Несказанные слова

Темнота, темнота и еще раз темнота. Только она и окружала мальчика лет тринадцати с каштановыми волосами и карими глазами. И куда бы он ни пошел: всюду была лишь непроглядная тьма. Своим покрывалом она надежно окутывала юношу, не позволяя ему ничего видеть вокруг себя. Сам он не знал сколько времени уже пробыл в этом месте, он знал лишь одно, что куда бы он ни шел всюду была лишь вода и мрак. Но юноша, несмотря на это продолжал идти вперед – ведь все равно ничего другого ему и не оставалось. Да и к тому же он должен был выбраться из этого странного холодного места, потому что там откуда он пришел у него все еще было множество незавершенных дел, и дорогих ему людей, екаев с которыми он хотел снова и встретиться. И поэтому он упорно шагал вперед следуя одной единственной путеводной нити В этом месте всегда царило безмолвие, но иногда раздавался, прорывался звук. Сквозь эту тьму прорывался чей-то голос: полный тревоги, беспокойства – именно за ним он и следовал, почему-то юноша был уверен, что этот звук выведет из этого мира, туда где его ждут все. Сам этот голос был ему знаком, но как он ни старался так и не мог вспомнить того кому он должен был бы принадлежать, но одно юноша знал точно, пусть он и не помнит владельца этого печального, но прекрасного голоса, он все равно хотел увидеться с ним, он желал и стремился к нему продолжая идти сквозь мрак, надеясь увидеть выход, от него у него на душе становилось тяжело и смятение. «Рикуо-кун, пожалуйста вернись. Вернись…» Этот голос - эта отчаянная мольба были его единственные путевыми нитями и звками сопровождавшими его в этом месте. «Кто ты?» Этим вопросом он постоянно задавался с тех самых пор как очнулся здесь. Да, пусть он и не мог вспомнить кому принадлежит этот тихий печальный голос, но он несомненно принадлежал кому-то очень важному для него, так он думал. Всякий раз как он слышал зовущий этого голос, это сердце болезненно сжималось. Но несмотря на то, что его сердцу было больно, для него это было лучом надежды – он давал ему сил просто двигаться вперед. Он должен продолжать идти, ведь там куда он стремился были дорогие ему люди и екаи. И так он продолжал шагать пока впереди наконец не стало светлеть, и помимо этого голоса, стали раздаваться и другие голоса, также знакомые ему, но в отличие от того другого, облик их владельцев четко всплывал в его голове, а не ускользал, как сон. И вот наконец впереди забрезжил свет, из последних сил он устремился к нему. «Ты ведь вернешься, Рикуо-кун» - Да, я непременно вернусь, туда где меня ждут все! *** Небо едва видное сквозь завесу изумрудной листвы. Это было первым, что он увидел, когда открыл свои глаза. - Эй, ты как, Рикуо? – над ним склонились Есицунэ и Хагоромо Кицунэ. - … - Похоже он еще не пришел в себя, бабушка. - Ну, так отойдем, пусть очухается. - Да и так не мешаюсь! - Тогда может отпустишь его, а того и гляди задушишь ненароком. Ощущение того, что он лежит на чем-то теплом и мягком тут же исчезло, сменившись на что-то твердое и холодное. Но Рикуо не обратил на это внимание, все его существо было занято другим. Шум резвящегося ветра, шелест травы, плеск воды, пение птиц, аромат земли и цветов – от всего этого у Рикуо поначалу закружилась голова, словно он опьянел. Хотя так оно и было, он и в самом деле опьянел всего, что его окружало. Это было так не похоже на тот мир холодный мир тьмы, нет, этот мир наполненный яркими красками звуками, запахами. И все они разом стоило ему открыть глаза - наполнили его собой. И теперь он просто лежал, наслаждаясь ими, буквально впитывая их всем своим телом. Сколько времени прошло с тех пор, как он очнулся в этом мире – он не знал. - Думаешь, он в порядке, ба? - Да вроде в порядке. - А что тогда валяется, как труп. Прошло уже три часа с тех пор, как он очнулся. - Судя по тому, что он дышит. Он скорее жив, чем мертв. Эти два голоса вторглись в его сознание, сначала Рикуо старался игнорировать их, но с каждым моментом они становились все более надоедливыми. И раз за разом разрушали его идиллию. Слегка повернув свою голову в направление голосов, он увидел тех, кто помешал ему. - Хагоро…мо Кицу..