Мочало - любви начало!

Гарри Поттер, герой всея магического мира, кавалер Ордена Мерлина первой степени, победитель Темных Лордов разного пошиба, Мальчик-Который-Смог, опасливо приоткрыл входную дверь и просунул нос в образовавшуюся щель. Убедившись, что в доме темно и тихо, он бесшумной тенью скользнул внутрь и, воровато озираясь по сторонам, вздрагивая от каждого померещившегося ему шороха, начал потихоньку стягивать уличную одежду. В этот момент Гарри казалось, что со стороны одного из темных углов прихожей на него устремлен зловещий взгляд и любой неверный шаг приведет к неминуемой катастрофе. Затаив дыхание, он боялся издать малейший шум, будь то шуршание одежды или скрип половицы. Точно, половица! Вон ту, прямо возле порога кухни, он все время забывал починить, поэтому к ней сейчас даже приближаться опасно. Ступая со всей осторожностью, он был настолько поглощен своим страхом, что буквально слышал леденящий кровь шепот, зовущий его по имени: — Гар-ри… Внезапно вспыхнувший свет заставил его подскочить на месте, едва сдержав испуганный вопль. Чертовы нервы! В дверном проеме между прихожей и гостиной стоял Северус Снейп, имевший вид в равной степени заспанный, встревоженный и грозный; последнему не мешало даже то обстоятельство, что одет он был в домашний халат и тапочки. — Гарри! Мелькнув последний раз в черных глазах, тревога быстро исчезла, сменившись гневом. Гарри выставил перед собой руки, забинтованные от кистей по самые плечи, и, надеясь, что фингал под глазом выглядит чуть лучше, чем час назад, успокаивающе начал: — Северус, все в порядке, правда! Ну немножко же совсем обжегся, ничего страшного! Понимаешь, там зверушка такая попалась, ну, плюнула в нас разочек огнем, мы ее быстро поймали, мы… — Безмозглый, — прерывая поток оправданий, процедил Северус, — тупоголовый мальчишка! Снова за старое?! Снова лез вперед всех? Твоя работа еще не означает, что ты должен каждый раз так подставляться! Только взгляни на себя! Тебя что, физиономией по камням таскали?! — Эм-м-мн… — не мог же Гарри ответить, что так оно, в сущности, и было? Его группа проводила отлов какой-то огромной неведомой твари, выведенной сумасшедшим магозоологом и сбежавшей в пригороде Лондона. Зверю страшно не понравилось, когда его попытались схватить, и он раскидал волшебников, как кегли, а в завершение полил всех огнем. Гарри подобрался к нему ближе своих коллег, вот и пострадал сильнее. — Все с тобой ясно, — хмуро ответил Северус, будто услышав в этом невнятном «эм-м-мн» всю правду. — Слабоумие и отвага. Не сказав более ни слова, он ушел обратно в гостиную. Гарри уныло поплелся следом за ним; он чувствовал себя виноватым за то, что в очередной раз расстроил Северуса. Тот, видимо, допоздна ждал его в гостиной, где и уснул, не справившись с усталостью. Ведь он так много работает, тестирует новые составы зелий, дни напролет проводит в лаборатории… А Гарри из-за своего малодушия побоялся сообщить ему, что задержится допоздна в больнице Святого Мунго. Колдомедики достаточно долго пытались восстановить его поврежденные руки, но огонь той зверушки был магическим, и все, что они смогли сделать — намазать ожоги сильнодействующим зельем и покрыть их специальными бинтами для лучшего заживления. Однако прогнозы были благоприятные, в худшем случае через неделю руки должны восстановиться полностью. Они почти не болели, лишь причиняли неудобство, так как все пальцы, кроме больших, были сжаты вместе и полностью замотаны, и держать что-то в таких «рукавицах» практически не представлялось возможным. В гостиной Северус достал волшебную палочку и пробурчал: — Показывай свои боевые раны. Гарри замотал головой, испугавшись, что от вида ожогов он начнет ругаться пуще прежнего: — Да не нужно! Меня в Мунго подлатали, сказали, даже шрамов не останется. — Коновалы, — припечатал Северус, но палочку все же убрал и, — вроде как, — немного успокоился. Увидев, что буря миновала, Гарри приободрился и полез обниматься, но Северус наморщил нос: — От тебя пахнет, как