Предательство знает моё имя

Фраза «Я задолбался, я ухожу», с которой он развалил целую державу, стала крылатой.

Последний год обучения в академии, посещение занятий не обязательно, тренируешься с личным наставником. Наруто понимал, что, возможно, с выбором наставника слегка поторопился. Он понимал, что это было соглашение с Дьяволом. Он знал, на что были способны три Санина из его реальности. Осознавал, что теперь тренировки больше будут походить на прохождение кругов Ада, но пути назад уже не было, да и не в его стиле отказываться от принятых им же решений. Три санина учили его четырем важным для шиноби умениям: думать, сражаться, защищаться, исцелять, и не только повреждения тела. Но первым безусловно был контроль чакры. У него не было его огромных запасов, но после тренировок он смог восстановить половину былого резерва, что ни могло не радовать. Вернёмся к тренировкам. Упражнения на развития силы, скорости, выносливости, обучение владению холодным и стрелковым оружием, коса и арбалет пришлись Узумаки по вкусу, без классики вроде катаны, меча и ножа с кинжалом тоже не обошлось. Нин-, Ирьёнин-, Ген-, Фуиндзюцу, а уж сколько книг ему пришлось прочесть, яды, противоядия, токсины, травы, приготовления самых базовых соединений в полевых условия, умение выживать. Блондин часто жаловался на головную боль, на болящие мышцы и кисти рук. Опытные медики в лице Тсунаде и Орочимару говорили ему, что это из-за отсутствие привычки и подготовки, но обследования проводили, только ничего странного или угрожающего жизни не обнаруживали. Курама шутил, что голова Узумаки просто не рассчитана на такой поток знаний. Ну да, еще из него делали сенсора. Его способность ощущать сильно отличалось от уже известных. Это сильно заинтересовало безумного ученого в лице Змеиного Санина. Наруто против не был, ему не жалко, пусть исследует, если так хочется. Беготня между полигоном, лабораторией и библиотекой совсем не оставляла времени на личную жизнь, а чрезмерное общение с Орочи-сенсеем окончательно испортило и без того не сахарный характер. Блондин почти не появлялся дома и окончательно отдалился от семьи. Полгода обучения пролетели незаметно, но чем дальше тем сложнее, опаснее и интереснее. *** Пробежка по Листу с утра пораньше и тренировочный бой на водной поверхности стали обычным делом. Наруто искупался, вылез на берег и улегся на траву загорать и познавать дзен. Птицы пели, листья деревьев, потревоженные неспешным ветром, тихо шуршали, шиноби бегали по своим делам. Всё тихо, мирно, спокойно. Почти. Пристальный взгляд, который был и везде, и нигде, ощущался кожей и сенсорикой слишком четко и сильно, будто бы был слишком близко. Глаза могут лгать, этому его учил Орочимару. Никогда не стоит верить только одному органу чувств, это может стоить жизни. — Курама, ты ничего не чувствуешь? — Нет, параноик, успокойся и отдыхай. — Моя паранойя может и мешает, но умирать она мне мешает намного чаще. — Знаешь я скучаю по тем временам, когда у тебя её не было вообще, сделал и только потом подумал и спросил себя, а что я вообще сделал? — Кьюби но Йокко! Мне не смешно, знаешь как это напрягает? — Наруто, успокойся, ты же не ребенок, ну, ладно, ты ребенок с опытом воина и бойца Анбу. Чего ты боишься? Ученик уже трех великих Санинов, освоивший полет Бога грома, ты почти вернул прежнюю реакцию и скорость, если опасность будет реальной, я тебе об этом сообщу, и ты всегда можешь уйти Хирайшином в убежище. В чём проблема? Кстати, о Санинах, ты собираешься рассказывать им правду? — Да, но позже, я пока не готов столкнуться с исследовательским энтузиазмом Орочи-сенсея. — Ой, брось, ты всегда можешь податься