нэ… Еси…муро - Пришел в себя, наконец, - оба лиса подошли к нему, и присели рядом. - Я уж думал, что ты тут целую вечность проваляешься, - сказал Ё - … - Оставь его в покое еще немного, он ведь чуть не умер. Я уж думала не выкарабкается. Рана была довольно таки серьезной. - Так я его и не трогаю, но сколько можно лежать просто так, часик полежал и хватит. - Ты видимо сам никогда не был одной ногой в могиле, поэтому не понимаешь его. А вот я была, после такого лучше отдохнуть. - Ну пускай отдохнет, но я думал что ему есть что спросить у нас. Ведь с его битвы с Сеймеем прошло уже больше месяца. «Месяца?!» - Успеет спросить. Пусть пока насладится, каково это чувствовать себя живым. Это действительно прекрасное чувство. Ты словно заново родился, весь мир кажится таким ярким, живым. Я понимаю это чувство. Хагоромо Кицунэ с добротой в черных глазах посмотрела на Рикуо. - Тебе не о чем волноваться, все хорошо. И вопросы подождут. Можешь просто полежать и насладиться этим чувством. Ведь спешить тебе некуда. «Некуда спешить? Нет, ты не права. Мы должны идти. Ребята как там они все, мама, старик? И как он…» - Расскажи, что произошло после поражения Сеймея? – приподнявшись, юноша сел и в ожидании ответа посмотрел на обоих своих собеседников. - Да ничего такого важного и не произошло. Если быть кратким, то все просто отлично. - … - Ты выразился слишком кратко. - Тогда давай ты, мне лень толкать длинные серьезные речи в такой прекрасный летний день. - Смотрю, ты совсем обленился за этот месяц, надо дать тебе какую-нибудь работу, скажем огород прополоть или полить что-нибудь, построить дом, ограду или еще что-нибудь. - Вот сама этим и займись, ты тоже этот месяц ничего особого не делала. Только и делала, что дурака валяла! - Как ты смеешь разговаривать со старшими! - А чего такого я сказал-то? - Да ничего! - Тогда в чем дело? Не желая слушать их перепалку, Рикуо молча пошел прочь. Из того, что сказали те двое, он понял лишь то, что все в порядке. А что в порядке ему толком так и не сказали. И теперь шагая, он задавался вопросами, как идут дела дома, в клане, все ли в порядке с его друзьями и роднимы. И все ли в порядке с н… От всплывшего образа он встал, как вкопанный. Пожалуй, этот вопрос мучил его даже больше всего остального, с той самой поры как они расстались. Тогда он просто молча согласился и позволил уйти, ничего не предприняв, и потом он также не сделал ни одной попытки, что бы выяснить все ли хорошо. Он предпочел остаться в не знании, потому что боялся того, что ему могли сообщить. И потому он проклинал себя за трусость, но несмотря на это он продолжал просыпаться от ночных кошмаров, в которых его клинок обагрялся алым цветом и тихий прерывистый голос. И каждый раз он просыпался, дрожа в холодном поту, а после боялся сомкнуть глаза хоть на миг и вновь увидеть эту сцену, что итак преследовала его. И спасением служили лишь школа и клан, занимаясь делами, он отвлекался, забывал, но потом эти мысли снова настигали его, мысли о том, что он своими собственными руками убил ту, что была ему дороже его собственной жизни. «Цурара, ты… С тобой Ведь все в порядке, ты жива не так ли?» Знакомая дрожь пробежала по всему его телу, посмотрев на свои руки, он увидел, что они