Кровь на руках

У Мадары снова кровь на руках и лице. Когда он подходит к зеркалу, резко, одним движением отскакивает назад, кидая в ужасный предмет кунай — нож для убийства, зеркало трескает, лёгкие молнии расходятся из центра — место удара — и Мадаре кажется, что это уже не просто предмет, а его душа, что спустя мгновение, сразу после мысли, со звоном осыпается на пол. Теперь Учиха видит кровь и на своих руках, закрыв глаза уходит во своя се, знает, что смыть не получится, лучше уж просто не видеть… Зная, что ослабел, ведь удар не разнёс отражение моментально. Сколько он уже, так зеркал разбил? Сейчас ответственный момент, Учихи идут на бой. У него — вечный мангёко шаринган, наследие брата, последняя воля смерти. Он не должен дать слабину. «Руки предательски трясутся». Все это замечают, но никто не говорит. Просто знают, что это не от страха — их глава ничего не боится! — это от боли, которую многие из них самих не силах пережить, ведь тоже видят «это». Клан Учиха — клан любви, слёз и несмываемой крови родных. Бой проигран, Мадара лежит на земле, смотрит в чистое небо и понимает, что ничего лучше этого не видел, Хаширама болтает о мире, а перед глазами брат, шепчет одними губами: «Он дороже чем я». Нет, он не видел ничего хуже, чем это чистое небо, что уже зашло кровавыми облаками. — Так что, Мадара, согласен? — посмотрев на этого безумца, всё ушло… Кошмары прекратились, отголосками вспоминается разговор. Улыбка ужасна, ну да, он же не замечает или научился не замечать. — Убей своего брата…или себя. — безумие. Опять слова и уже занесённая рука, что вместе оружием летит к телу. И когда он только успел это пропустить? Недалеко от тела руку остановили, Учиха и сам не понял, почему совершил этот глупый поступок. Но… — Учихи принимают соглашение о мире, Сенджу. — да, теперь понятно, он побоялся, впервые в жизни… Побоялся что алые пятна станут ещё более яркими… Это было в последний раз, в другой его рука не дрогнет, он не остановит, не спасёт. Если, другой раз будет. Коноха строится, уже есть дома и первые жители, но на душе не спокойно, пятна как-то прижились, да и рассудок поехал. План составлен, осталось воплотить его в жизнь. Но так не хочется… Кто бы его спас… — О, Мадара, а ты чего тут сидишь? — ну да, почему он сейчас на будущей горе Хокаге, было не не известно даже Учихе. — Ты какой-то странный в последнее время. — так не уверенно, будто что-то вспоминая, подмечая. — Кровь. На руках. Везде. — подняв вверх две верхние конечности, Мадара даже не стал смотреть на друга. — Я хочу уничтожить Коноху. — взгляд теперь был направлен на Хашираму. Что после слов стал серьёзным. Он понял: и про кровь, и про желание. Он поможет. И: — Не позволю. — да, именно, он взял ответственность за жизни людей, не смеет ломаться. — Тогда, пока у тебя есть шанс, убей меня. — в руках появляется нож, что сразу же протянут Сенджу, удивлённому, понимающему. Подарок принят. Руки трясутся, так же как и всегда у Мадары. Это сложно - убить друга. — Пожалуйста. — просьба. Последняя и ужасная, после неё тряска прекращается. Рассечение ветра. Брызг крови. И безмятежная улыбка лучшего друга, главы красноглазых, ненавидящих демонов. Ещё тёплое, но уже безжизненное, тело падает на землю. Мадаре больше не придётся мучиться, по крайней мере на земле. Кто знает, что его ожидает в аду…