Мы сгорим, сестренка

Чрезвычайно неуютно постоянно находиться среди стольких профессионалов разведкорпуса, а особенно под их тщательным наблюдением. После моего рассказа командор Эрвин назначил меня в отряд Ханджи, и той было велено следить за моими передвижениями и докладывать о любой странности. — Так и знала, — говорила она, пока мы шли по мостовой. — Ты еще тогда мне показался слишком подозрительным. — Вы, вероятно, хотите о многом меня спросить. — Лучше не говори этого, — с другой стороны меня шел капрал Леви. Тоже не лучшая компания. Ему ничего не поручали, но он абсолютно не доверял мне. — Иначе она не отвяжется от тебя до конца дня, а ты ведь хотел повидать свою ненормальную. — Ты ведь понимаешь, что командор Эрвин видит, что ты недоговариваешь? И я вижу, — Ханджи оказалась слишком близко. — Я рассказал все, как есть. — Да, историю своей крайне веселой жизни, — поморщился Леви. — Ты скрывал это намеренно. — А если бы я рассказал? Мне бы не поверили. — Плевать, ты не имел права молчать. Если её не окажется в полицейском штабе – это будет целиком и полностью твоя вина. И без вас знаю. Я хотел сказать это вслух, но не хотел испытывать на себе гнев капрала. Я слышал, он получил травму в битве с женской особью, поэтому таскается сейчас со мной, а не с Эреном, что вместе с друзьями перешел в наступление. Они должны уже были выманить Энни. А если Агнесс пошла с ними, нам об этом должен доложить разведчик, но он так и не пришел, а значит Агнесс еще тут. Полицейский штаб напоминал мне здание ратуши или уже суда. Такое помпезное, но внутри – совершенно сухое и обычное. — Эй! — грубый голос капрала прервал нашу тихую прогулку по коридорам. — Вы новобранцы? Несколько моих ровесников замерли и отдали честь. — Привет, — я подошел к ним. — Вы знаете Агнесс Илс? — Тц, — незнакомая девушка поморщилась, как от отвращения. — Еще бы не знать. Если вам нужна она, то это не ко мне. Её с самого утра не видно. Я почувствовал на себе взгляд капрала и чуть не умер. — А где её комната? Курсантка проводила нас до женской спальни, и я сразу нашел кровать Агнесс. Не заправленное одеяло, мокрая простыня… Ей продолжают сниться кошмары. Леви прогнал новобранцев, а Ханджи спросила: — Тебе что-нибудь о чем-то говорит? Под ногами лежит одежда размера Агнесс. — Они не видели её с самого утра. По ночам Агнесс иногда лунатит или сидит на крыше… Ханджи открыла окно, вылезла и проверила крышу. Я начал изучать тумбочку Агнесс. Она была совершенно пустой, лишь всякое барахло в виде украденных столовых приборов. Надо мной стоял Леви и раздраженно цокнул на это. Её маленькая страсть. Я так давно не ловил её на этом… Во втором ящике я нашел книгу. Не успел я удивиться, как из нее вылетел смятый бумажный пергамент, но капрал ловко поймал его. — Что там? — вернулась Ханджи. — На каком это языке? — поднял на меня строгий взгляд капрал. Мне не сразу удалось забрать письмо, ибо капрал медлил. Казалось, он сейчас достанет оружие и пригрозит мне. Успокаивало лишь то, что оружия-то при нем не было. Я взял бумагу, и сердце забилось сильнее. Конечно, они не смогут прочитать. Никто не сможет за этими стенами разобрать эти чертовы буквы… Кроме меня. Агнесс, неужели… Пергамент был весь исчеркан, где-то были пролиты чернила. Где-то были мелкие пометки карандашом. Агнесс всегда была плоха в грамоте, но я смог разобрать, что она пыталась донести до меня. Аррон, я поклялась больше не называть тебя братом, но не могу. Ты когда-то поклялся не называть Джека отцом, и ты держишь клятву, но я не могу. Мне страшно и я не могу рассказать об этом Энни. Я, кстати, рассказала ей все. Кроме моих подозрений. Джек снится мне каждую ночь и все чаще и чаще. Он словно идет за мной. Мне кажется, что я вижу его на улицах. Недавно один человек подошел ко мне и предложил прогуляться. Я избила его, а он сказал, что некий «он» все равно придет за мной. За мной наблюдают. Я чувствую это. Аррон, а ты? Ты должен тоже это чувствовать. Если мне снова предложат прогуляться, то я пойду. И приписка, едва разборчивая: Не дай мне этого сделать. Я выронил письмо, в ужасе смотря перед собой. Капрал щелкнул пальцами перед моими глазами. — Что там написано, отвечай, пока я тебя не пнул. Ханджи подняла письмо. — Тут все слова другие… кроме одного. «Джек»? — Этого быть не может… Я же… мы же… — шептал я, стараясь собраться. — Ханджи, Эрвин разрешал его бить? — спросил все так же недовольный Леви. — Ну, запрета он не давал. — Стойте! — я вовремя отскочил от удара капрала. — Я в порядке! Просто… Агнесс в беде! — Какой еще к черту беде? — Джек, он… Раздалась тряска, словно здание на секунду оторвалось от земли. Мы замерли, а потом услышали оглушающий, уже знакомый рев. — Начались танцы, — цокнул Леви, а я тут же подбежал к окну. — Стоять! — Ханджи схватила меня за шкирку. — Тебе не позволено никуда уходить! — Простите меня, капитан. Я зацепился руками за раму окна, а ногами резко толкнул Ханджи в грудь. Та отлетела к дверям, а когда капрал двинулся в мою сторону, я уже включил привод. Спасибо Господу, что у него травма. Иначе не видать мне головы. Я взлетел как можно выше на пару секунд и увидел женскую особь. Энни. Неужели план Армина провалился? Этого стоило ожидать, но черт побери. Удивительно, но огромный титан посреди города меня сейчас не напугал. Я боялся за Агнесс. Я бежал по крышам и пытался углядеть её в толпе. Мы должны были обсудить это. Но я крутился с Райнером, а она с Энни… и никто из нас и шанса друг другу не давал. Мы вместе чувствовали присутствие Джека, но молчали. Я не мог поверить в это, но теперь, после письма Агнесс… Джек. Чертов ублюдок. Если ты жив, знай, я готов вернуть тебя обратно в могилу. Отец.