События давние

Я вновь провожу рукой по её щеке и не могу понять, как смог обидеть эту английскую розу. По её щекам катятся слеза, но, увы, я не понимаю: от счастья или от того, что мы не можем расстаться навсегда. Три года назад мы объявили о том, что расстались, а на самом деле продолжаем бегать друг к другу по ночам: она ложиться рядом со мной и нежно целует в плечо, а я стараюсь сделать вид, что мне безразлично. Но я — отвратительный актёр! Всю ночь мы пытаемся побороть желание заняться любовью, а ближе к утру разум отходит на второй план и мы вновь вместе. Моя кровать помнит каждое утро, когда Хелена лежала на моей груди, тяжело вздыхая. В каком-то интервью я говорил о том, что безумно люблю держать Хелену за шею. Помню, мои поцелуи опустились с её губ на шею, после чего остался синяк. Пожалуй, тогда мне досталось от Хелены больше, чем когда-либо. На следующий день мы вышли с детьми погулять и этот синяк был запечатлен папарацци. После этого Хелены была в ярости, но мне её ярость пришлась по вкусу. — Тим, когда прекратится этот цирк? — прошептала Хелена, сев на кровати. — Ты про что, обезьянка? — ухмыльнулся я, проведя своей рукой по её спине. — Мы приходим в этот дом, где в соседней комнате спят дети и занимаемся любовью. И так уже третий год, — размышляла Хелена, смотря куда-то вдаль. — Все вокруг считают, что мы разошлись и встречаемся лишь из-за детей. Хотя… будь я на месте папарацци, то я давно бы застукала нас в ближайшем магазине, в котором мы постоянно покупаем вино. Зачем мы вместе? К чему такие мысли посетили мою английскую розу? В последнее время она стала всё больше задавать такие вопросы. Она просто смотрела на меня и молчала, ожидая, что я отвечу. Но у меня не было ответов ни на один её вопрос. Почему мы вместе до сих пор? Не знаю. Почему мы спим друг с другом? Не знаю. Зачем я каждый раз приезжаю со съёмок к ней и дарю ей злочастные алые розы? Не знаю. Зачем звоню ей, когда нахожусь за океаном? Просто, чтобы убедиться, что она в порядке. — Посмотри на меня, — произнёс я серьёзно, смотря на нее снизу вверх, но она так и не повернулась ко мне. Хелена опустила голову и шмыгнула носом, боясь посмотреть в мои глаза. Меня начало раздражать её поведение и, чуть привстав, я толкнул её обратно в постель. Она закрыла лицо руками и помотала головой, будто боясь, что я сделаю ей больно. — Ты спрашиваешь, почему мы вместе? Да? Может, потому что мы любим друг друга? Разве не поэтому? — чуть прикрикнул я. Она замотала головой и что-то произнесла, но я не услышал её слов. Моя маленькая девочка хотела спрятаться от меня и сказать, что не любит меня. Но почему? — Тогда скажи мне, почему ты приходишь ко мне и требуешь, чтобы я обнимал тебя? Хелена, дай разумный ответ! Действительно, нас могли заметить уже сотни раз вдвоём в какой-нибудь кофешке… Что было бы тогда? — спросил я и, просунув свою руку под одеяло, провел своей рукой вдоль её живота. Хелена вздрогнула и на несколько секунд прекратила дышать. — Тогда нам пришлось бы признаться, что мы — идиоты, — произнесла Хелена, наконец-таки убрав с своего лица руки. Она плакала, понимая, какие мы на самом деле идиоты. Я наклонился к ней и поцеловал её в лоб, пятаясь успокоить мою обезьянку. — Иногда мне хочется разорваться от обиды, — прошептала Хелена, закрыв глаза. — Она целовала тебя… трогала… ты был её… — Я не был с ней в постели, — запротестовал я, целуя её в краешек губ. — Для того, чтобы переспать, можно обойтись без кровати, — огрызнулась