дрожали. Сжав их в кулаки, надеясь тем самым унять дрожь. Он не должен дать о прошлом, не должен вспоминать. Уж лучше он будет продолжать убегать от жестокой правды. А правда была в том, что она никак не могла выжить после того удара, нее не было и шанса. - Рикуо, подожди нас. Не уходи один! – к нем со всех ног спешили Кицунэ и Е. - С тебя глаз вообще спускать нельзя, отвлеклись лишь на секунду, а тебя и след простыл. - Мне просто надоело слушать ваши перепалки, да и хотелось осмотреться, где это я очутился, только и всего. - Только и всего? – от пронзительного взгляда Хагоромо Кицунэ Рикуо стало не по себе. Казалось, что она видит его насквозь. Хотя, собственно говоря, так оно и было. Она знала о чем о он хотел ее спросить, но боялся. - … Молчание ставшее ей ответом, заставило немного вскипеть. Вот чего, а такой трусости она никак не ожидала от Рикуо. - Думаю нам пора идти, нечего тут торчать, - сказал Е, и вся троица молча зашага дальше, и каждый из них был погрузен в собственные думы. «Рикуо, почему ты молчишь, почему прячешь взгляд? Я же знаю как сильно ты хочешь знать» Да, она это хорошо знала – это страстное желание спросить о ее судьбе, тогда пылало подобно жару солнца. Матой – он помог ей понять его. Понять то, что у него на душе, и теперь она не знала, что ей делать. Конечно, ей хотелось, что бы он первым заговорил об этом, а не строил из себя трусишку. Подумав саму малость, она решила ничего не говорить, до тех пор, пока Рикуо первым не заговорит об этом. Так будет правильно. - Ну что пойдем, нам пора в деревню сообщить старосте, что ты очнулся, - до этого молчавший Е заговорил. - Деревня? - Деревня ханье, мы сейчас как раз в ней. Рикуо не веряще обвел пейзаж глазами, поверить в то, что он оказался в месте, где хотел побывать больше всего – место, которое хотел показать ему его отец. - Ну так, что идем? - Да. И вот троица снова двинулась вперед. Только вот Хагоромо Кицунэ заметила, что они направляются прочь от деревни. Она уже хотела спросить, почему они идуи не в ту сторону, но взгляд Е устремленный вперед остановил ее от вопроса. И она решила просто продолжать шагать до тех пор пока, они не доберутся до цели. А в том, что они шли в определенное место – сомнений не было. Сам внук главы екаев Киото ни чуть не сомневался, что его подарок повергнет Рикуо в шок, по идее не стоило его туда вести, но смотреть, как эти двое играют в молчанку ему уже, собственно говоря, надоело. А раз гора не идее к Магомеду, то Магомед идет к горе. - Ну, вот мы и пришли, - все трое остановились у небольшой скалы. - Но это же не деревня? – Рикуо удивленно посмотрел на проводника, но тот просто толкнул его со словами: - Топай, давай. То, что желаешь находиться по ту сторону скалы. Все еще не понимая, чего от него хочет Е, юноша сделал шаг за скалу. - Не верю… Это было все, что мог произнести Рикуо, язык отказался ему повиноваться, и ноги приросли к земле. Не веря своим глзам, он просто смотрел на прекрасное видение: возле небольшого водопада, что брал свое начала на вершине скалы, стояла она. И в этом он был уверен - слишком часто она посещала его думы и тревожила покой, не давая себя забыть. Порыв ветра взметнул волосы, и придерживая их девушка слегка повернулась, показав свое лицо. Ошибки не было. - ЦУРАРА!!! Этот крик невольно сорвался с губ Рикуо, а сам он устремился к Юкки-онне. - … - еще не придя в себя от раздавшегося крика, девушка почувствовала, что ее крепко-крепко сжали в объятиях. - Ты жива, жива, жива,… Снова и снова Рикуо повторял эти слова, и все сильнее прижимал ее к себе. И не желая отпускать. Совсем забыв, что за ними подсматривают. - Ну, что теперь довольна? - Е посмотрел на свою бабушку. - Ты ведь