Ромашковый чай

— Можешь открыть глаза. Мягкий голос нежно проникал в затуманенное сознание, и фея, не в силах сопротивляться ему, послушно распахивает глаза. Увиденное лишает её дара речи, она делает шаг вперёд. Разноцветные фонарики, цепляющиеся за зелёные листочки, служили отличным освещением помещения. В середине которого находился маленький фонтанчик из пыльцы, как именно она сюда попало, было величайшим секретом. Вместо потолка было открытое небо, с миллиардом звёзд. — Так красиво, — Динь запрокидывает голову, рассматривая горящие в небе огоньки, — Но где мы? — В кроне Великого древа, — Королева медленно подходит к ней, её рука мягко ложится на плечо мастерицы. — Но я часто летаю возле дерева, — возразила фея, — почему я никогда не видела это место? — Я маскирую его магией, от посторонних глаз, — она хитро щурит глаза, улыбаясь, — так ты часто тут летаешь? — Ну… я… — густая краска заливает щёчки девушки, которая стоит переминаясь с ноги на ногу. Старшая фея смеётся, взяв личико феи в руки, заставляя ту посмотреть на себя. — Динь-Динь, — её лицо стало медленно приближаться, а глаза словно гипнотизировали юную мастерицу, — Не бойся меня. Опытные, слегка грубоватые губы королевы соприкоснулись с нежными и неопытными губами мастерицы. Обняв фею за талию, Клэрион углубила поцелуй. Динь-Динь закрыла глаза, неумело отвечая на поцелуй. Она позволила себе расслабиться, наслаждаясь столь желанными прикосновениями. Вскоре воздуха стало не хватать и девушкам пришлось прервать поцелуй. Присев на мягкие подушки, феи обнялись. — Я люблю тебя, Динь-Динь. — Королева чмокает непоседу в лоб, прижимая её ближе к себе. — И я люблю вас, моя королева, — мастерица краснеет, обнимая старшую фею. Говорят, что любовь фей вечна...