Долг чести

После занятия по химии, которое пролетело быстро, будто одно мгновение, Егор снова вспомнил слова тех полицейских в трактире и несколько обеспокоился. - Зиновий, а, может, нам пока что не ходить на собрания? – взволнованно сказал юноша другу, оставшись наедине, - Понятно, помочь тем, кто живет хуже нас – дело чести, но вдруг нас потом арестуют? - Боишься, - сказал Зиновий Егору, однако, в его реплике не было ни капли осуждения, - Понимаю, страшно. Но знаешь, я думаю, ничего особо страшного не будет, даже если нас и полиция накроет. Заберут в участок, попугают, а потом отпустят. - А если не отпустят? – продолжал расспросы Егор. - Отпустят, потому что мы, если уж на то пошло, ничем этаким не занимаемся. Ну говорильня, ну брошюрка, - настаивал Зиновий. - Зинька, если ты дашь самое честное слово, что никому ничего не скажешь, я тебе кое-что расскажу, - сказал Егор, не в силах хранить свою тайну одному, - Обещай молчать как рыба. - Хорошо, обещаю, - сказал Зиновий, - Так что ты рассказать хотел? - Виктор собирает бомбу для царя, а я его консультирую и помогаю, - шепотом сказал Егор. - А вот это уже гораздо серьезнее, - выдохнул Зиновий, вмиг потеряв свой боевой настрой, - Если кружок накроют, бомбу найдут, а остальным пришьют соучастие, это будет очень серьезно… Может, больше не пойдем на их кружок, мало ли что? - Не знаю, - ответил Егор, - Если все раскроется, дела наши будут плохи, однако, как же помочь тем, кто в этом нуждается? - Да, ты прав, - согласился Зиновий, - Помнишь, даже в песне строчка есть, которую на кружке пели: «Стонет и тяжко вздыхает бедный наш русский народ. Руки он к нам простирает, нас он на помощь зовет». Если эта помощь нужна людям, то отказываться от того, что вполне в наших силах, нельзя. - Помню, - согласился Егор, - Только сам понимаешь, как-то хочется на свободе остаться после этой помощи, а не поехать куда-нибудь далеко-далеко, в отдаленные уголки Сибири. - Согласен, - вздохнул Зиновий, - Так что мы делать будем? - Я думаю, надо пойти к Виктору и сказать, что мы готовы продолжать трудиться на благо народа дальше и не намерены отказываться, - сказал Егор, - Пошли домой? - Как-то не хочется, настроения нет, - ответил Зиновий, - Как вспомню о том, что обсуждали полицейские, так такая тоска нападает… - Попробуем заняться учебой, может, лишние мысли уйдут, - сказал Егор. Егор и Зиновий пришли домой, однако, учеба не шла в голову. Просидев два часа с учебником анатомии и толком ничего не запомнив, Егор сказал другу: - Чувствую, учиться сейчас бесполезно. Может, отложим все это на завтра, а пока что пойдем к девочкам? - Пошли, - согласился Зиновий, - Может быть, и лишние мысли уйдут. Однако поход к девочкам оказался бесполезным, дверь в комнату Ани была закрыта, а в замочной скважине была обнаружена записка. Егор развернул ее на случай, если она была адресована им, и прочитал вслух: - Я пошла к Нюрке, вернусь поздно вечером. Ключ у Ульяны. Вздохнув, Егор начал складывать записку обратно и, вернув ее на место, сказал Зиновию: - И тут не повезло, Ульяну мы все равно не знаем, а к Нюрке ехать слишком далеко. Так как настроение и у Егора, и у Зиновия было ниже среднего, молодые люди решили просто побродить по городу. Погуляв по набережной Невы, Егор взглянул на шпиль Петропавловской крепости, показавшийся вдалеке, и сказал: - Опять Петропавловка, наверное, знак нехороший. - Да что ты так зациклился? – удивился Егор, - Мы живем рядом с Петропавловкой, видим ее чуть ли не каждый день, что странного в том, что ты этот шпиль увидел? - Вспомнил твои слова, что там сидят то ли преступники, то ли герои, - вздохнул Егор. - Ты не заболел? – слегка настороженно спросил друга Зиновий, - Обычно перед тем, как свалиться с температурой, всякую ерунду несут. - Без понятия, - вздохнул Егор. Вернувшись домой, Егор лег на кровать и был готов расплакаться, так паршиво было у него на душе. «И людям помочь надо, и долг чести меня обязывает, и страшно, и отступать как-то не хочется», - подумал молодой человек. - Слушай ты, не вздумай болеть, иначе и меня заразишь, - сказал Зиновий Егору, видя, что юноша лежит не в настроении на кровати. - Постараюсь, - вздохнул Егор и решил попробовать снова почитать учебник. Прочитав пару страниц и снова ничего не запомнив, юноша отложил книгу и сказал Зиновию: - Знаешь, Зинька, что-то мне тревожно, даже слишком тревожно. Что делать? - Температуру померить и в аптеку сходить, по-моему, ты заболеваешь, - сказал Зиновий. - Нормальная у