Desolate. Забытые городом

      Конец лета выдался достаточно жарким. Солнце нещадно палило. Температура подымалась выше 35 градусов по Цельсию. Люди старались прятаться в тень и без надобности не выходить на улицу. Но было сложно сидеть постоянно дома, так как у людей, что живут в таких деревнях, есть много дел на улице. А летом — это огород. Подростки же часто собирались возле озера, чтобы искупаться. Вступительные экзамены были сданы, и оставалось ждать результатов. — Мам, ты в порядке? — обеспокоено спросила Люси, глядя на бледное лицо своей матери. — Да, всё хорошо. Ты не могла бы сегодня приготовить покушать? — Конечно…       Последний месяц Люси всё чаще замечает, что её мать ослабла: бледная и уставшая, чуть с ног не валится. И такое состояние матери беспокоит девушку. Она переживает. У Люси плохое предчувствие. — А ты пойди отдохни немного, — Люси улыбнулась и подошла к плите, чтобы поставить воду кипятиться.       Резкий звук удара напугал девушку, и она чуть не упустила кастрюлю с водой себе на ноги. Повернувшись на звук, Люси заметила лежавшую на полу мать. Девушка не на шутку перепугалась. Бросив всё, она быстро подбежала к женщине и начала звать её, чтобы та очнулась. — Мама, мамочка, пожалуйста…       Хартфилия с небольшим трудом (потому что, как выяснилось, Лэйла была очень лёгкой) перетянула женщину на кровать. Люси схватила телефон и дрожащими пальцами начала набирать номер их сельского доктора. ***       Люси нервно шагала по комнате, ожидая, пока выйдет врач и скажет, что случилось. Девушка очень переживала, чтобы не случилось ничего плохого. Единственное желание, чтобы мама осталась здоровой. Каждая минута была тягуче долгой. И Хартфилия уже не знала, сколько времени она ждёт. Ожидание убивает, и теперь она знала, что это правда. Что может быть хуже, чем ждать неизвестно чего? — Ну, что случилось? — дрожащими губами прошептала Люси, когда небольшого роста мужчина с сединой в волосах и в белом халате вышел из комнаты. — Она потеряла сознание, но теперь всё хорошо. Однако Вам следует отвезти вашу мать в городскую больницу для обследований. Ей нужен уход, Люси.       Девушка молча слушала. Если всё хорошо, то она безумно рада. Нужен уход — она будет ухаживать за мамой сколько понадобится, пока она полностью не оправится. Только вот учёба в столице? Люси прикусила язык, не время сейчас о таком думать.       Врач написал рекомендации и названия некоторых лекарств, которые Люси должна купить. Он несколько раз настоял на том, что нужно обследоваться в городской больнице, — можно в ближайшем городе, — а затем ушёл.       Тяжело выдохнув, девушка открыла дверь в комнату, где спала её мама. Она тихо зашла внутрь и прикрыла за собой дверь. Люси села на край кровати и взяла в руку ладонь женщины. Она была холодной, и девушка очень перепугалась, но Лэйла открыла глаза. — Мама! — воскликнула девушка, смахнув подступившие слёзы. — Ты как? — Всё хорошо, Люси. Просто не выспалась, — ослабевшим голосом ответила та. — Не пугай меня так. Мы завтра же поедем на обследование в город, — поучительным тоном сказала девушка. — У нас нет денег на такую ерунду. Со мной всё хорошо, — Лэйла попыталась улыбнуться, но на решимость Люси ответ никак не повлиял. Она была настроена на то, чтобы отправиться завтра в больницу и убедиться во всём окончательно.       