Реакции BTS

Джин:

      Ты лежала в палате и у тебя неожиданно начались схватки. Тебя перенесли в другую палату, где принимают роды, а доктор незамедлительно оповестил твоего парня, и тот тут же примчался. — Т/И, мне позвонили, сказали, ты себя плохо чувствуешь, — открыв дверь операционной, Джин, улыбаясь как дурак всю дорогу, не спеша подошел к тебе и протянул упакованную мисочку. — Я суп принёс. — КАКОЙ НАХЕР СУП? Я РОЖАЮ! — Ну покушать надо же… — парень был в недоумении. — ТЫ ТАК СПОКОЙНО ГОВОРИШЬ, КАК БУДТО САМ РОЖАЛ МНОГО РАЗ. — Я мать шести детей и уж точно знаю больше тебя, так что ешь суп! — крикнул он.

***

— Поздравляю, у вас мальчик, — оповестил врач, а ты подавилась бульоном. — Ещё один? Здорово, но в следующий раз, Т/и, хочу девочку. — Накормишь конфетами — будет девочка, — ты пихнула ему опустошенную тарелку и пошла к малышу. Джин задумался: губить твое здоровье сладостями, но получить девочку, или кормить вкусным полезным супчиком, но жить с мальчиками? Он подумает))

Намджун:

— Моня, ты мне сейчас руку сломаешь. — А! А! ПРОСТИ! — рассеянный и очень взволнованный парень не может расслабиться и отпустить тебя. — Успокойся, если ты не забыл, тут я рожаю вообще-то, — успокаиваешь парня, а потом поворачиваешься к доктору и начинаешь тужиться, поторапливая того «давайте там по-быстренькому, а то он не выдержит больше». — Т/И! — сильнее сжимает твою руку. — У вас дочь, поздравляю, — улыбается врач и хлопает Мона по плечу. — Доктор, по его лицу можно понять, что это не я родила, а он, да Джун? — ...

Юнги:

Мин не может лицезреть такое, и, как только на свет выходит малыш, дедок покидает свет, ну, то есть, падает в обморок. — Суровый рэпер называется, — вздыхаешь ты. Парень на секунду приходит в сознание. — Августина? — осторожно интересуется он. — Августина, — улыбаешься ты, переведя взгляд на дочку, а Юнги снова в отключке.

Хосок:

— Тебе больно? — беспокоится Чон. — Да нет, ты что, — с сарказмом выдаёшь ты. — Ладно, я думал больно, — парень прикладывает тыльную сторону ладони ко лбу и облегченно вздыхает. И он на полном серьёзе. — Хосок, роды — это вторая самая болезненная вещь после сгорания заживо, — добавляешь ты, а тот чуть удивляется. — Правда? Ох, бедненькая…

Чимин:

— Так, дайте мне малыша, — требует у доктора Чим, несмотря на то что ребенок десять секунд назад покинул твоё тело. — Держите, — не сопротивляется врач, потому что… ну, бесполезно. — Это определенно мальчик, у меня сын! Вот только маловато у него достоинство… — внимательно рассматривает ребёнка, как бы оценивая его, но так или иначе Пак счастлив. — Чимин, он же ребенок, — ты хмуришь брови, не понимая, что не нравится парню. — Это не оправдание для настоящего мужика. — Ох, Чимин-и, ты пабо, зато он родился высоким, по сравнению с другими малышами. — Ну да, — мило улыбнулся Чим и положил ребенка рядом с тобой. — Так, погоди, всмысле? — Ой, доктор, кажется, мне плохо, попросите, пожалуйста, посторонних покинуть палату, — улыбаешься и машешь ты, смотря на то, как доктор выпихивает возмущающегося Чимина.

Тэхен:

Роды прошли успешно, но весьма тяжеловато. Ты лежишь, обессиленная, но довольная, ведь наконец-то родился он — маленький Тэхуня. Но твой Тэхён на протяжении родов так пялился на работу врача, так пугался от твоих криков и так терпел боль, которую ты ему доставляла, то ущипнув, то задушив, то свернув там что-нибудь, что после родов… — Т/и, я хотел сказать, спасибо за всё, и я тебя очень любил, пока, — парень поворачивается к выходу, хватаясь за сердце, будто после просмотра самого страшного ужастика; лицо его не выражает абсолютно ничего. — Ты меня хоронишь что ли?! — Ну… да, — в непонятках парень останавливается у самого выхода, оставив руку на ручке двери. — Тэ, от родов не у-ми-ра-ют, — ты приподнимаешься с кровати, уже почти полностью восстановившись; лицо вернуло прежний цвет — бежевый, вместо бледно-белого, призрачного; силушка вернулась и настроение поднялось. А Тэ так медленно оборачивается, как в том же самом страшном ужастике, и удивленно на тебя смотрит, не меняя прежнего выражения лица: — А, да?

Чонгук:

— Т/И!!! — воскликнул Гук, скривясь от боли. — Что? — бросила на него возмущенный взгляд. — Моя рукаааа, — парень постепенно скатывался всё ниже, ближе к полу, а лицо его выражало такой ужас, что, кажется, душа покидала тело. — Что с ней? — ты не понимала, кричала на парня, потому что роды продолжались. — Моя рука, ты ее сломала, — всхлипывает Гук. — Твой сын вылезать не хочет! — Богатырь будет, это хорошо, — сразу успокоился тот, забыв о сломанной руке, и погрузился в своё воображение, вероятно, представляя точную копию себя, только с твоими чертами, то есть будущего сына. — ВОТ САМ И ПОПРОБУЙ БОГАТЫРЯ РОДИТЬ, УМНИК!