меня температура, если бы я заболел, то сам сразу бы все прочувствовал, - ответил Егор. Решив, что не стоит нагружать друга своими проблемами, Егор принял решение сделать вид, что учится и снова взял в руки учебник анатомии. «Атлант – это первый позвонок шеи, он является осевым», - повторял про себя Егор, - «У него нет тела и остистого отростка». Дойдя до седьмого позвонка, Егор услышал быстрые шаги за дверью и точно такой же громкий и настойчивый стук, как в своем сне. Отложив учебник в сторону, Егор открыл дверь. - Федотов Егор Константинович? – спросил юношу мужчина в форме. - Да, - удивленно ответил Егор. - Собирайтесь, вы арестованы. В полицейском участке от следователя Егор узнал, что Виктор решил дособрать бомбу самостоятельно и был тяжело ранен случайно взорвавшимся у него в руках снарядом. - Какое участие вы принимали в этом злодеянии? – спросил Егора следователь. - Никакого, - ответил юноша. - Хорошо, прочитайте вот этот протокол допроса и потом еще раз ответьте на мой вопрос, - сказал следователь. Егор взял в руки документ и с огромным волнением начал чтение. « - Кто кроме вас принимал участие в этом злодействе? - Егор. - Назовите фамилию, имя, отчество Егора, место учебы и жительства. - Федотов Егор Константинович, студент первого курса Петербургского университета. Место жительства не знаю. - Ничего страшного, выясним самостоятельно. Что именно делал Егор? - Консультировал меня и немного помогал. - Чем именно помогал? - Приносил и уносил нужные детали, советовал, как лучше все сделать.» Дрожащими руками Егор отложил протокол. «Теперь мне точно конец», - подумал юноша, - «Никто уже не поможет». - Так что вы можете сказать по этому вопросу? – спросил Егор следователь, - Какое участие вы принимали в этом злодеянии? - Никакого, - ответил Егор, - Возможно, Виктор был не в себе после травмы и принял свои фантазии за чистую монету. - А что вас связывало с Виктором? – спросил следователь. - Ничего, кроме того, что мы учились вместе в одном университете и иногда виделись у общих знакомых, - ответил Егор, - Я думаю, когда Виктор выздоровет, он поймет, что по болезни сказал ерунду и откажется от своих слов, как от бреда, вызванного травмой. - Уже не выздоровет, - сказал следователь, - Виктор умер час назад, однако, успел перед смертью во всем признаться и отошел в мир иной с более-менее чистой совестью. «Значит, только от меня зависит то, что будет дальше», - подумал Егор, - «Виктор уже ничего не скажет, он явно после травмы не отдавал себе отчет в том, что говорит, иначе бы так просто не признался во всем и не выдал бы меня. Жалко Витьку, хороший парень был». - Я настаиваю на том, что слова Виктора были вызваны его тяжелой травмой, - сказал Егор, - Молодой человек бредил, а вы его слова приняли за чистую монету. - Запирательство вам не поможет, - сказал следователь, - Говорите правду, с какой целью вы собирали бомбу? - Я не собирал бомбу, - сказал Егор, - Показания Виктора - это бред, вызванный травмой. - А Виктор сказал, что вы с ним собирали бомбу, чтобы бросить ее в царя, и он считает свое ранение Божьей карой за то злодеяние, которое он задумал, - сказал следователь. «Интересно, и много ли Виктор успел наговорить в бреду?» - подумал Егор и сказал, - Чем больше я вас слушаю, тем больше убеждаюсь в том, что Виктор был в бреду и нес какую-то ерунду. Уж в царя точно я бомбу бросать не планировал. - Ничего страшного, все докажем, только нужно немного времени, - сказал следователь. Прошло около двух недель. К середине ноября было допрошено немало людей, однако, это мало помогло следствию. Никто из них не подтвердил в своих показаниях то, что Егор помогал Виктору собирать бомбу, для многих сам факт сбора бомбы был открытием, а Зиновий честно хранил тайну, открытую ему Егором, и молчал как рыба. В конце ноября Егор предстал перед судом, юношу обвиняли в сборе бомбы и подготовке покушения на императора. Судиться Егор решил без адвоката, так как первый адвокат пошел против профессиональной этики, открыто осуждая позицию Егора и отказываясь представлять позицию своего подзащитного в суде, настаивал на необходимости признания вины своим подзащитным и его полном раскаянии, из-за чего Егор был вынужден отказаться от услуг этого защитника, а второй адвокат, едва узнав обстоятельства дела, поспешил не связываться с подобной историей, сославшись на недостаток опыта. «Ничего страшного, сам представлю свою позицию в суде», - подумал Егор и слегка усмехнулся, - «Зато деньги целее будут».