Вечером, когда мать уснула, Люси решила прогуляться. Она договорилась с Эрзой о встрече. Хотелось кому-то рассказать обо всём. На самом деле девушка очень переживала за маму и за её здоровье. Поддержка ей бы не помешала, да и вообще проветриться было нужно, ведь на свежую голову лучше думается. — Привет, — девушки обнялись и улыбнулись друг другу. — Как дела? Тебе ещё не приходило письмо с университета? — Пока что нет. Я очень переживаю, — пожала плечами Эрза. — Не беспокойся, я уверена, что ты пройдёшь. — А сама чего такая грустная?       И Люси рассказала о том, что случилось сегодня. Многие могли бы подумать, что в этом нет ничего странного или плохого, но Люси уже не первый раз замечает, что Лэйла плохо себя чувствует, и это сказывается на её поведении, на цвете кожи. Она переживает, всё-таки мама — самое дорогое, что у неё есть. — У меня плохое предчувствие, — уныло протянула Люси. — Всё будет хорошо. Главное верить в чудо.       Эрза обняла свою подругу, чтобы хоть как-то успокоить. Ей трудно понять состояние Люси, так как своих родных родителей Скарлетт даже не знает. Но если бы они были вместе, то она переживала бы так же. Даже за своих приёмных она переживала бы, ведь они не чужие для неё люди. Они дали ей жильё над головой, и только благодаря им она встретила их всех. — А вы что там с Греем? — будто невзначай спросила Люси, видя, как заметно краснеет Эрза. — Мы разъяснили всё ещё тогда. Просто друзья. — Как? Что он тебе сказал? — не унималась Люси.       Эрза остановилась, что-то вспоминая. Она подняла взгляд в небо, где было бесчисленное количество звёзд, и улыбнулась. — Прости, — сказал он. — Прости, пожалуйста. Но я не люблю тебя. Ты очень важна для меня, но это не любовь. — Для тебя — нет, но для меня — да, — сквозь пелену слёз прошептала Эрза, стараясь не смотреть на него. — Ты тоже не любишь меня. Мы просто связаны. Мы не любим друг друга, но это что-то намного большее, — Грей улыбнулся и обнял Эрзу, прижимая к себе. — Прости, мне нравится другая, но пока что я не могу рассказать тебе, — прошептал ещё раз, утыкаясь носом в её волосы.       И Эрза простила. Поняла, что Грей прав. Она просто привыкла, что он всегда был рядом. Он спас её, а она его. Спас от чего? От себя? От одиночества? От всего мира. И этого было достаточно. — Так что всё хорошо. Думаю, каждый найдёт свою любовь в университете, в городе, в столице… — мечтательно ответила Эрза, переведя свой взгляд на грустную Люси.       Сможет ли она уехать в город с ребятами?

***

      Люси вышла на улицу уставшая. Под глазами виднелись круги от недосыпа. Она сегодня мало спала, как и вчера, как и всю эту неделю. Подойдя к почтовому ящичку, Люси достала оттуда счёты, газету и конверт с письмом, адресованным ей. Сердце больно сжалось.       Зайдя в дом, она первым делом открыла его. Аккуратно запечатанное и совсем небольшое. Всего один листик бумаги, на котором было напечатано несколько предложений. Глаза Люси остановились, на одной из строчек: «Вы приняты на бюджетную форму обучения. Примите наши поздравления». Девушка расплакалась.       Вдруг в дверь кто-то постучал. Девушка вздрогнула и тут же перестала плакать. Вытерев слёзы рукавом футболки, она открыла. На пороге стоял Нацу и улыбался, как всегда, во все свои тридцать два зуба. — Тебе тоже пришло письмо? — спросил он, всматриваясь в заплаканные глаза подруги. — Какое письмо? — О том, что ты поступила… Что-то случилось, Люси?       И она не сдержала слёз, ведь ребята ещё ничего не знают. Ничего. Она плакала так сильно, как никогда прежде, а Нацу, не видев Люси такой прежде, растерялся и не знал, что делать. Он обнял девушки и прижал к себе, утешая. — Тихо, всё хорошо… — шептал он, так и оставаясь стоять на пороге дома. — Если тебе не пришло письмо, то ничего. Наверное, завтра получишь. — Нацу, — сквозь слёзы сказала Люси, вырываясь из его крепких объятий, — дело не в письме. Мама… Она больна. Я не могу уехать и оставить её одну.       