Ястребиная ночь

      От того, что в этом мире есть люди (или кто-то похожий на них) мне немного полегчало. Прибавил скорости. Я наловчился стремительно перепрыгивать с ветки на ветку, надежно вонзая в ствол когти и даже планировать. Это, несомненно, облегчило мне жизнь.       К тому же, не только на ногах у меня были когти, но и на руках. Правда не такие впечатляющие, больше похожие на кошачьи, но они были бритвенно-острыми! Раз уж заговорил об этом, стоит признаться, что и с зубами было все не так просто. Как только я начал есть мясо мои зубы сменились клыками (до этого это были обычные человеческие челюсти). В школе у нас был скелет какой-то ящерицы, вот у нее был подобный наборчик.       Клинообразные, направленные немного назад, острые клыки частоколом наполнили мой рот. Нормально жевать с ними не получалось, я отрывал куски и глотал их целиком, подобно хищным птицам и рептилиям. Угрохал немало времени, чтобы понять, как менять клыки на зубы и обратно. Все еще не устаю восхищаться извращенным строением моего организма...       Следы стали совсем свежими и разные запахи, сопровождавшие их, еще не развеялись. Мой нос снова начал дразнить знакомый, земной аромат орхидей, к которым примешался еще один, не типичный для этих мест с тропическим климатом. Шлейф подобного амбре присутствовал в наших, русских лесах. Кедровая смола, пряные палые листья, мох и сладковатый дыма от костра. Я ускорился, теперь меня больше вел запах, чем следы. Он казался важнее.       Заметил, что джунгли вокруг претерпели некоторые изменения. Едва заметные, но очень важные. Птицы и звери были более осторожным, чем раньше. Они стремительно замолкали и прятались при моем приближении. Я уже не пытался скрыть свое присутствие от чутких животных и целенаправленно преследовал охотников.       Вскоре увидел свет костров в темноте леса. Тихо и осторожно подбирался к чужому лагерю. Ночная тьма скрывала меня в тени листвы того дерева, которое я выбрал своим наблюдательным пунктом. Чуткий слух доносил до меня множество голосов, разговаривающих на незнакомом языке. Я прислушивался, ловя обрывки фраз. Принюхался, в воздухе витал аромат дыма и жарящейся на костре дичи. А еще меня настиг запах орхидей.       Внимательно посмотрел на воинов-охотников, сидящих у костров. Высоченные, как афроамериканские баскетболисты (все как на подбор - не ниже метр девяносто), с самыми что ни на есть козлиными рогами, мощными ногами, оканчивающимися широкими и крепкими раздвоенными копытами. Строение ног (не считая копыт) отличалось от моего. Колено у охотников не гнулось в другую сторону, как у кузнечиков. Икры были чуть более вытянутыми, чем у обычного человека, и имели подвижные сухожилия-сгибатели. Фавны (а кто еще это мог быть?) красовались потрясающим бронзовым оттенком кожи, под которыми соблазнительно ходили тугие жгуты мышц.       Одежда напомнила мне о Древней Греции. Мощные торсы были закованы в кожаные кирасы, наручи и поножи были из того же материала, под доспехами у чертей (или лучше фавнов?) были туники. О штанах эти господа явно не слышали и короткие подолы туник, опускающиеся чуть ниже середины бедра, как стеснительные девицы не отдергивали. Ходячий тестостерон, это вам не наши показушники-бодибилдеры. Тяжеленные мечи висели на поясах непросто так, да и копья они метать умели. Опасные парни.       Недалеко от костров находилась их живая добыча. На земле, тяжело дыша и злобно огрызаясь на своих пленителей, лежал связанный прочными веревками динозавр. Динозавр, мать вашу через одно место и во все дырки!!! Настоящий, живой ящер древности. Мозг на какое-то время закоротил, я тупо рассматривал яростно и упрямо извивающуюся в путах рептилию.       Толстая шкура, которую копья этого мира вряд ли могли пробить с первой попытки, была удивительного цвета старой латуни. Ящер достигал трех с половиной метров в длину. Длинный подвижный хвост оказался прижатым к земле веревками и навредить никому не мог. Лапы имели три пальца с устрашающими серповидными когтями, травоядным это чудо местной генетики явно не было. На гибкой шее нашла свое место массивная голова с сильными челюстями и большими оранжевыми глазами. Динозавр видел в темноте не хуже меня.       