Baby

      Чонгук, конечно, ожидал чего угодно, особенно после всего произошедшего за последние дни. Но он никак не ожидал того, что Юнги прямо утром следующего дня потащит его в загс со словами: «Ну, а чего с этим тянуть?»       Их расписали быстро, спасибо деньгам и влиянию Юнги. И вот из загса выходит уже не Чон, а Мин Чонгук. Никакой пышной свадьбы, ибо приглашать некого. Но зато медовый месяц никто не отменял, и Юнги очень постарается, чтобы этот месяц стал для Чонгука чем-то особенным. Альфа и правда безумно любил своего уже мужа и хотел стать для него опорой во всём, подарить ему максимум нежности и любви, чтобы заполнить временной пробел, когда Чонгук жил без любви, получая насмешки. Юнги поставил перед собой чёткую цель — доказать Чонгуку, что он его ни за что не предаст и останется с ним.       Чонгук сидел в кресле в гостиной, разглядывая кольцо на безымянном пальце, и не мог поверить в своё счастье. Юнги ушёл куда-то, сказав лишь про какой-то сюрприз. Такого количеств сюрпризов омега за всю свою жизнь не получал, а тут столько и практически разом. Русоволосый хотел бы тоже сделать что-то приятное для альфы, поэтому решил заняться ужином, применив все свои кулинарные навыки и различные рецепты.       Юнги буквально влетел в дом, светясь от счастья. Но увидев в доме отсутствие света, остудил пыл и стал осматриваться. Вскоре он увидел слабый свет из кухни и направился туда. Чонгук подскочил со стула и ринулся к альфе с объятьями. Юнги заметил на столе ужин, вино и свечи. Он взял омегу за талию и слегка отстранил от себя.  — Оу, классический романтический ужин? — Весёлый настрой Юнги вернулся назад, поэтому его лицо не покидала широкая улыбка.  — Банально? — А вот омега заволновался.  — Нет, что ты! Ты у меня умница. Я страшно голоден. — Юнги поцеловал омегу в носик и сел на стул, а Чонгук с улыбкой на лице сел напротив.       За ужином Юнги рассказал Чонгуку о купленных им билетах в Америку. Чонгук мечтал побывать там, а сейчас его мечта практически сбылась. Омега улыбнулся очень широко, обнажая кроличьи зубки. Они поужинали, а потом составили список мест, в которых точно хотят побывать.       Перелёт был нетрудным, но Чонгука переполняли эмоции, ибо всё это было с ним впервые. А на месте он и вовсе чуть ли не прыгал от счастья как ребёнок.  — Ваааа, какая красота! Ой, извини, я веду себя как ребёнок… — Чонгук смущённо почесал затылок и залился румянцем, а Юнги улыбнулся и потрепал его волосы.  — Ничего страшного, мне это даже больше нравится. Будь собой, милый.       За дни своего пребывания в Америке они посетили многие достопримечательности, накупили всякой всячины и сделали много совместных фото. Чонгук сильно удивился, когда улавливал на себе восхищённые взгляды альф в свою сторону, он искренне не понимал почему они на него смотрят. Юнги просто прошептал ему на ушко: «Хоть на земле и есть мудаки, не смыслящие в красоте, но это вовсе не значит, что все такие. Но я не хочу, чтобы они смотрели на тебя, я очень ревнивый.» Альфа прикусил омеге ушко, а Чонгук поцеловал брюнета в щёку.       Всё бы ничего, но у Чонгука внезапно началась течка. Скорее всего, это произошло по причине восстановления ментального здоровья омеги. Но Юнги не был бы собой, если бы не нашёл выход. Он снял небольшой домик для отдыха. Там они вполне смогут насладиться друг другом, и никто им не помешает. И они не доставят никому неудобств.       Чонгук лежал на большой кровати, свернувшись калачиком от боли. Джинсы промокли из-за обилия природной смазки, а небольшой член больно упирался в ширинку. Юнги сначала хотел сбегать за контрацептивами, но потом решил, что лучше будет завести ребёнка, чтобы Чонгук никогда больше не чувствовал себя одиноким. Альфа зашёл в спальню и гулко сглотнул, ибо запах горького шоколада заполнял лёгкие и безумно пьянил. Брюнет никогда не любил сладкое и его приторный запах, а запах Чонгука, отдающий горечью, был для него чем-то буквально занебесным. Хотелось дышать им вместо воздуха.       Чонгук почувствовал приближение Юнги и запах капучино и лёг на спину, поджимая ноги. Он заворожённо смотрел на то как альфа снимает с себя чёрную футболку, а затем и чёрные джинсы, оставаясь в одних боксерах. Взгляд русоволосого уцепился за нехилый стояк, а рот начал наполняться слюной. Альфа с грацией хищника приблизился к кровати, а затем и к Чонгуку, притягивая его к себе так, чтобы оказаться меж его разведённых ног. Чонгук смутился и закрыл лицо ладонями.  — Смотри на меня, я хочу видеть твоё лицо, куколка~ — Юнги отнял руки русоволосого от его лица, а затем опустил ладонь на его пах, мягко поглаживая и срывая из уст омеги судорожные вздохи и короткие поскуливания.       