от подожженного стойла гиппогрифа, к тому же ты грязный. Марш мыться! И спать. Пришлось подчиниться; Гарри поплелся в ванную комнату. Кое-как раздевшись, он беспомощно посмотрел на вентили, включающие воду, затем перевел взгляд на свои забинтованные «рукавицы» и тяжело вздохнул. Крутить вентили локтем было тяжеловато и долго, но в итоге в ванну все же полилась вода нужной температуры; заткнуть отверстие пробкой на цепочке оказалось проще — в ход пошли пальцы ног. Гарри подумал и добавил в ванну немного пены, которая тут же разлила вокруг приятный цветочный запах. «Подожженное стойло гиппогрифа», да? Будет тебе розовый куст! В воду Гарри залез осторожно, стараясь не задевать лишний раз свежие синяки о стенку ванны, а сев и расположив руки на краях, не сдержал тихого стона — натруженные мышцы загудели, отзываясь на лечебное тепло. Посидев так некоторое время с закрытыми глазами и едва не заснув, Гарри разлепил веки. Кожу покрывала копоть и грязь, просочившаяся сквозь подгоревшую одежду, а их одной водой не смоешь. Он потянулся к лежащей рядом с ванной губчатой мочалке и, с третьей попытки ухватив ее поудобнее непослушными перевязанными пальцами, макнул в густую пену, стараясь не сильно намочить бинты. Это оказалось сущей пыткой — мочалка так и норовила выпасть из руки, на то, чтобы помыть шею и грудь, ушло никак не меньше пятнадцати минут. Окончательно Гарри сдался, когда дошло до спины, изогнуть так поврежденные конечности было просто невозможно. — Северу-ус! — жалобно позвал Гарри, в надежде, что тот еще не лег спать. — Помоги мне! Вредный Снейп мог не отозваться, просто чтобы показать, как он им сегодня недоволен, но нет — за дверью раздались шаги, и Северус зашел, держа в руках какую-то жестяную баночку. — Что, все-таки нужно обработать раны? Гарри понял, что в баночке была заживляющая мазь. — Да нет же! Спинку потри, а? Я не достаю этими культяпками… Северус поджал губы: — Что за идиотские заигрывания в три часа ночи? — Я не заигрываю! Там грязь осталась, сам же видишь, — Гарри протянул ему мочалку, стараясь сохранить серьезное выражение лица. — Ну пожалуйста? Несговорчивый Северус с сомнением глянул на предмет торга, с которого на пол капала пена, затем обратно на Поттера: — Оставить бы тебя, как есть, да отправить спать на диван. Видишь ли, я предпочитаю чистую постель… А ведь он на такое способен. Гарри уныло отложил мочалку и отвернулся, всерьез подумывая над тем, чтобы просто нырнуть под воду с головой… Но раздавшийся тихий плеск заставил его улыбнуться — и тут же скрыть улыбку, дабы не спугнуть ее торжествующим видом такую внезапную перемену настроения. — Наклонись вперед. Гарри поспешил выполнить требование, отрываясь от стенки ванны и подставляя Северусу всю спину целиком. Подтянув колени к груди и разместив на них подбородок, он с наслаждением почувствовал, как заново намыленная мочалка заскользила по его плечам. Вместе с остатками грязи смывались усталость и тревоги всего этого сумасшедшего дня, а вместо них начала приходить почти забытая расслабленность… Северус тер его спину круговыми движениями, то прикладывая силу — там, где Гарри как раз хотелось небольшого давления, — то мягко проходясь по ушибленным участкам, стараясь не причинить лишней боли. Постепенно его рука спустилась вниз, на поясницу, и Гарри тихо замычал от удовольствия. — Сильнее, — пробормотал он, — здесь, да… И вздрогнул, когда над ухом раздалось вкрадчивое: — Для провинившегося ты требуешь слишком много внимания. Но Северус уже начал массировать его поясницу, и чуткость, с которой он это делал, совсем не вязалась с едкостью произнесенной фразы. Шершавая поверхность мочалки успела растереть кожу так, что ее слегка покалывало, но Гарри хотелось, чтобы эти сильные неспешные движения не прекращались. Постепенно он ощутил, как расслабленность тела сменяется неким томлением — и сильнее всего оно выражалось в одном конкретном органе, скрытом, слава Мерлину, под слоем пены и водой. Ему совсем не хотелось демонстрировать Северусу свое