Даже жаль, что такой мощный и свирепый зверь оказался пленен, но не побежден. Удивительно, но эти мысли шли от моей птичьей сути. Мне немного поплохело, здравствуй шиза. Ястреб в глубине моего сознание презрительно свистнул. "Я - это ты, дурак," - чужой голос, но такой похожий на мой собственный, осторожно закрался в мысли. "Если ты - это я, то почему молчал? И вообще, как ты можешь быть мной, если я ощущаю тебя чужим?!" - удивленно спросил, погружаясь в потаенные уголки своего разума. "Вы, люди, всегда отторгайте то, чего не понимайте. Не точно выразил свою мысль, я - то начало, что отвечает за птицу внутри тебя. А ты - человек, ведущая личность. Я так же являюсь оплотом всех знаний, что были дарованы богом,"- глас ястреба звучал недовольно. Я молчал, переваривая услышанное. "Пока ты не примешь меня, как часть себя, мы так и будем двумя половинками одного тела," - уже мягче продолжила птица. "И как мне принять тебя?" - растерянно поинтересовался, продолжая наблюдать за лагерем фавнов. "Этот вопрос ты должен задавать не мне, а себе. И еще, это не фавны, а Баваан Ши или просто Ши," - насмешливо свистнул обитатель моей головы. Зашибись, мои мысли больше не принадлежат мне одному. Ястреб проигнорировал мой укор. "Эта раса действительно похожа на фавнов из греческой мифологии внешне. Они так же любят пляски, хорошее вино и нимф. Их национальный инструмент многотрубковая флейта, в твоем мире эту флейту называют панфлейтой или флейтой Пана. Музыка Ши обладает гипнотическими свойствами. В полнолуния рогатые устраивают шабаш и сладким пением флейт заманивают путников в свой круг. А потом полностью обескровливают. Считай эту расу гибридом вампиром, фавнов и инкубов." "Инкубов?! Баваан Ши пьют кровь и насилуют жертв?" "Нет конечно. Это племя довольно безобидное, если знать, чего от него ждать. Сходят с ума они только по полнолуниям, на своих шабашах. Устраивают оргии с нимфами, зачаровывают и завлекают. Но даже в обычное время Ши чертовски притягательны. От них так и прет сексуальной энергией." "Я должен знать о них что-то еще?" - после выразительной паузы ястреба спросил я. "Из них выходят самые лучшие Мотивы. Ши понимают любой язык. Нам повезло, что наткнулись на них. Мужчины Баваан Ши такие же великие воины, как и кентавры. Живут кланами в своих станицах. Свободолюбивые, неукротимые и сражающиеся до последнего. Довольно общительные," – неспешно перечислило мое второе «Я». "После твоих объяснений у меня появилось больше вопросов. Сколько рас в этом мире? Знаешь, я все же склонен думать, что нахожусь в Древней Греции. Все эти нимфы, кентавры и одежда Баваан Ши... Вылитая Греция. И что за Мотивы? Я не первый раз слышу этот термин, но не знаю его значения." "Гм... Это поправимо, я отвечу на все твои вопросы. В этом мире много рас. И не все мне знакомы. Основные с кем тебе предстоит столкнуться - это Ши, Грезы, нимфы, кентавры, морской народ, сфинксы и гарпии. Обо всех расскажу как-нибудь позже. Чисто технически ты прав, мы в Греции, точнее не в ней, а рядом. Это остров, который ты знаешь под названием Крит. Весь этот мир является отражением Земли в древности. Одинаковое расположение материков и морей, схожие моменты в культуре, точнее в твоем мире это мифы. Но Ласарисс, так называется этот мир, находится во власти совершенно иного пантеона богов, нежели Земля. Кроме, пожалуй, одного, Хроноса - бога Вечности... О том, что боги здесь не пустой звук, ты и без меня прекрасно осведомлен. О них тоже узнаешь немного позже. Магия Ласарисса очень своеобразная. В теории она доступа каждому, но при определенных условиях. Творить колдовство можно только в паре. У каждого разумного существа своя направленность. Есть Безграничные и Мотивы. Безграничные, выражаясь понятным тебе языком, это своего рода батарейка, а Мотив - пульт. Один делится своей энергией, черпаемой из силовых потоков, с