И снова слёзы, а ведь Люси обещала себе, что не будет плакать, что она обязательно справится со всеми трудностями. И даже если не поедет учиться в этом году, то сделает это в следующем, ведь не проблема же. Но теперь, когда она увидела строки и вспомнила обещание, что давали друг другу, мечты становится намного грустнее, чем она думала. — Люсь, мы что-нибудь придумаем, — уверенно ответил Нацу, хотя на самом деле он не знал, что делать. Он не знал, на сколько сильно больна мать Люси.       Люси только кивнула и попросила, чтобы он уходил. — Я хочу побыть одна.       Нацу не стал задерживаться. Он всё ещё был сбит с толку. Даже он смог поступить. Хорошо, что на его профессию было так много мест. Но, кажется, он занял последнее. И теперь, когда Люси сказала, что, может быть, не поедет с ними, то он впервые за долгое время был сбит с толку.       Но Драгнил понимал Люси. Если бы его отцу было плохо и он нуждался в помощи, то Нацу ни за что не оставил бы его одного. — Нужно сказать ребятам.       Люси ещё раз просмотрела письмо, после чего запрятала его в тумбочку. Вытерев слёзы, она зашла в комнату к маме. Лэйла очень ослабла за последнее время. Она редко вставала и почти ничего не могла делать, так что вся работа пала на плечи Люси. Когда Люси услышала, что её мать больна раком, она сначала не могла поверить в это, но спустя время осознание приходило к ней. От правды не сбежать. — Ты как? Тебе что-то принести? — спросила Люси, зайдя в комнату. — Нет, — хриплым голосом ответила та, — всё хорошо. Извини меня, Люси. Я слышала, что тебе пришло письмо о поступление, а ты теперь должна возиться со мной. — Не говори глупостей, мам, — Люси присела на край кровати и взяла руку женщины, исхудавшую. — Я могу поступить и позже, когда ты поправишься.       Только Люси знала, что её мать уже не поправится. В больнице сказали, что ей осталось жить полгода, не больше. Сказали, чтобы Люси готовила деньги на разные процедуры, химию и что-то там ещё. И так же сказали, что будет лучше, если Лэйлу положат в больницу. <center>***<center>       Ребята уезжали в столицу, и Люси вызвалась их проводить, хоть ей и было грустно, но она любила своих друзей, поэтому хотела пожелать им счастливого пути. — Люси, поехали с нами? — в который раз просил Грей, будто не понимал, что она не может бросить маму одну. — Я не могу. — Но это же наша мечта. Ты же поклялась. — Мне всё равно, Грей. Ты понимаешь, что моя мать больна? Ей осталось жить полгода. И ты думаешь, что я брошу её? — на глаза Люси навернулись слёзы. Грей обнял девушку, осознавая свою ошибку. — Прости, пожалуйста. Просто мне будет тебя не хватать, — он вдохнул запах волос Люси и на миг показалось, что всё хорошо, что она едет с ними, но грустный голос девушки отрезвлял. — Мне вас тоже, — прошептала Люси, вырываясь с объятий Грея. — Обещай, что присмотришь за Эрзой. И только попробуй её обидеть.       Фуллбастер кивнул. Конечно, он не даст Эрзу в обиду. К тому же они, как и планировали, собираются жить вместе, так что всё будет хорошо. — Люси! — к девушке подбежала подруга и обняла её. Сзади шёл Нацу, улыбаясь. — Мы будем звонить и писать тебе, — сказал он. — И будем ждать, когда ты приедешь. — И если тебе будет нужна помощь, — подключился Грей, — то ты только скажи нам. — Хорошо, спасибо.       Они уехали в столицу. К своей мечте. А Люси осталась тут. Она улитка, которая не сможет теперь никогда догнать своих друзей. Всегда позади?