Ветер в зеркалах

Игорь долго вслушивался в тишину, сидя на кухне. Но в какой-то момент эту самую тишину нарушил чей-то тихий кашель. Ансельм… А Тальков и забыл о нём. Быстро поднявшись, музыкант вышел в коридор. Экстрасенс стоял у двери той комнаты, где они с Мишей его не так давно оставили. Выглядел он помято и морщился, держась за живот. — Тебе пора уходить, извини, — твёрдо произнёс Игорь и подошёл к другу со спины. Тот резко развернулся и шепнул: — У тебя в доме проклятое зеркало. Это не шутки… — Проклятое зеркало? — озадаченно переспросил певец и тут же память подкинула воспоминание о той руке, что буквально выросла из зеркальной глади. Но разве это была не галлюцинация? — Когда-то перед этим зеркалом совершили ритуальное убийство и с тех пор оно стало порталом. Всякая злобная нечисть может прорываться в наш мир. Это опасно. Я могу помочь… — возбуждённо шептал Ансельм. — Извини, но нет, — пусть в голосе и мелькнула неуверенность, рисковать отношениями с Мишей Игорь не был готов, — лучше скорее уходи. Я беспокоюсь о твоём здоровье, между прочим. — Ты же понимаешь, что теперь у тебя будут крупные неприятности с этим зеркалом? Без специального обряда и последующего уничтожения зеркала, ты будешь жить в большой опасности, — поджав губы, несколько обиженно отозвался Ансельм. — Я сейчас не могу здраво рассуждать об этом, — вздохнув, Игорь посмотрел куда-то в сторону, — я чувствую, что с этим зеркалом что-то не так и верю тебе, но если я разрешу тебе остаться, то Михаил неправильно поймёт этот шаг… Ансельм недовольно прищурился и, чуть прихрамывая, прошёл к двери. Уже выходя, обернулся и открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Через секунду Игорь остался один. Тяжело вздохнув, он покосился в сторону двери, что вела в комнату с зеркалом. Нужно было дождаться Фассбендера и обсудить с ним услышанное. Пройдя в гостиную, Игорь взял блокнот с начатой накануне песней и ручку. Постарался сосредоточиться на работе. Какое-то время ему удавалось. Но потом неожиданно ярая тревога ворвалась в душу, подобно ледяному ветру. Отложив блокнот, певец прошёл на кухню и сделал себе бутерброд с маслом. Получилось коряво: кусок батона вышел слишком тонким, а слой сливочного масла — толстым. Сделав чёрный чай, Игорь сел за стол и потрапезничал. Потом пару часов работал над песней, снова и снова зачёркивая написанные строки. И когда за окном стало темно, Тальков послал к чёрту недописанную песню. Накинув на футболку старую косуху, он схватил с полки связку ключей, обулся в белые кеды и выскочил из дома. Сердце наполнила ревность, как бокал наполняет игристое шампанское. Что, если Миша решил остаться с женой? Что, если передумал быть с ним? Эти мысли заставляли мужчину дрожать от злости. Скорпионья мстительность шептала, что он очень рано простил любовника и отдался ему… Надо было помучить, тщательнее проверить! Но ведь мучая Мишу, он мучил и себя… Он не помнил, как добрался до дома, в котором жил Фассбендер. Тальков знал адрес, но никогда не бывал в его жилище, ибо Миша был категорически против. Поднявшись на лифте на десятый этаж, Игорь громко, остервенело, двумя кулаками постучал в новую чёрную дверь с золотой цифрой «104». «Ну, сейчас он у меня получит…» — ревниво билось в мозгу. Дверь почти сразу открыла пожилая женщина в сером платье и коричневым платком на плечах. Её седые волосы были убраны в тугой пучок. — Добрый вечер, вы к кому? Что случилось? — испуганно пробормотала она, увидев странное выражение лица Игоря. — Михаил где? — процедил Тальков, еле сдерживая крик. — Он уехал на дачу несколько часов назад. Приехал, спросил, где супруга, я ответила, что на даче… — ещё более испуганно ответила старушка. — Адрес дачи можете сказать? — выпалил певец, раздувая ноздри. — Дачный посёлок «Летний день», это на юге Москвы, в пригороде… Дом 11… Тальков развернулся и понёсся по лестнице вниз. Лифт вызывать не стал, ибо он шумел, явно торопясь к кому-то, а ждать было некогда. Игорь однажды бывал в «Летнем дне», потому прекрасно помнил маршрут. Из приёмника лилась музыка, а сердце отчаянно колотилось, даже причиняя боль. Глаза застилала ревность. Лишь малая часть сознания осознавала, что Миша мог и не «выбрать» жену, просто что-то случилось… Когда Москва осталась позади, Тальков сбавил скорость. Указатель «Летний день» появился через десять минут езды. Игорь свернул налево и ехал ещё минут двадцать. Наконец, впереди замаячили новые коттеджи. Искать дом номер 11 пришлось недолго. Это был домик из белого кирпича. Два этажа, гараж, небольшой садик, а в окнах горел свет… Музыкант громко хлопнул дверцей авто и вскочил на крыльцо. Опасно блестя глазами, заколотил обоими кулаками по чёрной двери. Спустя пару мгновений её отворил практически лысый бугай. — Михаил где? — тяжело дыша, спросил Тальков. — Босс, тут вас спрашивают! — глуповато крикнул мужик, отходя от двери. Его место сразу занял Миша. Выглядел он каким-то подавленным. — Ты что тут делаешь? — удивился он, прищурив уставшие глаза. Игорь храбро шагнул в дом и злобно оглядел большую комнату. Сердце, которое скакало, как пьяная школьница на дискотеке, замерло: на кожаном чёрном диване лежала женщина, с которой он не так давно виделся. На лице родимое пятно. На белой футболке в районе желудка — огромное алое. — Я… потерял тебя… — пробормотал Игорь, не в силах отвести взгляд от супруги Миши. Она мертва? Кто её убил? — Блин, я был занят, — нервно ответил Фассбендер и захлопнул дверь. — Она… Она убита? — сипло шепнул певец, не сводя взгляд с красного пятна на теле женщины. — Как видишь. Так вышло, — проворчал Фассбендер и прошёл к дивану, — начала угрожать, что расскажет о тебе прессе, шантажировать. Перешла границы. Сам не знаю, в какой момент захотел её заткнуть с помощью пушки… Тальков поджал губы и прошёл в другой угол комнаты. Медленно опустился в кожаное чёрное кресло. Произошедшее убило в нём ревность и панику. Он был шокирован. Нет, Игорь, конечно, знал, что его любимый — бандит, но и предположить не мог, что тот способен на убийство жены. — Гоша! Ты дозвонился до морга? — крикнул Фассбендер. — Да, они уже едут, босс! — раздалось со второго этажа. — Бабки приготовь! Всё должно выглядеть как несчастный случай! Дав указание, Миша куда-то ушёл и Игорь остался наедине с трупом. Сморгнув, он медленно сжал колени ладонями и закусил угол губ, не сводя блестящего взгляда с тела убитой.