возбуждение — не хватало еще нарваться на очередную отповедь о том, что им обоим завтра рано вставать и не время предаваться разврату! Усталый и слегка раздраженный вид Северуса говорил о том, что такая отповедь вполне может состояться. — Ох, спасибо… ты просто чудо, — Гарри разогнулся, когда помывка закончилась, и посмотрел Снейпу в глаза, стараясь вложить во взгляд всю испытываемую благодарность и нежность. В конце-то концов, после нескольких лет отношений совершенно не обязательно заканчивать каждый совместный поход в ванную разнузданным сексом. Иногда достаточно показать, насколько Северус ему дорог и как Гарри ценит его терпение, понимание и заботу. А что лучше всего способно выразить эту признательность, как не поцелуй — Гарри чуть привстал над водой и потянулся к любимому, осторожно обнимая его за плечи одной рукой. Северус не сопротивлялся, даже наклонился слегка вниз, по-прежнему сидя на краешке ванны. Гарри легко, практически целомудренно коснулся губами его губ и шепнул: — Прости, что заставил тебя переживать. Обещаю, я… — Не обещай того, что не сможешь выполнить, — невесело усмехнулся Северус, прерывая его. — Что уж… Я знал, с кем связываюсь. Волна радости затопила Гарри; клокочущая, озорная, яркая, она поднялась из самого сердца, отражаясь на лице широкой, до самых ушей, улыбкой. Он снова поцеловал Северуса — на этот раз увереннее, настойчиво нажимая на плотно сомкнутые суровые губы, а когда они все же поддались, проник в его рот и с восторгом почувствовал ответный толчок языка. Не будь его руки в таком плачевном состоянии, Гарри обхватил бы сейчас ладонями любимое узкое лицо, с наслаждением чувствуя выступающие косточки тонких скул, гладил его ласково и осторожно, а потом зарылся бы пальцами в тяжелые длинные волосы, сжимая их в горсть, массируя подушечками затылок. Фантазии распаляли не меньше самого поцелуя, и Гарри порывисто согнул в локте обхватывающую Северуса руку, привлекая его еще ближе к себе… Громкий плеск обрушившегося на пол потока воды ознаменовал падение Снейпа в ванну. Гарри, отплевываясь и отфыркиваясь, с ужасом увидел торчащие из воды коленки, а потом пораженный Северус, кашляя и хватая ртом воздух, вынырнул на поверхность. — О, черт, — выдавил Поттер. — Северус, прости! Тяжелый взгляд буквально пригвоздил его к месту, запечатывая слова извинения где-то в горле. Гарри инстинктивно подтянул колени к груди, защищаясь от этого взгляда и от того, что за ним может последовать. — Поттер-р, — зарычал Снейп, цепляясь обеими руками за края ванны, чтобы подняться и сесть ровно. На голове его виднелась небольшая шапочка из пены, но скрасить впечатления от испепеляющего взгляда она все равно не могла. — Ты же сам сказал — «знал, с кем связываюсь», — Гарри попытался улыбнуться. — Ты… ты не ушибся? Послышался звук сливаемой воды, и ванна оказалась пуста — видимо, сверзившись в нее, Северус задел привязанную к пробке цепочку. Гарри подался вперед, чтобы помочь ему встать, но Снейп внезапным движением оттолкнул его обратно к стенке ванны. Черные глаза замерли напротив его лица. — Развлекаешься? — протянул Северус, скривив рот и глядя куда-то вниз. Проследив за направлением взгляда, Гарри обреченно отметил, что его собственный член ни капельки не смущен падением Снейпа в ванну, а очень даже наоборот. Предатель стоял непоколебимо и гордо, выдавая полное отсутствие раскаяния. Виновато вздохнув, Гарри сказал: — Это вышло случайно! — и тут же прикусил язык — даже не оттого, что оправдание звучало глупо, а потому что на члене сомкнулась жесткая длиннопалая ладонь. — Случайно, — вкрадчиво повторил Северус, двинув сжатым кулаком так, что перед глазами Гарри мгновенно заплясали звездочки, а дыхание перехватило. — Все-то и всегда у тебя выходит случайно… Гарри застонал, когда кулак медленно заскользил наверх, заставляя и без того пульсирующую головку налиться кровью и сделаться совершенно гладкой и блестящей, затем так же неспешно вернулся к самому основанию. — В отличие от тебя, — Северус наклонился к