Baby

      Всю свою довольно короткую на данный момент жизнь, Чонгуку никогда не везло с альфами. Нет, он вовсе не был уродом. Просто у него весьма специфический запах, слишком не подходящий омеге. Чонгук пах горьким шоколадом, что альфам не нравилось. Ведь омега должен сладко пахнуть, а тут нестыковочка… Как говорится: «Состыковка не прошла. У нас проблемы, Хьюстон.» Вот и у Чонгука были проблемы. Любой альфа, который нравился Гуку, отшивал его. Вежливо, но отшивал. Никто даже не пытался разглядеть в омеге внешнюю и внутреннюю красоту, сразу же отталкивая из-за запаха. Чонгук пытался улыбаться, пытался делать вид что всё нормально, пытался быть нормальным. Но потом сдали нервы и ему надоело. В свои 20 лет Чонгук был девственником, причём он даже ни разу не целовался. А все его знакомые уже вовсю заводили отношения и на каждом углу расписывали прелесть течек, проведённых с альфой. А Чонгук проводил их один, причём они проходили весьма болезненно. Омега ненавидел свой запах, ибо тот в течку усиливался и ещё сильнее отпугивал альф. Родители хотели внуков, но подумали что Чонгук их этим точно не обрадует, потому отказались от «неправильного» омеги. Хоть с виду омега и выглядел сильным и независимым, но на самом деле он очень слабый и нуждается в поддержке, которую никто не может ему дать. Если даже родителям он такой не нужен… Чонгук учился в университете, который ему оплачивали родители, а квартиру ему тоже купили родители, чтобы тот жил отдельно.       Постепенно Гуку надоело пытаться слиться с обществом, и он отрёкся от него, став отшельником. Многие боятся одиночества, в том числе и Гук, но он решил для себя, что лучше быть в одиночестве, чем в компании двуличных скотин. Вскоре Чонгук смирился с таким ходом событий и привык к одиночеству. Чтобы не быть слишком одиноким, Чонгук решил взять ребёнка из приюта. Эта идея посетила его неожиданно, когда он гулял в парке. Он прямо в тот же день пошёл в приют, чтобы начать собирать нужные документы. Многие дети всех возрастов хотели уйти с милым и улыбчивым омегой, ибо дети не такие лицемеры как взрослые, но Чонгук приметил именно одиноко сидящего в углу малыша, с пустым выражением лица. Он чем-то напомнил Чонгуку себя. Гук стал собирать документы, а того мальчика известили о том что его усыновляют, на что тот очень удивился, но потом хитрожопо улыбнулся. Многие дети завидовали ему, ведь Гук очаровал всех детей. Его всегда любили дети и животные, ибо они чувствовали его добрую суть, а не судили по запаху.       Спустя пару месяцев, Гук разобрался с документацией и приехал в приют, чтобы забрать малыша. Он боялся что тот начнёт отпираться, но малыш был весьма спокоен и даже счастлив, кажется. Гук сразу повёл его по магазинам, чтобы купить тому новые вещи. Затем они зашли за игрушкой. Малыш выбрал себе большого Кумамона. Последним пунктом были продукты и вкусняшки, ибо и дитё порадуется, и Чонгук тоже жуткий сладкоежка. Закончив с покупками, они приехали домой к Чонгуку. За всё время они почти не говорили, Чонгук решил оставить знакомство до дома. И вот они зашли домой. Малыш переоделся сам и проследовал за Чонгуком к какой-то комнате.  — Это теперь твоя комната. — Гук открыл дверь соседней комнаты от него и глазам маленького альфы предстала невероятно красивая комната, выполненная в спокойных бежевых, кофейных и чёрных оттенках. Они выложили покупки и Чонгук пошёл готовить ужин, а Малыш пошёл за ним и сел на стул в кухне, разглядывая Чонгука с ног до головы. Гук на это улыбнулся и взялся за готовку.  — Что ты хочешь покушать?  — Мясо.  — А поконкретнее?  — Мясо. — Гук не стал больше пытаться выспросить блюдо у ребёнка и решил приготовить стейк. Из-за самостоятельной жизни Чонгук был домохозяйкой от Бога. Во время готовки Гук решил узнать малыша получше.  — Ты Юнги, правильно?  — Мин Юнги. А как тебя зовут?  — Чонгук. А сколько тебе лет?  — Мне 6. А ты уже взрослый? — Значит через 2 месяца Юнги нужно будет отдавать в школу.  — Не совсем, но можно и так сказать. А почему ты не общался с детьми в приюте?  — Они злые и противные. Вообще не люблю людей. — От такого заявления из уст ребёнка Чонгук чуть палец ножом не оттяпал.  — Значит, я тебе тоже не нравлюсь? — Гуку было интересно узнать мнение этого ребёнка. Если Гук ему не нравится, то лучше будет вернуть его в приют.  — Нет, ты мне нравишься. Ты не похож на других людей. Ты другой.  — Вот как. — Гуку было приятно то, что он хоть кому-то был приятен, ведь он очень устал от людей, которые воротили нос от его запаха. Кстати о запахе, хоть Юнги ещё ребёнок, но от него безумно вкусно пахло капучино. Гук этот кофе просто обожал. К тому же, цвет волос у малыша был чёрным. Ещё у него маленькие лисьи глазки, милый носик, который тот смешно морщил, и пухленькие губки. Даже и не скажешь, что это альфа.       Во время ужина Юнги закатывал глаза от удовольствия и хвалил кулинарные таланты Гука, заставляя его краснеть как девицу на выданье. Потом Гук помыл посуду и набрал для Юнги ванну со специальной бомбочкой, чтобы тот понежился в воде с радужной пеной. Гук сам мыл мальчика, хотя и чувствовал себя немного неуютно и смущался. Но всё закончилось, и Юнги, уже переодетый в новые вещи, ходил по квартире, разглядывая интерьер, после чего пошёл исследовать просторы своей комнаты. Гук заметил, что Юнги очень спокойный ребёнок, что омегу весьма радовало. Чонгук очень устал за день, поэтому принял душ и пошёл спать. Попутно заглянув в комнату к Юнги, который хмурил свой светленький лобик.  — Что-то не так с твоей комнатой?  — Нет, всё нормально, но твоя мне нравится больше. — Гук прифигел, но решил предложить малышу поменяться. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не орало.  — Хочешь поменяться?  — А? Нет, просто я предпочёл бы спать с тобой.  — Но ты уже взрослый.  — Ага. Тогда спокойной ночи. Альфа потянулся и лег в постель, а Чонгук прикрыл дверь и пошёл в свою комнату. Он рухнул на кровать, завернулся в одеяло и провалился в сон. Ночью Чонгук не заметил, что его разглядывает полуголый парень, стоящий у изголовья кровати и очень хитро улыбаясь.  — Какой добрый и невинный цветочек… Не переживай, я тебя не оставлю в одиночестве…       Утром Чонгук умылся и сразу же принялся за завтрак. Вскоре на кухню «вплыл» весь помятый и пухший ото сна Юнги. Очень милое зрелище. Он умылся и его волосы торчали в разные стороны. Это было так мило, что Гук не удержался и ещё сильнее взлохматил гнездо на голове малыша, на что тот мило фыркнул. Расправившись с завтраком, Чонгук решил сводить Юнги погулять по паркам аттракционов, на что тот согласился.       Вот только в парке сразу стало ясно кто тут альфа. В отличие от Гука, который всего побаивался, Юнги был предельно спокоен. Ему было весело, но ни один аттракцион не вызывал у брюнета настоящего страха.       Когда они пришли домой, Юнги изъявил странное желание.  — Гуки, а давай примем вместе ванную? — Гука поразило то, как малыш его называл, но это мило, так что возражать он не стал.  — Но ты альфа, а я омега, так что нельзя. — Малыш стоял с таким лицом, будто Гук сморозил бредовейшую глупость.  — Ну даваааай. — Юнги начал плакать, вытирая лицо маленькими ручками, а Гук почувствовал себя скотом, обидевшим такую прелесть.  — Хорошо-хорошо, примем мы ванную, только не плачь.  — Хорошо. — И тот умчался за вещами, будто это не он рыдал здесь пару мгновений назад.       Гук очень смущался, поэтому залез в ванную первым, скрываясь в цветной пене бомбочки. Юнги был вроде доволен, а вроде и разочарован, но причины тому ясны не были. Вот только ополаскиваться под струями душа всё равно пришлось, преодолевая смущение и стоя к ребёнку задницей. Гук сказал тому отвернуться, но тот нагло соврал что отвернулся, пожирая омегу глазами. Когда Гук оделся, он ополоснул Юнги и они разошлись по комнатам, даже не ужиная, ибо от усталости есть как-то не хотелось. Засыпал каждый со своими мыслями. Гук радовался тому что у него теперь есть человек, которому он нужен, но Гук даже представить себе не мог то, насколько он нужен Юнги. Зато Юнги знал. Но ничего страшного, скоро и Чонгук всё узнает…