Девушка из Якудз

      Идти в пять утра домой под дождем и минусовую температуру воздуха оказалось не самым лучшим решением. Через день Эва свалилась в кровать с болью в голове, насморком и температурой под тридцать восемь, проклиная себя и свой разум, твердивший, что надо валить из постели Криса, пока не поздно. Предупредив Якудз и Элин, которые обещали заехать к ней в понедельник, она отключила телефон и просто проспала весь день.       В понедельник ни в какую школу Тейге, конечно, не пошла, решив сделать маленький дневной отдых и попытаться немного подлечиться, а во вторник с новыми силами пойти в Ниссен. Тем более к ней собирались Якудзы.       Приготовил утром все, что нужно для мини-вечеринки с бандой, девушка легла спать. Вечер начался с того, что она упала с кровати и в который раз прокляла весь мир. Полежав несколько минут на мягком прикроватном коврике, зеленоглазая еле-еле поднялась с него и села на кровать. Утром Эва выпила несколько таблеток от головы, но она все никак не проходит. Казалось, что если она выпьет еще одну таблетку, то быстрее сдохнет от передоза, чем голова перестанет болеть.       Проматерившись, норвежка легла обратно на кровать и решила включить телефон. Мало ли, может быть ей кто-нибудь писал. И она оказалась права: несколько сообщений и пропущенных звонков от Нуры и Кристины заставили девушку поверить в то, что кому-то она, да нужна. Значит, если она помрёт от головной боли, то заваняться не успеет — к ней точно кто-нибудь придёт. «Слава Папе Римскому, ты включила телефон»

«Прости, Нура, что не отвечала. Я приболела. Завтра уже приду»

«Выздоравливай. Может, тебе чего-нибудь принести?»

«Спасибо, но не надо»

«Хорошо. Ждём тебя в школе»       Пролежав ещё так несколько минут, девушка решила пройти на кухню. Через полчаса должны прийти Якудзы, надо немного подготовить стаканы и тарелки. Как ей обещал Ник, они принесут пиццу и выпивку для себя, газировку для Эвы и Элин, которые, напоминаем, не пьют.       Спустя какое-то время послышался звонок в дверь. Открыв дверь, русая увидела Якудз. — Привет, — последний прошёл в квартиру Исаак, который вручил подруге апельсины и крепко обнял. Эва обняла его в ответ. Единственным лучшим другом для девушки был Исаак. Конечно, не стоит забывать и про остальных Якудз, которые ей были как семья, но этот невысокий блондин был другим.       Знакомы они довольно-таки давно. Вальтерсен лучший друг Ника с детства. И когда Саму и Анна-Марит поженились, то, конечно же, Эва и Исаак познакомились и начали дружить. Родители блондина очень любят Тейге, и наоборот. Они даже пытались в детстве женить их друг на друге, но те лишь закатывали глаза и с криками «Я не выйду за него/я не женюсь на ней» убегали подальше от родителей-свах. — Я скучал по тебе, Малышка Мун, — сказал Вальтерсен и крепче сжал в объятиях подругу. Слишком долго они не виделись, — как там эти Пенетраторы? Не обижают тебя? — он прищурил глаза и скрестил руки на груди, — скажи только, и мы им морды начистим, — блондин показал кулак, а Эва рассмеялась. — Всё хорошо, — Тейге улыбнулась, — они меня не трогают, — Эва решила не рассказывать про то, что она спала в одной кровати с Крисом, про его подкаты и попытки поцеловать. Не очень хочется, чтобы Шистад ходил с раскрашенным лицом. Уж слишком оно красивое. Отогнав ненужные мысли, русая пошла за Вальтерсеном.

***

      Мини-вечеринка была в самом разгаре: ребята пили, расспрашивали Эву о Пенетраторах, общается ли она с ними (помимо Ника, Исаака и Элин никто не знает про план Ника), как учёба, нашла ли она подруг. На все эти вопросы Тейге отвечала ранее заготовленными ответами. Конечно, была и доля правды в этих ответах, но все остальное — ложь.       Тейге было неприятно так врать в лицо друзьям, поэтому после каждой реплики она краснела от злости на саму себя, а иногда даже не слышала следующего вопроса, поступавшего от Якудз.       Под конец «вечеринки» Эва, Ник, Элин и Исаак слиняли в комнату девушки, чтобы обсудить несколько деталей их дальнейших действий. Они зашли в комнату и разошлись кто куда: Эва села на кровать вместе с Исааком и положила ему голову на плечо, Ник сел на пол рядом с кроватью, а Элин забралась на подоконник, рассматривая ночной север. — Ну, что? — Исаак обнял подругу за плечи и с интересом посмотрел на заговорившую Элин, которой не нравилась эта идея с вступлением в автобус с Пенетраторами, как и самой Эве. Брюнетка даже пыталась отговорить своего парня от этой затеи, но ее лишь поцеловали и сказали, что ничего страшного не случится.       Вообще, Элин не понимала, почему Ник так свободно может веселиться, и не думать о безопасности своей сестры. Это же Пенетраторы, мало ли, что им в голову может придти — вдруг они изнасилуют Эву, узнают, что она Якудза. Сам же говорил, что они самые опасные люди Осло. — Нам надо, чтобы Эва вступила в Пенетраторы, — твердо сказал Мун. Ему трудно давались эти слова. Ему не в кайф отпускать сестру к своим злейшим врагам, но так надо, просто надо. И хоть каждый день Ник просыпается с мыслью: «а как там моя Эва?», но ничего не может поделать. — Поступила информация от моих источников, что они готовят нам что-то, — вздохнул Вальтерсен и прижал ближе к себе Тейге, которая закатила глаза, — нам надо узнать, что будет. Если Пенетраторы готовят что-то грандиозное, то значит, что кто-то да проиграет эту битву. — Я попробую вступить к ним в Пенетраторы, — Эва была уверена в своих словах. Если кто и останется в Осло «Королями», то это должны быть Якудзы. Она не позволит Пенетраторам занять трон, — я примерно знаю подход к ним. Попробую надавить этим, — русая кивнула и ухмыльнулась. — Эва, — Селлистен спрыгнула с подоконника, — ты уверена в этом? — Да, — зеленоглазая опять кивнула.       Обговорив пару деталей, ребята вышли из комнаты и пошли в гостинную. Эва прошла самая последняя, поэтому единственная услышала звонок в дверь. Помимо нее, этого никто не слышал. Не став смотреть в глазок, девушка открыла дверь и застыла в небольшой шоке: — Крис? — она оглянулась назад, чтобы ее никто не услышал и не увидел и перевела взгляд на Шистада, стоявшего напротив нее с двумя большими пакетами. — Нет. Папа Римский, — Пенетратор закатил глаза, — Нура сказала, что ты приболела. Я решил тебя вылечить, — он попытался заглянуть в квартиру, — но, как вижу, тебе тут и так хорошо…