Мы сломали раковину

      Было уже глубоко за полночь, когда Данте вернулся в штаб. Демоны сегодня расшалились, пёрли и пёрли скопом. Плодятся они там, что ли?       Проходя по коридору, он заметил неяркое свечение из комнаты Вергилия. Заглянув, Данте увидел брата за работой. Тот сидел за столом, склонившись над ноутбуком и сосредоточенно глядя на экран. И даже так Данте видел, что Вергилий какой-то замученный.       — Давно ты так сидишь? — Данте шагнул в комнату.       Вергилий дёрнулся, поднял голову, подслеповато сощурился в темноту.       — А, Данте... — он потёр уставшие глаза. — Ты давно вернулся?       — Только что. Так что?       Младший вздохнул.       — С твоего ухода.       Данте прикинул промежуток времени. Он ушёл в полдень. М-да.       — Знаешь что, братец. Хоть мы и нефилимы, но перебарщивать не стоит.       Вергилий слабо улыбнулся.       — Я должен это делать. Убивать демонов – твоя работа, а это – моя.       — Всё равно это не дело, — Данте нахмурился. — Ты давно отдыхал? Просто развлекался?       Вергилий промолчал. И в этом молчании был весь ответ.       — Ясно. Собирайся, — Данте хлопнул себя по бёдрам и развернулся к выходу из комнаты.       Плевать на сон.       — Куда собираться? — Вергилий озадаченно поглядел брату вслед.       — В клуб.       — Данте... — начал Вергилий.       О, Данте ненавидел этот мягкий тон. Словно он маленький ребёнок, который наделал глупостей, а Вергилий этакий родитель, со снисхождением смотрящий на него.       — Даже не начинай! — он взмахнул рукой, прерывая брата. — Тебе необходимо отвлечься, сменить обстановку. Никуда твой компьютер не денется.       Вергилий поджал губы. Он колебался. Данте молчаливо ждал.       — Ладно. Сейчас, — младший поднялся.       Данте молча вскинул кулак за его спиной. Победа!       — Выходи, как будешь готов. Я пока пойду переоденусь, — и он ушёл к себе.

°°°

      — Нет, ты серьёзно?       — А что не так?       — Что не так? Всё не так! Ты в клуб собрался или на светский раут?       Данте смотрел на брата. Тот стоял и упрямо смотрел в ответ. В своей обычной одежде. То есть в брюках, водолазке и пальто. И в шляпе. Конечно же, в шляпе. Куда ж без неё. Ладно, хоть Ямато не взял.       — Данте...       — Слышать ничего не хочу! Марш переодеваться!       — Данте...       — Вергилий, блять! — Данте шагнул мимо брата в его комнату, направился прямиком к шкафу и распахнул его. — А, ну понятно...       Внутри шкафа обнаружились брюки, свитера, костюмы, ещё что-то непонятное. Ни одних джинсов.       Повернувшись, Данте с молчаливым осуждением посмотрел на брата. Тот встретил взгляд с ледяным спокойствием.       Тяжко вздыхая и бубня себе под нос что-то похожее на "Наградили, бля, братцем", Данте направился в свою комнату. Уже там, зарывшись в маленький шкафчик, он выудил джинсы и майку. Среди вешалок рука наткнулась на что-то непонятное. Вытянув вещь на свет, Данте увидел чёрную кожаную куртку. Чё за?..       "Кэт!" — догадался он.       Захватив и куртку, он развернулся и увидел Вергилия. Тот стоял в дверях и настороженно смотрел на брата.       — На. Одевайся, — Данте кинул вещи Вергилию.       Тот поймал одежду и уставился на неё.       — Данте, ты же не серьёзно...       — Ещё как серьёзно! Вали давай. Обувь у себя уж найдёшь, я надеюсь.       Вергилий ещё примерно с минуту изучающе смотрел на брата, а затем развернулся и бесшумно покинул комнату. С вещами. Данте праздновал вторую маленькую победу.       Пока Вергилий возился с одеждой, Данте перебрался поближе к выходу и медитировал в стену. Услышав шаги, он обернулся.       — Ого...       Если бы не цвет волос, Данте брата мог не узнать. Он, конечно, слышал, что одежда меняет людей, но не думал, что настолько.       Если в своём строгом пальто Вергилий выглядел старше, и ему можно было дать все тридцать, то в джинсах и куртке он выглядел не старше двадцати. "Нашёл-таки подходящую обувку", — заметил Данте, кинув взгляд на ноги Вергилия.       — Другое дело! — он подошёл к брату.       — Я не уверен, что... — начал Вергилий.       Данте снова не дал ему закончить, поднял руку к голове брата и взъерошил аккуратно уложенные пряди, превращая причёску в нечто лохматое, но стильное.       — Вот так, — старший удовлетворённо кивнул самому себе.       Вергилий ничего не сказал, но прожёг брата убийственным взглядом, который обещал такие муки, которых никакое Лимбо обеспечить не сможет.       — Ну что, идём? — спросил неприлично довольный Данте.       Вергилию пришлось смириться.       — Идём.       И они вышли в ночь.