его губам, не касаясь их, — я более… методичен. Новое движение наверх — подушечка большого пальца пробежалась по уздечке, поглаживая и дразня. Гарри жалобно выдохнул в губы Северуса и попытался толкнуться в кулак, но задница его сразу же была притиснута обратно к стенке второй рукой. — Не так быстро. Гарри не оставалось ничего иного, кроме как сдаться на милость этому экзекутору, с усмешкой доводящему его до полуобморочного состояния. Дразняще-медленно надрачивая член, Северус, казалось, так увлекся процессом, что отвлечь его не могла ни стекающая по голове пена с запахом роз, ни промокший насквозь халат. Раздраженно поведя плечами, он сбросил мешающую тряпку, пояс которой успел развязаться во время барахтанья в воде, и та, соскользнув, шлепнулась на дно ванны. Взгляду Гарри открылись белые плечи, плоский живот с дорожкой черных волос ниже пупка… и подрагивающий в нетерпении член, красноречиво свидетельствующий о том, что падение в ванну не было для его хозяина столь уж неприятным событием. — Северус! — простонал полузадушенно Гарри. — Пожалуйста! Кулак затормозил и ослабил свою хватку, заставив его прикусить губу. Однако когда Северус потянулся за стоящей на углу ванны баночкой с мазью, Гарри едва не пискнул от радостного предвкушения, шире разводя ноги. Мазь оказалась многообещающе густой и скользкой. Подтолкнув под ягодицы Гарри свой халат, Северус щедро зачерпнул из баночки двумя пальцами и надавил ими на дырочку ануса. Одновременно с тем, как пальцы по очереди скользнули внутрь, нежно растягивая проход, Северус вновь склонился к лицу Гарри, на этот раз, решив сменить гнев на милость, проникая в его рот долгим глубоким поцелуем. Гарри чувствовал, что его анус уже достаточно растянут, чуткие пальцы двигались в нем почти свободно, тугие стенки эластично подавались при каждом движении. Северус достал пальцы, и Гарри представил, как в подготовленное отверстие медленно входит член... как вдруг, разорвав поцелуй, Снейп глухо ругнулся и пробормотал, неловко переставляя согнутые ноги: — Черт, давай не здесь. Мне уже не двадцать… и даже не сорок. Почти моментально оказавшись с ним в спальне, Гарри всеми способами дал понять любимому, что его возраст не имеет ровным счетом никакого значения. Уложив Северуса на кровать, он забрался сверху и, обхватив коленями, начал опускаться на него, принимая в себя. Когда член вошел полностью, Гарри наклонился, отрывисто целуя шею Северуса — и вместо привычного горьковатого запаха зелий ощущая аромат роз. Он усмехнулся было, но тут Северус двинул вверх бедрами, и Гарри, застонав, выпрямился, уперся ему в плечи забинтованными руками и начал насаживаться на член, двигаясь навстречу сильным толчкам. Чувствуя подступающий оргазм, он возблагодарил Мерлина за ванну, розовую пену и, конечно же, за мочалку — а потом щедро выплеснул Северусу на живот свое семя. * * * Две недели спустя, придя с работы домой, Гарри бодро скинул в прихожей кроссовки, прошелся по свежеотремонтированной половице у порога кухни, удовлетворенно отметив полное отсутствие скрипа — и замер в дверном проеме. Северус сидел за столом, попивая чай с невозмутимым видом, вот только идиллическую картину портила шина, надетая на его шею. Гарри нахмурился и уже открыл рот, чтобы возмутиться насчет травмоопасных экспериментов в лаборатории, но в итоге лишь вздохнул — «Я знал, с кем связываюсь...» — и как ни в чем не бывало сказал «Привет». Пройдя на кухню, он принюхался — пахло горелым. — Ты… снова подпалил тосты? Северус с громким звяканьем поставил чашку на блюдце и, развернувшись к Гарри всем туловищем (повернуть только голову ему мешала шина), смерил его возмущенным взглядом, а затем гордо удалился из кухни. Немного погодя демонстративно стукнула дверь ванной, спустя еще пять минут оттуда донеслось раздраженное: — Иди уже, помоги мне… пожалуйста! Честно постаравшись убрать с лица довольную ухмылку, Гарри направился на зов из ванной, не забыв перед этим захватить из кухонного шкафчика маленькую баночку с заживляющей мазью.