специально привел его сюда, не так ли? Почему? - Просто надоело смотреть на вашу игру в молчанку. Да и ее было жалко. Она ведь все это время провела подле него, зовя. Она заслужила награду. - Но она не хотела показываться ему вообще. - Глупость! Или ты так не считаешь, - Хагоромо Кицунэ задумчивым взглядом окинула пару, прежде, чем заговорила. - Она и так много для меня сделала. И заслужила право быть счастливой. Пришла пора отпустить мою дочь на волю. Свой путь она должна будет выбрать сама. - А не пожалеешь? - Наоборот, я пожалею, если не сделаю этого, - с этими словами она пошла к Рикуо и Цураре, оставив Е позади. - А ты и правда изменилась, от прежней властительницы Киото почти ничего не осталось. *** Находясь в теплых крепких объятиях Рикуо, Цурара так же как и он не могла ничего сказать – все же она была шокирована его появлением и теперь просто стояла. Возможно это был просто мираж, сон, но даже если и так она не хотела его разрушать. Ведь можно помечтать немного. - …ра, Цурара, - едва ощутимый ветерок опалил ее ушко, на шею упала холодная капля и скатилась, оставляя влажный след. - Рикуо… Положив руки ему на плечи, она немного отстранилась, что бы посмотреть на него. И увиденное потрясло ее – он плакал, не переставая повторять ее имя. - Слава богу, ты жива. «Не сон…» Все еще не веря, что это реальность, она взяв его лицо в руки и посмотрела на него. «Это правда не сон, он здесь, рядом. Я могу коснуться его, обнять, почувствовать его тепло, услышать голос». И она сама того, не заметила, что и из ее глаз также побежали слезы. - Рикуо, - обняв его так крепко, как только могла, она прижалась к груди рыдающего юноши. А юноша все никак не мог поверить, что это не иллюзия. Он никак не хотел просыпаться. Но чем сильнее и крепче он обнимал девушку, тем все более уверялся, что он не спит и она реальна. Нерешительно оторвавшись от нее, он сказал: - Это ведь не сон? Скажи, что не сон, иначе я не хочу просыпаться! – улыбаясь, сквозь слезы Цурара нежно погладила его по щеке. - Нет, то не сон, не сон! А если и сон, то я не желая просыпаться! Хагоромо Кицунэ, молча, стояла неподалеку от них и смотрела, как двое ее детей, наконец, воссоединились. И теперь оставалось последнее, что она могла сделать для их блага. Пусть ей будет потом грустно от принятого ею решения. Но это потом, а сейчас… - Рикуо, Цурара, - до этого обнимавшаяся парочка посмотрела на нее. - Не-сан, - грусть промелькнула в черных глазах при взгляде на Юкки-онну. - Ты свободна, можешь уходить, Цурара, - девушке в недоумение посмотрела на лису. - Что… - Ты больше не в моем клане, - когда смысл этих слов дошел до нее, то она вырвавшись из объятий Рикуо, подбежала к Кицунэ и прижалась к ней. - Нет, я не хочу, не хочу уходить, - слезы с новой силой побежали из голубых глаз. -… - обняв Цурару за плечи, она посмотрела ей прямо в глаза, - Это ради твоего же блага, если останешься со мной, то потом будешь жалеть всю свою жизнь. - Нет! - Боже, какая ты еще глупая, - Кицунэ перевела взгляд на Рикуо, - Я доверяю тебе свою дочь, береги ее, а не то пожалеешь. - Да, - вот теперь она могла быть спокойной: серьезный взгляд Рикуо развеял все ее сомнения. Ее поступок был правильным. - Отпусти, Цурара, - оторвав ее от себя, она подтолкнула ее в сторону юноши. - Не-сан!!! – не обращая внимания на крик Цурары, Кицунэ повернулась и пошла прочь. - Не-сан, - Рикуо вовремя подхватил рухнувшую на колени девушку, чье хрупкое тельце дрожало. - Цурара, все будет хорошо, - мальчик старался успокоить Юкки-онну, поглаживая ее по голове, но пока не очень-то ему это и удавалось. Кимоно было мокрым от слез, а на земле, тая, лежали льдинки. Постепенно рыдания становились все тише, пока