°°°

      Музыка в клубе долбила так, что оглушала, отдавала вибрацией по всему телу. Данте улыбался, наслаждаясь этой атмосферой. Он в своей стихии.       Вергилий стоял с ним рядом и ёжился, затравленно оглядываясь. Чувствовал себя он крайне неловко. Непривычная одежда, вся эта обстановка неприятно давили. Хотелось домой.       — Данте, я думаю, что... — Вергилий обратился к брату, стараясь перекричать музыку.       Но тот резко качнул головой, схватил с подноса проплывающего мимо ангела два стакана с чем-то синим и пихнул один в руки Вергилию. Второй залпом опрокинул в себя.       — Пей давай! — и Данте самостоятельно поднял стакан ко рту брата, буквально заставляя его выпить.       Жгучая жидкость горячо прокатилась по пищеводу и разлилась внутри.       Вергилий к такому не привык. Если он и пил, то каплю коньяка на дне изящного низкого стакана, только для того, чтобы расслабиться. Но никак не ради опьянения, как сейчас планирует сделать Данте.       Схватив брата за запястье, Данте направился к бару. Взяв сразу две бутылки какой-то убойной дряни, он направился вглубь клуба, к столикам. Вергилию пришлось идти за ним, если он не хотел остаться в одиночестве.       — Ну что, накатим? — Данте плюхнулся на диванчик.       Вергилий осторожно присел напротив и поставил стакан, который всё ещё держал в руке, на стол.       — Да давай так, из горла, — старший пихнул брату в руки бутылку.       — Данте, может...       Но Данте, конечно же, слушать не стал, и потянулся снова самолично напоить Вергилия. Тот увернулся.       — Не стоит.       — Верг, не беси меня, — Данте приложился к бутылке.       Младший нахмурился. Он уже начал жалеть, что согласился прийти сюда. Лучше бы спать лёг.       Данте, тем временем, успел ополовинить бутылку, куда-то смыться и вернуться с троицей девушек. Те, увидев, что перед ними близнецы, тут же заулыбались, предвкушая что-то интересное.       — Красавчики-близнецы, подарок судьбы, — кокетливо прощебетала одна.       — А то, — старший хмыкнул.       Вергилий смерил брата хмурым взглядом. Это ещё что?       — Вергилий, не будь такой задницей, — Данте хлопнул его по плечу. — Мы пришли отдыхать и расслабляться.       Но расслабиться у Вергилия никак не получалось. От громкой музыки болела голова и дрожали внутренности. Появилось отчётливое желание сбежать.       Данте, кажется, понял, что так просто брата не взять, попросил девушек подождать и снова куда-то умчался. Пока он ходил, девицы успели окружить Вергилия со всех сторон, да так, что тот не знал, куда деваться. И проклинал брата, который всё не возвращался.       — Скучали, девочки? — Данте появился так же неожиданно, как и ушёл.       Девушки захихикали.       Нефилим плюхнулся на своё место и поставил на стол бутылку с чем-то неопределённого цвета.       Вергилий с подозрением посмотрел на неё, а Данте уже успел разлить жидкость по стаканам.       Девушки подхватили свои стаканы и стали пить, болтая между собой.       Вергилий же хмуро посмотрел на брата. Тот уставился в ответ.       — Пей, — буквально приказал он.       — Данте...       — Я. Сказал. Пей.       Вергилий поморщился, но подчинился.       На вкус жидкость была столь же трудноопределима, что и на цвет. Вергилий понял лишь то, что градусов в ней немало.       Уже через короткое время эффект дал о себе знать. От живота во все стороны распространилось приятное тепло, в голове немного помутилось, атмосфера перестала давить, а голова болеть.       — Что это? — Вергилий указал на бутылку.       — Кое-что особое, — Данте ухмыльнулся. — Нравится?       — М-м, да, неплохо. Налей ещё.       Довольно осклабившись, Данте плеснул брату в стакан щедрую порцию.       Жизнь заиграла красками. Стало гораздо веселее. Потекли разговоры. Данте обнимал сразу двух девушек, а третья прижималась к Вергилию. Вергилий, впрочем, слабо на это реагировал.       — На брудершафт! — воскликнул Данте, уже немного навеселе.       Девушки захлопали в ладоши в пьяной радости, а Данте потянулся к Вергилию.       — Ты чего удумал? — тот с подозрением поглядел на брата.       — Брудершафт. Давай, чё ты, не мужик?       Прищурившись, Вергилий взял свой стакан и переплёл руки с Данте.       — До дна, — предупредил тот и приложился к стакану.       Младший последовал за ним.       Жидкость исчезла неожиданно быстро, растеклась внутри и на языке. Глубоко вдохнув через нос, Вергилий хотел было отстраниться, но...       — А поцелуй? — возмутилась одна из девушек, шало блестя глазами.       — Но мы же... — начал было Вергилий, но Данте прервал его.       — Правила есть правила, — и, поставив стакан на стол, притянул брата к себе, касаясь губами его рта.       Вергилий замер, глядя на Данте широко распахнутыми глазами. А тот, не теряя времени, притянул брата ближе, надавил пальцем на подбородок, заставляя открыть рот, и скользнул внутрь языком.       Вергилий зажмурился, не понимая, что происходит.       Поцелуй получился пьяным и влажным. Данте не отпускал близнеца, захватывая его рот своим, а тот подчинялся, дурея от странных непривычных ощущений. Это всё алкоголь...       То, что поцелуй неприлично затянулся, стало понятно, когда та самая девушка, капризно надув губки, потянула Данте за руку.       — Ну хватит вам. Моя очередь.       Данте оторвался от зацелованных губ Вергилия и уставился на брата блестящими глазами. Тот тяжело дышал, почти не моргая.       — Не дуемся, девочки, — Данте развернулся. — Сейчас всё будет.       Вергилий резко поднялся, чуть не своротив столик, и устремился в сторону туалетов, каким-то образом безошибочно определив направление.       Все уставились ему вслед.       — Чего это он? — начала одна из девушек, но её прервал поднявшийся Данте.       — Пойду проверю, может, ему плохо стало, — он улыбнулся, извиняясь, и поспешил за братом.       Тот нашёлся у последней раковины, склонившись над ней и прижав мокрые ладони к лицу. Шумела вода.       — Эй, всё в порядке?.. — Данте шагнул ближе.       — Ничего не в порядке! — Вергилий резко вскинул голову и посмотрел на брата через отражение в зеркале. — Зачем ты это сделал?       — Да что такого? — Данте свёл брови, вздёрнув уголок губ, и пожал плечами.       — Что такого? Тебе по порядку всё рассказать? — Вергилий закрутил кран и развернулся. — Во-первых, мы братья, во-вторых...       — Мы мужчины, да-да, — Данте дёрнул головой. — Вот уж на это мне всегда было плевать.       — То есть, на первое тоже?       Старший пожал плечами.       — Тебе, по-моему, тоже на это плевать.       Вергилий негодующе уставился на него и уже открыл рот, чтобы возмутиться, но Данте резко пересёк разделяющее их пространство и оттеснил брата к стене.       — Да, тебе плевать, что мы братья. Иначе ты бы ещё там оттолкнул меня. Тебе понравилось, Вергилий. И не важно, что мы братья. У тебя не будет никого ближе меня.       — Что ты несёшь? — Вергилий отклонил голову назад.       — Не отрицай это. Мы не люди, к нам нельзя применять их правила, — Данте подался вперёд, почти утыкаясь носом брату в шею.       — Мы близнецы... — продолжил Вергилий гораздо слабее.       Данте, чувствуя эту слабину, провёл языком ему по шее.       — В этом и прелесть...       