Хелена. — Даже если вы не занимались сексом. Она целовала тебя… ты касался её губ и, скорее всего, говорил ей какие-то сладкие фразочки. — Нет. Сладкие фразы я храню исключительно для тебя, — улыбнулся я, целуя её в нижнюю губу. Она что-то простонала и положила свои руки на мою грудь, пытаясь оттолкнуть меня. — Моя маленькая обезьянка, разве могу я стать чьи-то, когда у меня есть ты?.. — улыбнулся я, смотря в её глаза. — Видимо, можешь, — произнесла Хелена, смотря мне в глаза. Она любит меня, несмотря на то, что я поступил с ней, как последняя тварь. Каждый раз она напоминает мне о Беренис и упрекает меня в том поцелуе, а потом сама целует в губы и шепчет: «Не отпускай меня». Да я и не собирался её отпускать. Эта женщина — единственная, кто знает меня настоящим. Она рядом со мной, когда у меня проблемы, когда у меня куча радостных новостей. Ей всё равно поправился я на несколько килограммов или наоборот сбросил. Хелена всегда интересуется моими проектами, даже когда мы в ссоре, потому что она знает, что мне приятно её внимание к моим фильмам. Мне нравится молчать и смотреть в её шоколадные доверчивые глаза, которых нет ни у одной американской девушки. Она отвечает мне взаимностью и, размеренно дыша, смотрит на меня. — Прости меня, — прошептал ей на ушко я, целуя её в шею. — Я понимаю, как больно я сделал тебе тогда… Ты плакала той ночью. Я чувствую, как она бьёт меня своими кулаками в грудь, пытаясь унять вновь проснувшуюся боль, но останавливать её не собираюсь. Хелена, стиснув зубы, пытается не закричать от ноющей боли, но спящие в соседней комнате дети мешают ей. — Милая, только не плачь, — шепчу я, взяв её лицо в свои руки. — Я никогда не принадлежал этой Беренис, слышишь? Я целую её в губы, пытаясь успокоить её, но она продолжает бить меня. Хелена отвечает на мой поцелуй с полной отдачей, как будто через мгновение я пропаду. Когда её руки успокоились, я оторвался от её губ и улыбнулся, смотря на Хелену. Она положила свою руку на мою колючую щетину и грустно улыбнулась. — Колючий медведь, — чуть приподнявшись и поцеловав меня в щеку, произнелса Хелена. — Я люблю тебя… — Я тоже тебя люблю, обезьянка, — ухмыльнулся я, целуя её в ключицы. — Завтра ты на год повзрослеешь… Хелена ухмыльнулась и толкнула меня. Я лег на спину и стал смотреть в потолок, ожидая её дальнейшних действий. Хелена, не долго думая, встала с постели и встала напротив зеркала. Она рассматривала меня во тьме. — Ничего же не видно, — произнёс я, посмотрев на силуэт Хелены. — Я не хочу видеть своего отражения, — грустно произнесла Хелена. Как же я сразу не додумался! Зачем только напомнил ей про день рождения… Я встал с кровати и встал за её спину. Положив свои руки на её живот, я улыбнулся её отражению и поцеловал Хелену в плечу. — Скоро бы тебе не было лет, ты навсегда останешься для меня маленькой, самой красивой девушкой, которая подарила мне двух очаровательных детишек, — произнёс я, смотря на её отражение. — Я не взрослею, Тим. Я старею, — опустив голову, произнёс Хелена. Я встал напротив Хелены и поднял её лицо за подбородок, заставив её смотреть в мои глаза. — Я люблю тебя любую и, надеюсь, что дурные мысли о старении, пройдут после того, как прекрасную обезьянку поцелует колючий медведь. — Попробуй, — впервые за эту ночь Хелена искренне рассмеялась. Вскоре мои губы встретились с пухлыми губами мисс Бонэм Картер. Мои руки блуждали по её телу, заставляя Хелену вздрагивать. Мне не хотелось её отпускать.