Мотивом, а тот превращает ее в магию. Такую пару называют Созидающими. Сами по себе они бесполезны. Безграничный не может сам преобразовывать энергию, только копить, а Мотив умеет преобразовывать, но не накапливать. Пустышка без энергии и энергия без вместилища." "Не вижу никакой проблемы, просто лю... разумные разных направленностей договариваются и колдуют вместе. И никаких заморочек." "Нет, Дан, все совсем не просто. Созидающие пары во всех смыслах этого слова. Они должны друг друга дополнять и полностью доверять партнеру. Безграничный должен отдавать свою энергию Мотиву, не жалея, а он в свою очередь должен следить, чтобы партер не истощился. Все-таки в магии ведущими являются именно Мотивы. Но не в отношениях." "В отношениях?" - усмехнулся я. "Да, в отношениях. После того, как Созидающие вступят с друг другом в тесный духовный и магических контакт, появится и физическая тяга. Это не только магическое партнёрство, это любовные узы. Партнеров выбирают по сексуальным предпочтениям," - кое-кто явно намекал на мою ориентацию. "Ладно, последний вопрос - кто я?" - устало вздохнул, перебирая в мыслях новую информацию. "Ты - тахиллин. Идеальное слияние птицы и человека. В настоящее время на Крите живут только гарпии, не чета мне и тебе. Гарпии - уроды-выродки, не умеющие контролировать свое птичье начало. Они жрут, спят, трахаются и живут общинами, часто нападают стаями на караваны и деревни, грабя. Тебе надо быть осторожнее, эти неотёсанные Ши могут принять тахиллина за гарпию. На Крите твоя раса давно не живет." "Вот как, спасибо за содержательный разговор." "Если бы ты меня принял, эти знания просто находились в твоей голове. Кстати, чуть не забыл. Не смей называть своего настоящего имени, Даниил Альбертович Фрейн. Истинные имена знают только родственники и любимые. Это дает власть над тобой. Бог Ласарисса дал тебе новое, теперь ты Дафф," - торжественно провозгласил ястреб.       Мысленно послал птице волну благодарности, наблюдая за лагерем. Баваан Ши что совсем не собираются ложиться спать? Внимательно всматривался в лица рогатых и вдруг вспомнил про другие следы, которые принял за людские. Среди Ши должен был быть кто-то еще.       Действительно, у одного костра сидели две фигуры, завернутые плащи. Мои ноздри настойчиво защекотал аромат орхидей. Незнакомцы не были такими высокими и массивными, как Баваан Ши. От того костра шел шлейф из запаха навязчивых цветов, дыма, жареной дичи, пряно-горького вина и кедрово-мускусного аромата Ши. Судя по звонкому смеху и громким голосам, та компания явно была навеселе. "Цветочный аромат обычно встречается у Грез, Дафф. Тебя так долго ведет запах... Это не спроста. Грезы - самая развитая раса Ласарисса. Ты бы принял их за очень красивых людей. Они оплот искусства и магии. В принципе, это и есть люди, только очень красивые и долгоживущие. Имеют большое предрасположение к лечебной магии, эмпаты. Достаточно высокомерны, ставят себя выше остальных, особенно на Крите. Их города богатые и прекрасные, Ши, и не только они, стремятся попасть к Грезам. Мне не понятно, почему эти двое так спокойно сидят у костров Баваан Ши," - недоумевала моя птица. "Потому что пьяные," - тихо фыркнул я, с интересом смотря на этих Грез. Одна из них потянулась и капюшон, скрывающий от меня лицо незнакомца, упал. Мое острое зрение позволило разглядеть малейшую черточку прекрасного юного лица. Я оторопел. Это лицо... было таким знакомым, если не обращать внимания на алебастровую кожу и очень юный возраст. Это был Лад. Да быть не может!!! "Оу... Твои друзья на Ласариссе..." - обескураженно пробубнил ястреб, недоумевая вместе со мной. Неужели Ладислав умер и попал сюда?! Или это его двойник? Я занервничал. Моего лучшего друга опоили эти самые Ши, которые инкубы и в каком-то смысле вампиры! С этим надо что-то делать...       Расправил крылья, намереваясь планировать вниз. "Даже не думай об этом! Это воины, а ты похож на гарпию. Один точный бросок копья и все. Баста. Тут надо осторожно," - переполошилась птица, предлагая свой план.