Потянув брата за волосы, Данте заставил его откинуть голову назад. Поцелуй обжёг открытую шею, расцвёл на коже ярким пятном.       — Ты бы себя сейчас видел, — Данте поднялся к уху, чтобы Вергилий точно его услышал. — Расхристанный, лохматый. Тебе так идёт эта куртка, ты знаешь?       — Заткнись, — отозвался Вергилий, жмуря глаза.       В холодном мутном свете, что заливал комнату, волосы младшего близнеца казались туманно-синими, а кожа - мертвенно-серой. Только синяк на шее выделялся тёмным пятном.       Опустив ладони Вергилию на ягодицы, Данте прижал его бёдра к своему паху. И ощутил, что внизу у брата уже всё твёрдо, как и у него.       — И ты ещё что-то мне говорил? — Данте слегка отстранился, чтобы посмотреть на брата.       — Заткнись, ради всего святого, — попросил Вергилий. — Думаешь, это так просто?       — А ты не усложняй, — ответил Данте и снова поцеловал.       Этот поцелуй отличался от предыдущего. Почему-то сейчас Вергилий был более зажат, не пускал брата, не давал углубить поцелуй. Недовольный этим, старший укусил близнеца за губу. Тот резко выдохнул, невольно открывая рот, и Данте тут же этим воспользовался, запуская язык внутрь.       Под таким рьяным напором Вергилий вжался в стену, зашарил по ней руками, потом вцепился брату в плечи, сжимая пальцами сильные мышцы. А сам Данте, не теряя времени, расстегнул ему джинсы.       Вергилий повернул голову, разрывая поцелуй.       — Ты серьёзно? Здесь?       — Серьёзнее некуда, — и, потянувшись вперёд, Данте снова поймал губы Вергилия своими.       Тот подчинился, смиряясь. Уже в который раз за ночь.       Понимая, что сегодня они пойдут до конца, Вергилий махнул рукой в сторону двери и закрыл её с помощью магии. Данте одобрительно заурчал в поцелуй и стал действовать активнее. Его руки потянули джинсы вместе с бельём вниз.       — Давай, выпрыгивай из штанов, — он наступил на штанину.       Дёрнув ногой, Вергилий отбросил одежду. Данте хихикнул, глядя на брата. Без штанов, зато в ботинках.       — А сам чего? — спросил Вергилий, бросив на Данте взгляд из-под бровей.       — Да сейчас, сейчас, — Данте возился с застёжкой джинсов, расстегнул и, плюнув, просто приспустил их.       Вергилий потянулся снять куртку, но брат остановил его.       — Оставь. Мне нравится так.       — Извращенец, — фыркнул Вергилий, отворачиваясь, но Данте заметил слабую краску смущения на его щеках.       Довольно улыбаясь, Данте схватился руками за голые ягодицы брата и сжал их.       — Подпрыгни, — коротко велел он.       Вергилий фыркнул ещё раз, но сделал, как сказано, сцепляя ноги за спиной у брата. Данте прижал близнеца к стене и потёрся членом между его ягодиц.       — Вот так, умница, — тихонько приговаривал он.       Вергилий пихнул его ногой.       — Не перебарщивай.       Данте коротко хохотнул и вжался членом сильнее. Вергилий замер.       — Данте, у нас ничего нет...       — Похуй, так сойдёт.       — Стой, — Вергилий упёрся одной рукой Данте в грудь, а вторую поднёс ко рту.       Данте заворожённо наблюдал за губами Вергилия, как тот берёт пальцы в рот, покрывает их слюной, а потом опускает руку вниз. Взгляд Данте скользнул следом. Вокруг полумрак, но Данте всё равно прекрасно видел, как Вергилий вталкивал пальцы внутрь себя. Шипел, морщился, но растягивал. Растягивал себя для Данте. Ох, мать, дайте сил не кончить раньше нужного...       Долго Данте не вытерпел.       — Хватит, — тихо рыкнул он, откинул руку брата и протиснулся членом сквозь тугое кольцо мышц.       