Честная игра

      Бежать. Именно это она и собиралась сделать. Ей было больно от мысли, что придется оставить родные края, свой народ, любимого отца, но другого выхода она не видела. Не будет принцесса Ванахейма принадлежать кому-то против своей воли. Тем более сейчас, когда она совершенно не готова к свадьбе. Она не знала, куда направится и где будет жить, но решила, что подумает об этом позже, когда Тор, Один и эта женитьба останутся далеко позади. Остаток дня Сигюн провела в саду, даже не явилась на ужин. Когда на Ванахейм начали опускаться сумерки, она прокралась на кухню, взяла немного еды, и направилась в конюшню. К моменту, как она приблизилась к стойлам, уже совсем стемнело. Но не успела она запрячь своего коня, как сзади раздался голос: - Отец ведь предупреждал тебя, не вздумай бежать. - Тор! Что ты тут делаешь? - девушка подпрыгнула от неожиданности. - То же самое могу спросить и тебя! Сигюн тяжело вздохнула и убрала руки с седла. Весь ее план с побегом с треском провалился. - Я не могу так, - тихо проговорила она. - Я еще не готова ни к замужеству, ни к правлению. Молю тебя, позволь мне уехать. - Прости, но этого я сделать не могу,- ответил громовержец. - Да что же это за бред! - не выдержала Сигюн. - Что за дурацкие обычаи, навязывать жен и мужей! Тебя ведь вероятно ждет такая же судьба! Неужели тебя это устраивает? - Нет, но если благополучие моего народа зависит от соблюдения этого обычая, тогда боюсь, у меня нет выбора, - спокойно проговорил Тор. - К тому же, я не испытваю ни к одной женщине любовные чувства, так что не вижу причин, по которым не смогу с добротой и с уважением относиться к той, кому суждено стать моей женой, а это уже не так уж и мало для хорошего брака. - Но ведь этот человек будет совсем чужд тебе! А если у вас не будет ничего общего? Представь, что принцесса Муспельхейма окажется набитой неотесанной дурой и вам даже не о чем будет поговорить!.. Сигюн замолчала. Она закрыла лицо руками. - Прости, я веду себя как маленький ребенок. - Ничего, - улыбнулся принц. - Тор... Что, если твой отец отдаст меня в жены твоему брату? - тихо проговорила девушка. – Я слышала немало о его выходках, о том, как он бывает… жесток. Мужчина подошел к ней и положил руки ей на плечи: - Сигюн, я хорошо помню твою мать. Они с моей матерью были очень близки, почти что сестры. И от того очень похожи. Это две невероятно сильные и мудрые женщины. Вы с ней... Вы тоже очень похожи. Сожалею, что твоя мать так рано покинула нас, но если она успела хотя бы наполовину воспитать тебя такой, какой была она сама, я уверен, что ты никому не позволишь себя обидеть. К тому же, мой брат не так уж плох, - он сделал паузу, - в нем есть добро. Сигюн молчала. Впервые в жизни, она не знала, что сказать. - Поверь, своим побегом ты сделаешь только хуже. Ты прогневишь моего отца, подставишь своего... - Ты прав. Во всем, - принцесса вздохнула и направилась в свои покои. Это была ее последняя ночь дома.

***

      Утром во дворе замка принцессу уже ждала ее свита в лице Тора, Сиф и Фандрала. Последний игриво улыбнулся девушке, когда она подошла к ним. - Доброе утро, принцесса, - юноша поцеловал ей руку, от чего Сигюн вновь залилась краской.       Она заметила, как на лице воина промелькнула ухмылка, будто ему нравилось смущать её. -Готова? - спросил Тор.       Сигюн молча кивнула и повернулась спиной к дверям дворца. В этот самый момент они распахнулись и во двор вышел царь. - Дочка, я понимаю, ты злишься, но... неужели ты не обнимешь отца перед столь долгой разлукой? Я ведь увижу тебя не ранее, чем на свадьбе.       Сигюн не ответила, так как по началу она действительно хотела уйти не попрощавшись. Всю ночь она не сомкнула глаз и яростно проклинала Одина и Ньёрда за то, что заключили договор о замужестве своих детей. Но у принцессы было слишком доброе сердце, и она не могла долго злиться, тем более на отца. Она крепко обняла царя, так и не проронив ни слова. Ньёрду было тяжело отпускать дочь, но он знал, как никто другой, что у действий Одина всегда есть причина. - Пора, - сказал Тор. Сигюн подошла к троице воинов, и Тор поднял в небо свой молот. - Хаймдал, как будешь готов! - крикнул он ввысь, и в следующую секунду сверкающий луч забрал их в Асгард. Последнее, что увил царь Ньёрд- это наполненные болью глаза дочери.