***

      Ладислав оживленно беседовал с красивым командиром охотников - Лейвом из клана Грайи-Схи, когда все разговоры Баваан Ши прекратились. Лейв одним плавным движением оказался на ногах и схватился за меч, висящий на поясе. Его примеру последовали все Ши. Ладислав и Тамерлан, не смотря на все выпитое ими вино, еще не потеряли возможность разумно мыслить и чувствовать опасность. Парни торопливо встали и повернулись в ту сторону, куда напряженно смотрели все воины.       На границе света и тьмы стояло мифическое существо, о котором словоохотливые охотники рассказывали бывшим бейсерам ужасающие байки. Это была гарпия. Там смерил опасливым, но любопытным взглядом высокую крылатую фигуру, прячущую лицо в ночном сумраке. Только янтарные глаза и горели во тьме.       Неизвестный бесстрашно шагнул в круг слабого света костров. Тамерлан удивился, это красивое создание не подходило под описание гарпий, что поведали Баваан Ши. Вересков учился на хирурга, и с точки зрение врача, это чудо, стоящее перед ними, представляло собой потрясающе гармоничный сплав человека и птицы. Желтые лапы хищной птицы плавно перетекали в стройные бедра, обтянутые кожаными бриджами. От человека гарпию отличали достаточно длинная гибкая талия и ребра, которые были объемнее человеческих, чтобы вместить в себя выносливые легкие и сильное сердце. Грудь гарпии обтягивал необычный кожаный топ со множеством ремешков. За спиной незнакомца находились прекрасные, полураскрытые крылья, цветом и формой напоминающие ястребиные. Это мифическое создание было высоким и немного худощавым, но все черточки в нем так и кричали, что это хищная птица.       Там посмотрел на Ярославцева, тот с удивленным видом рассматривал лицо и руки гарпии. Вересков снова посмотрел на крылатого уже более внимательно и задохнулся от изумления. Эти изящные предплечья были покрыты знакомыми татуированными рукавами. Парень вгляделся в лицо этого чуда.       Глаза стали янтарными, по-птичьи круглыми, лишенными ресниц и снабженными третьим веком. Но этот прямой нос, украшенный едва заметной горбинкой, четкие скулы, высокий лоб, пухлые яркие губы и овальный подбородок совсем не изменились. Без сомнения, это был Даниил Фрейн. Живой Дан! Его любимый стоял и дышал в двадцати метрах от Верескова.       Парень не удержался и побежал к гарпии. Хмель в крови лишил его робости, а радость только подстегнула этот неудержимый порыв. Капюшон слетел с темноволосой головы, Дан с удивлением посмотрел на бегущего к нему Тамерлана, в первые секунды не узнавая. Да, Там и Лад тоже изменились внешне, но не так сильно, как Фрейн. Глаза их обоих поменяли цвет, а волосы стали чернее самой ночи и ужасно длинными, до талии, кожа обрела молочно-белый цвет, черты лиц были более благородными. Но в целом их можно было узнать. Вот и Даниил, спустя несколько мгновений, признал в этой красивой Грезе Тама.       Вересков прижался к изумленной гарпии, обняв за шею. Парень посмотрел в круглые янтарные глаза и нежно поцеловал своего любимого в губы, совсем ненадолго прижавшись своим ртом к чужому. Дан машинально обнял в ответ. - Как хорошо, что ты живой, Дан, - тихо-тихо произнес Тамерлан, но Фрейн услышал. - Тише, Тамми, - прошептал в ответ Даниил и новоявленная Греза внутренне затрепетала от ласкового сокращения своего имени, - В этом мире истинные имена никому нельзя говорить. Тебе нужно срочно нужно придумать себе какое-то имя. Вы уже говорили свои имена Ши? - Что? Говорили, но только нескольким и то, сокращенные, - недоуменно проронил Тамерлан, продолжая буквально висеть на гарпии и вдыхать аромат ее кремовой кожи.       Так мог пахнуть букет из ночных трав - шалфея, полыни и тимьяна. Свежий и острый, дымчатый и тяжелый, отдающий древесно-травяные нотками, этот аромат был прекрасен. Так пахла сама любовь Тама - горькая и острая, но такая притягательная. - Ну что ж, не так страшно, но пожалуйста, не забывай об этом. И зови меня Дафф, - быстро сказал Дан, прежде, чем Ладислав буквально отодрал Верескова от своего друга. Но Ярославцев и слова проронить не успел, как гарпия прошептала парню тоже самое, что и Тамерлану. - Черт бы тебя побрал... Дафф! Мы тебя так долго ждали! - возмутился Лад, стискивая Фрейна в объятиях. - Конечно ждали, да еще в такой приятной компании! - на удивление жестко отрезал Дафф, недовольно сверкнув глазами.       Тем временем, эта самая компания ошарашенно пялилась, как две гордые и прекрасные Грезы целуются и ластятся к мифическому тахиллину...