Глаза Вергилия распахнулись, он приоткрыл рот в немом крике. Данте зажмурился, вжавшись лицом брату в плечо, в чёрную мягкую кожу куртки, пахнущую алкоголем. Замер так, с шипением выдыхая сквозь зубы.       Вергилий часто моргал, прогоняя влагу с глаз.       — Нормально? — сдавленно спросил Данте.       Вергилий судорожно кивнул.       — Ещё немного, — он выдохнул и снова кивнул. — Давай.       Тоже кивнув, Данте встал поудобнее и двинул бёдрами. Медленно, приноравливаясь, потом быстрее, увереннее.       Вергилий жмурил глаза, шипел сквозь зубы, терпел. Данте приподнял брата за бёдра, меняя угол, плавно въезжая внутрь. Вергилий ахнул от неожиданности, сжал зубы.       Данте довольно ухмыльнулся. Ага!       — Не сдерживайся. Нас всё равно никто не услышит, — произнёс он.       Вергилий дёрнул головой, издавая слабый невнятный звук. А Данте ускорился.       — Ну же.       Вергилий коротко покачал головой и сам уткнулся брату в плечо, пряча лицо. Данте чувствовал зубы, вцепившиеся в него.       Хмыкнув, он перехватил близнеца немного по-другому и задвигался в быстром ровном темпе. Его выносливости хватит надолго.       Вергилий вздыхал, тихо ахал, сдерживаясь всеми силами. Потом не выдержал, запрокинул голову и застонал в голос.       У Данте сорвало крышу. Рыкнув, он вжал брата в стену, резко развёл ему ноги и принялся размашисто и мощно трахать.       Вергилий уже не стонал, кричал. Данте кусал губы, стонал сквозь зубы. Пот заливал глаза, влажные руки скользили по коже. Рыкнув и подбросив вверх соскальзывающего брата, Данте перехватил его одной рукой, второй для устойчивости упираясь в раковину.       Темп возрос, хотя казалось, что быстрее уже невозможно. Вергилий цеплялся за Данте, сдавливал ногами его бёдра, тянул за волосы. Бесстыдные стоны заглушала громкая музыка.       Вергилий потерял счёт времени. Прошёл час, а может сутки. Выносливости Данте оставалось только позавидовать.       — Я больше не могу... — вымученно простонал Вергилий, упираясь затылком в стену. Ослабевшие руки соскальзывали. Влажная чёлка спадала на глаза.       Данте подался вперёд и утянул брата в быстрый грязный поцелуй.       Вергилий успел кончить, кажется, дважды, а Данте всё не останавливался. Уже практически теряя сознание от удовольствия, Вергилий услышал над ухом шипение. Данте вжался в него всем телом, протиснул к стене до предела. Раздался треск. Кончая, Данте расколол раковину рукой.       Продолжая прижимать брата к себе, он опустился на пол. Вергилий завалился на него, пустым взглядом глядя куда-то. Потом откинулся назад и поднял голову. Тихо рассмеялся.       — Мы сломали раковину.       Данте тоже посмотрел вверх. Раковина белела ровной улыбкой скола. Недостающий кусок безмятежно лежал на полу рядом с нефилимами.       — Чудовище, — произнёс Вергилий с нежностью в голосе.       Данте улыбнулся.       — Думаю, пора валить.       — Пора, — Вергилий поднялся, цепляясь за стену, и охнул. — Чёрт.       Данте хохотнул.       — Спасибо папе демону и маме ангелу, завтра будешь в норме. А вот будь ты человеком...       — Да иди ты, — отмахнулся Вергилий, улыбаясь. — Дурак.       Клуб они покинули через пятнадцать минут, приведя себя в порядок. Рассвет застал их по пути к штабу.       — Между нами что-то изменится? — спросил Данте, разбивая утреннюю тишину.       — А тебе бы этого хотелось? — Вергилий краем глаза посмотрел на брата.       Данте не мог не ухмыльнуться, глядя на него. Лохматый как невесть кто, с зацелованными губами. Красавчик.       — Не особо. Но трахаться с тобой мне понравилось.       — Вот и мне понравилось. Делай выводы.       Данте довольно оскалился. Он всё правильно понял.