***
— Всё! Закончили. О боже, — под конец прошептал Плевака, — близнецы, хватит драться на поле боя. Рыбьеног, будь посмелее. Сморкала, не приставай к Астрид, а иди на дракона. Иккинг, ты должен не убегать от дракона, а бежать на него, чтобы убить. Одна Астрид делала то, что нужно. М-да, весёлая тренировка была, на арене сделали лабиринт и в этот лабиринт выпустили Змеевика. Когда я бегал по этому лабиринту, то случайно встретился с драконом. У нас завязался диалог, из которого я узнал, что этот дракон — девочка, и она не понимает, что здесь происходит. Она оказалась очень дружелюбной, и мы с ней договорились, что я не нападаю на неё, а она в свою очередь не нападает на меня, всё честно. Только вот Астрид шибанула её щитом по морде, после чего тренировка была окончена.***
Следующие три дня проходили однообразно. Тренировка, поход в лес к Виве, Беззубику и Аннике, а потом — обратный путь, домой. Но зато в деревне я теперь популярный, что мне, вообще, никак не нравится, а всё из-за того, что я стал делать успехи на арене. Ну, скорее, делал иллюзию того, что делаю успехи. Из-за того, что я стал просить драконов подыграть мне, другие викинги стали думать, что я без особого труда могу уложить Громмеля. А ребята стали восхищаться мной и всё время спрашивали, как я это делаю. Одна Астрид что-то подозревала, но она не следила за мной. Стараться следить за мной, пробовали все кому не лень, но ото всех я быстро скрывался где-то за переулком или ещё где-нибудь. Но Сморкала был очень настойчивым, от него было трудно уходить. Он поджидал меня почти на каждом шагу. Но что было странно, так это то, что моё превращение полностью остановилось. Я научился только понимать драконов и всё. Ещё было странно то, что было такое чувство, будто бы я становлюсь тяжелее, хотя ем я не очень много. Завтра уже восьмой день, как отец уплыл искать гнездо. Завтра утром он должен приплыть.***
Наступило утро, сегодня должен приплыть отец, все будут встречать его. Все, кроме меня, я лучше проведу время в обществе Вивы и Беззубика с Анникой. Я уже спустился в овраг и пошел к пещере. — Вива, Беззубик, Анника, я пришел! — крикнул я и стал ждать, когда они выйдут. Тут из пещеры по очереди стали выходить сонные Ночные Фурии. END POV Иккинг. Если бы только Иккинг знал, что пара голубых глаз следила за ним.***
POV Автор. Тем временем в порту — Ну как? Нашли гнездо? — спросил Плевака Стоика. — Да какой там, сквозь туман невозможно проплыть. Как Иккинг-то учиться? — Учится хорошо, только вот целыми днями где-то пропадает. Утром приходит на арену, а когда я говорю, что все свободны, от него уже и след простыл. — Я поговорю с ним. Кстати, где он сейчас? — Так я и говорю, нигде, кроме арены, я его больше не вижу. — Так он дома скорей всего, ну я ему сей… — ВОЖДЬ! ВОЖДЬ! — Стоика прервал прибежавший Сморкала. — Сморкала? Что случилось? — ничего не подозревая спросил Стоик. — Иккинг… Фух… Иккинг пошел в лес, а я решил пойти за ним, потом он спустился в какой-то овраг за вороньем мысом, а овраге было три, ТРИ!!! НОЧНЫХ ФУРИИ!!! А Иккинг, спокойно разговаривал с ними, будто они его друзья!!! — Сморкала! Что за ерунду ты несёшь? — с раздраженностью спросил Стоик. — ВЫ МНЕ НЕ ВЕРИТЕ?! Возьмите отряд, я вам покажу! Поверьте мне, там действительно было ТРИ НОЧНЫХ ФУРИЙ!!! — опять закричал Сморкала. А так, как в порту сейчас было много народу, многие захотели проверить это. В этих числах были и остальные подростки Олуха. — Ладно! Мы проверим этот овраг, про который говорит Сморкала, — обратился Стоик к народу который столпился около них. — Но если ты соврал, и там не окажется никаких Ночных Фурий, то ты ответишь за это головой!!! — пригрозил он Смокале. END POV Автор.***
