреть в глаза, которые Баки правда успел опустить, боясь что сказал лишнее или не желая выдать каких-то чувств.       — Нет, — твердо сказал Роджерс, — Сегодня не поеду, — сладких снов, Баки.       Он исчез за дверьми спальни. Думая о том, что не хочет оставлять Джеймса одного. Не важно, что между ними стена и что солдат явно не тот человек, с кем Стив дружил в юности. Но это чувство, которое накрывало Стива в его присутствии, было очень сильным. С Баки хотелось находиться рядом, ему хотелось помогать понять этот новый мир, готовить, накупить ему еще пол шкафа всяких вещей, сводить в парикмахерскую. Стив уверял себя что это нормальные дружеские чувства, но что-то в душе говорило что это не так. И если со Старком это было влечение и страсть, то здесь это была зависимость, но Стив пытался отогнать таким мысли как мог, хотя до утра так и не уснул.       Но он не знал, что Баки тоже не спит, ведь обычно Зимнему Солдату снилось такое, от чего бы он мог кричать и барахтался всю ночь, а ему не хотелось, что бы Стив узнал об этом, и тем более разбудить последнего, потому он просто лежал молча на диване, прислушиваясь к дыханию Капитана.