не прекратились, но даже после этого она продолжала прижиматься к нему. - Что мне делать? – вопрос, прозвучавший столь внезапно, удивил Рикуо, - Мне некуда больше, мой дом здесь, но оне-сама… - Тогда почему бы тебе просто не пойти со мной? – предложил Рикуо. - С тобой? - Да, давай вернемся вместе в клан Нура. - Не могу, только не после того, как я предала всех. Мне там не место. - Нет, твое место именно там Цурара, давай вернемся. Мама и все остальные скучают по тебе, и я уверен, что все уже давно простили тебя. - Не уверена… Рикуо решил, что пока лучше промолчать, уговорить ее вернуться с ним у него еще будет время, а сейчас ему просто хотелось побыть рядом с ней. И насладиться каждым мгновением. - Спасибо, - в янтарных глазах появилось удивление. - За что? - Да так ни за что. Давай просто посидим, я скучал по тебе. - Я тоже скучала по тебе. Сидя бок о бок, каждый из них был счастлив, ведь все их главные страхи теперь были позади. Так Цурара, прижимаясь к любимому, вспоминала то время, когда его только принесли в деревню. Ей казалось, что она сама вот-вот умрет, так велик был ее страх. Целыми днями и ночами она оставалась у озеро отчаянно зовя его, но как бы она не молила – Рикуо не возвращался. И с каждым новым рассветом ледяные обручи на ее сердце затягивались на ее сердце. Слишком много ей нужно было ему рассказать, объяснить. Но сейчас это могло подождать, просто быть рядом с ним уже делало ее счастливой. Они не знали, сколько времени они – оно перестало для них существовать, как и весь мир вокруг них. - Цурара, - юноша оторвал свой взор от девушки и посмотрел в небо. - Да… - от звука ее нежного голоса ему хотелось смеяться, теперь он был уверен: голос, что он слышал, когда блуждал во тьме, принадлежал именно ей, и никому другому. И ему было стыдно, что он не узнал ее. - Я всегда хотел спросить тебя, с тех самых пор как мы расстались. - О чем? – Цурара непонимающе взглянула на Рикуо. - Ну… - он замялся буквально на секунду, - тогда в Киото, что ты хотела мне сказать. В тот момент, когда я пронзил… - Не надо, не вспоминай, - маленькая ладошка легла на плечо парня. - Но я хочу знать, тогда ты не сказала, - при вспоминании событий прошлого Рикуо сглотнул, эти воспоминания еще долго не будут давать ему покоя. Но ему очень нужно было знать, он не сомневался, что тогда она хотела сказать ему что-то очень важное, и теперь он был полон решимости узнать правду. - Вот как, ты не отступишь, - пробормотала Цурара себе под нос. - А? - Не акай! Я скажу это один раз и все, - голубые глаза встретились с карими. Глубоко вздохнув, Цурара разом, на одном дыхании выпалила то, что от нее требовал ее любимый. - Я люблю тебя, Рикуо, - сразу же после этих слов девушка спрятала красное лицо на его груди. - … - а сам же Рикуо просто напросто потерял дар речи, эти слова, что сейчас слетели с губ Цурары, он меньше всего ожидал услышать. И теперь он просто не знал, что ему делать. Но тут гениальная на его взгляд идея посетила его. Сделав глубокий вдох, дабы успокоить свои нервы, так как то, что он собирался сделать было немного глупым, но это все же было лучше чем ничего. - Цурара, - он решительно отодвинул девушку от себя, чем заработал удивление в ее глазах. - … - Я люблю тебя! – и, не давая ей прийти в себя, он нагнулся и поцеловал ее. По началу на его действия не было ответа, но с каждым мигом прохладные губы становились все более податливыми, пока наконец Цурара не обняла Рикуо, и также страстно не ответила. Прервав на краткое мгновение их поцелуй, Рикуо снова прошептал, то что он мечтал сказать своей Юкки-онне. - Я люблю тебя, и больше не отпущу. Ты навечно останешься со мной, и будешь принадлежать лишь мне! - Да...