Грифельным карандашом

Твердишь, что тебе все равно. В десятый раз его образ грифельным карандашом обводя. Мнишь себя абсолютно равнодушной, по пять раз за день в коридорах сталкиваясь. Случайно. Не специально. С улыбкой. Стоп. Ты же терпеть не можешь улыбок и пустого трепа. Стороннее наблюдение и отрешенность — другое дело. Тебе плевать, что подумают другие о непохожести и отрешенности. Ты не изгой, у тебя есть друзья. Есть те, кто ценит и понимает. А еще есть он — неловкий и смешной... когда ты в последний раз смеялась? И не вспомнить. Серьезная, на своих рисунках целиком сконцентрированная. Когда-то была лишь ты и твое особое видение мира через призму рисования. А потом появился этот нелепый Питер Паркер. Ты — Тень. Тебя и нет за ним, случайная прохожая, «фоновая» девочка в блеске «знаменитых и прекрасных». Таких, как эта Лиз... И ломается остро заточенный грифельный карандаш. Тебе его будто в сердце загнали, без анестезии. Больно, не правда ли? Но ты — сильная. Порой кажется, что из железа сделанная. Ты не выдашь чувств. И не сольешься с серой массой. Это здание построено рабами. Говоришь, с вызовом, что не пойдешь туда, а охраннику и возразить-то нечего. Потому что права. Умная за гранью разумности. Повернутая на Питере Паркере, только это тайна. Тсс. Грифельным карандашом делаешь набросок на белом листе бумаге — Человек-паук карабкается по стене. Диво какое, пфф. Искушенных граждан не то чтобы сильно этим удивить — вот если бы на здание Халк забрался... хотя многие и благодарны паучку за спасение. Вот если бы лифт этот таки сорвался вниз... вместе с этой Лиз в придачу... Темные мысли. Это чересчур. Гонишь их от себя. И смотришь наигранно-отрешенно в толпу. На него. Не замечает. Как и всегда. Стискиваешь грифельный карандаш в руке и сидишь зачем-то в пыльном классе. Рисуешь набросок учителя «на автомате». Зачем ты здесь? Ведь не наказана же... Легко сказать, когда не знаете, какие демоны летают внутри. И Питер Паркер сидит близко так. Забавный и понимающий. Ты рисуешь тяжелые будни людей, ага. Нарисовал бы кто-то твои собственные. Переглядываешься с Паркером. Улыбки-молнии. Придет ли он на выпускной бал? Позовет с собой Лиз? Конечно же да. Нервно комкаешь лист в руках и смотришь в окно, чтобы другие не видели этого блеска во взгляде... Твердишь что тебе все равно. В десятый раз его образ грифельным карандашом обводя. Не видно было на балу — ну и что с того? У Питера Паркера могла быть масса причин не появляться на выпускном. Ты сама бы пропустила эту вечеринку, если бы... Довольно глупостей. Нужно взять себя в руки и избавиться от этого странного чувства. И все же сердце замедляет ход, когда в коридорах сталкиваешься с ним. Привычное: — Привет, Мишель. — Привет, Питер. А после вы уже сидите за одним столом. Командой. И тебя назначают президентом. Типа за ум или же наглость? Лиз выбыла из соревнования. Крутишь в руках теперь уже ручку. С ней ощущаешь себя увереннее, чем с ломким грифельным карандашом. Смотришь на собравшихся. Задерживаешь особый взгляд на Паркере. И произносишь свое тайное имя. Для близких и достойных доверия. Для него. Эм Джей. Теперь ты можешь звать меня Эм Джей, Питер. Твоя, безразлично-фальшивая... А, никому это не интересно.