в нукенины. Правда это ненадолго поможет. Чуткий слух уловил хруст веток и три переговаривающихся голоса. Сенсорика ощутила шесть чакропользователей, чакра пяти из них была хорошо знакома. Узумаки усмехнулся и резко рванул вперед, призывая из печати косу и высвобождая молнию. Три будущих генина только и успели, что испугаться, а вот их учителя показали себя превосходно, Итачи и Яхико, обойдя учеников, легко отразили атаку, вынуждая блондина отступить назад, Шизуне отправила отравленные сенбоны, которые впрочем легко были отбиты. Перед делегацией, которая шла на полигон предстал полуголый Наруто. — Ну, этим троим однозначно два, громкие, неспособные качественно отреагировать на атаку, а господа-товарищи-наставники молодцы. — Наруто, ты стал совсем невыносимым. — Ну, Итачи, ты же все равно мой друг и все равно меня будешь любить правда ведь, — Узумаки хлопнул большими голубыми глаза, неуверенно улыбнулся. Порыв обнять наглеца и заразу Итачи подавить не смог, прижал мелочь ненормальную к себе, взъерошил волосы. — Куда же я денусь. Ты изменился, стал счастливее. — Бросить ты, глупости какие. Мне пора, если я опоздаю, сенсей мне голову открутит. А то, что голову ему Орочимару оторвёт никому знать не обязательно. Узумаки сбегал к крестной, принял душ переоделся и отправился в подземелья, где обитал безумный гений. — Наруто-кун, я как раз о тебе думал, — голос, раздавшийся из-за спины совсем близко к ушной раковине, спровоцировал казалось бы давно забытые рефлексы. — Очень впечатляющая атака, о чем задумался? — Орочимару если и удивился, то вида не подал. — Да, так, есть одна интересная теория. Орочи-сенсей учил не только лягушек препарировать, вещества всякие готовить и техниками швыряться. Он еще очень много полезного сообщал между делом. Услышал, понял, запомнил — молодец, нет — твои проблемы. А еще Орочи умел правильно задавать вопросы. Выкинуть их из головы было порой просто нереально, особенно с природным любопытством блондина. — И что так сильно завлекло твой ум? — Круг стихий. Классический и расширенный составляет собой основу изучения типов чакры, однако если хорошо подумать, то эта теория выглядит сильно уж притянутой за уши. Если классический круг стихий, еще куда не шел, хотя тоже, очень сомнительно, что высвобождение огня, всегда сильнее высвобождения ветра, то вот расширенный больше похож на бред сумасшедшего. Ну, ладно мокутон, магнетизм, даже йотон и хьотон еще похоже на смещение стихий, и то последнее сильно сомнительно. Но вот взрыв, песок, управление песком вообще больше походит на стихию магнетизма, а стихия пара, а еще по мимо всего этого есть медицинские техники, для которых принято использовать нейтральную чакру и сенчакра, которую сюда вы не впихнете не под каким предлогом. Кстати, есть еще стиль частиц, дзюцу третьего Тсучикаге, его куда впихнуть. Змеиный санин был немножко в шоке. Нет, в отличии от своих сокомандников он понимал, что Наруто не так прост, как хочет казаться, Орочимару видел в нём отражение войны, повадки Анбу, а каким мог стать его взгляд в минуты глубоких раздумий, он иногда с глубокой болью смотрел на Джираю, с безмолвным пониманием и сожалением на Тсунаде, со смесью уважения и осуждения на него самого. Словно знал о них если не всё, то очень много. — Интересная теория, Наруто-кун. Запиши наброски на бумаге и отправляйся на третий полигон, хочу научить тебя одной технике. — Хай, Орочи-сенсей. — Наруто, ты веришь, что смерть это конец? — Как Узумаки авторитетно заявляю, смерть это лишь начало. Блондин скрылся за дверь, а брюнет, опустив свою задницу на стол, очень глубоко задумался о том, что в себе таит этот невероятный паренёк.