POV Иккинг. — Ну то, что тренировки отменили по поводу приезда твоего отца, это понятно, а зачем ты сюда пришел? Почему не пошел с остальными его встречать? — спросил меня Беззубик. — Ох, знаешь, у нас с отцом, очень сложные отношения, после того, как мою мать похитили драконы, он стал отдаляться от меня, — ответил я ему с грустью. — Оу, прости, я не знал этого. — Ничего Беззубик, я уже давно свыкся с мыслю, что я сирота при живом отце. Но ты со своей сестрой и матерью стали для меня новой семьёй. Спасибо. В то время, пока мы с Беззубиком ведём беседу. Вива с Анникой решили ещё подремать. Но тут Беззубик насторожился и стал смотреть на выход из оврага. — Что такое братец? — Кто-то идёт, их много, это викинги!!! Мама, сестра, просыпайтесь! — Что случилось Беззубик? — спросила Вива. Ответ не заставил себя ждать. В овраг стали спускаться викинги, а в их главе, конечно же, шёл мой отец, а рядом с ним показался Сморкала?! — Вот они, я же говорил, что не вру, — с ухмылкой сказал Сморкала. Вперёд вышел отец и посмотрел на меня, а я в это время, с серьёзным выражением лица, медленно отходил назад, вместе со мной отходили и Фурии, которые злобно рычали на незваных гостей. — Иккинг, что ты творишь?! А ну быстро подошел сюда! — как всегда, приказным тоном сказал мой отец. На это, Вива и Беззубик с Анникой, обвили мои ноги хвостами и вышли чуть вперёд, угрожающе рыча. — Нет, — твёрдо и ровно сказал я, — я не пойду с тобой, мне и здесь вполне не плохо. -ИККИНГ! Что ты творишь?! Эти твари убили твою мать, а ты выбираешь их, не своего родного отца, а их?! — Эти «твари», как ты сказал, за один день давали мне больше любви и заботы, ЧЕМ ТЫ ЗА ВСЕ ЭТИ ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ!!! И ПОСЛЕ ЭТОГО Я ДОЛЖЕН ВЫБРАТЬ ТЕБЯ?! Ты всё время презирал меня, считал никем. А эти драконы полюбили меня как своего, в то время, как ты готов был в любой момент отправить меня в открытое море, — я снова почувствовал, как что-то в районе лопаток, и чуть выше зада, стало двигаться. Вернулся зуд на руках и ногах, но теперь, ещё и на скулах. У меня заболела голова, глаза снова стало жечь, но я не обращал на всё это внимания. — Что ты такое говоришь, Иккинг, я твой отец, я люблю тебя. Зря ты это сказал. — Любишь? ЛЮБИШЬ?! А ГДЕ ЭТА ЛЮБОВЬ БЫЛА, КОГДА В ДЕТСТВЕ МЕНЯ ВСЕ УНИЖАЛИ?! ГДЕ ЭТА ЛЮБОВЬ БЫЛА, КОГДА МЕНЯ ВСЕ ПРЕЗИРАЛИ?! ДА ГДЕ ОНА, В КОНЦЕ КОНЦОВ, БЫЛА, КОГДА У МЕНЯ НЕ СТАЛО МАТЕРИ?! Теперь я не смог терпеть боль. Я упал на колени. Сначала из моего горла вырвался крик боли, который сотряс весь остров, а потом этот крик перерос в рёв Ночной Фурии. Я упёрся руками в землю и почувствовал, как на спине, сквозь мышцы с мясом и кожей, что-то прорывалось, тоже самое происходило в районе зада. У меня вырастали новые части тела, или они вырывались из него?! Я почувствовал как на руках, ногах и скулах стало что-то прорезаться, как на голове что-то вырастало. Я не смог этого терпеть, и последнее, что я помню, был стремительный взлёт, словно меня кто-то поднимает в воздух.