Альфа расправился с ремнём джинс Чонгука и снял их с него. Гук облегчённо вздохнул, чувствуя свободу от грубой ткани. Но это не продлилось долго, ибо он заметил сосредоточенный взгляд альфы, направленный на его грудь. Омега хотел инстинктивно прикрыться руками от столь откровенно пожирающего взгляда, но Юнги опередил его, перехватывая его руки.  — Тц, похоже, твои руки сегодня нам будут только мешать… — Альфа привязал руки Чонгука к изголовью кровати ремнём от его же джинс. Потом будет больно, но сейчас это казалось мелочью.  — Так-то лучше. Ну же, расслабься, или ты боишься меня?  — Н-нет, я не бою… Ннх… — Договорить ему не дал брюнет, он провёл широкой ладонью по груди омеги, нарочно задевая стоящий торчком сосок. Чонгук стал скулить сильнее. Слабое место…       Альфа нарочно не делал ничего с белой футболкой Гука, подключая вторую руку и покручивая уже оба соска. Омега выгибался в спине до хруста костей, а Юнги садистски ухмылялся и усердно натирал нежные ореолы тканью футболки. Чонгука будто током било, он громко стонал и плакал от наполовину болевых ощущений на сосках. Брюнет стал покусывать один сосок, всё так же не снимая футболку, а второй зажимал пальцами. А затем он стал сильнее на них надавливать и натирать всё жёстче, пока Чонгук не вскрикнул, а его тело не сострясла крупная дрожь.  — Оу, малыш кончил только от того, что над его сосочками так поиздевались? Ты такой милый, Куки~ — Чонгук слышал слова альфы будто сквозь вату из-за первого оргазма, а слёзы всё катились по розовым щёчкам.       Футболку с Чонгука нужно было снимать, а развязывать его руки было рано, поэтому Юнги воспользовался своим преимуществом — тем что он демон. Он просто аккуратно разрезал ткань когтем и откинул в сторону. За футболкой последовали боксеры, испачканные в сперме и естественной смазке, только они, в отличие от футболки, были целыми. Альфа обтёр паховую область омеги всё теми же боксерами, получая в ответ невнятные звуки со стороны русоволосого. Юнги не был банальным, поэтому в его светлую голову пришла идея сменить позу для секса. Он вышел из комнаты, а вернулся с четырьмя странными ремнями. Он аккуратно перевернул омегу на живот, перевязывая руки снова, а затем по очереди согнул его ноги в коленях и зафиксировал ремешками. Член Чонгука от каждого малейшего движения тёрся о простынь, вызывая искры удовольствия. Гук старался не двигаться, а альфа уже избавился от своего нижнего белья. Он не знал, что Юнги будет делать дальше, а поза не позволяла посмотреть, поэтому Гук просто ждал.       Юнги шлёпнул Чонгука по упругой ягодице, а затем поцеловал место удара и оставил укус. Мягкая кожа так и манила попробовать её на вкус, поэтому Юнги не мог отказать себе в удовольствии зацеловать и вылизать чувствительные бёдра лежащего под ним мужа. Юнги устроился поудобнее и стал оставлять влажные поцелуи на внутренней стороне бёдер, приподнимая Чонгука и ставя на колени. Затем, он стал оставлять крупные засосы и укусы не только на бёдрах, но и вблизи промежности. Наверняка будет больно, но кого это волнует? Альфа желал пометить своего малыша абсолютно во всех местах, потому что тот только его и ничей больше. Чонгук постанывал от удовольствия и понемногу расслаблялся, стараясь игнорировать дикий зуд в заднице и щекочущие ощущения от стекающих по бёдрам капель смазки.       Юнги не стал тянуть, ибо знал, что Чонгуку необходим более близкий контакт. Он собрал на пальцы смазку с бёдер русоволосого и понемногу ввёл в Чонгука первый палец, вырывая задушенный вздох из груди омеги. Альфа стал успокаивающе поглаживать тело любимого и двигать пальцем. Вскоре к первому пальцу добавился второй, а Гук издал шипение от боли. Юнги отвлекал его поцелуями и укусами. А на трёх пальцах Чонгук даже вскрикнул, ибо больно блять. Хоть задница отчасти была довольна заполненностью, но с непривычки было чертовски больно.  — Прости, куколка, скоро станет приятно. Ты же готов отдать свою невинность в руки похотливого демона? — Юнги даже в постели умудрялся говорить что-то странное. Гук закатил глаза, но всё-таки ответил.       Пальцы уже давно перестали приносить дискомфорт. Он сменился удовольствием. Пальцы у альфы длинные, кончиками проезжаются по простате, а Гука аж потряхивает. И вот брюнет вытащил пальцы и распределил смазку по своему изнывающему от недостатка внимания стояку. Затем он раздвинул ягодицы Чонгука и начал постепенно входить. Из глаз последнего снова начали течь слёзы, а Юнги от удовольствия хрипло простонал. Он взял Чонгука за бёдра и подтянул к себе. Одной рукой альфа придерживал парня за тонкую талию, а другой ласкал сосок, чтобы отвлечь любимого от боли. Вскоре Гук призывно вильнул бёдрами, а Юнги начал двигаться. От узости омеги перед глазами темнело, а Чонгук не успевал сглатывать слюну от разрывающего изнутри удовольствия. Член, благодаря такой позиции, попадал точно по простате, член тёрся о простынь, а Юнги прикусывал его кожу и ласкал чувствительную грудь. Гук уже не стонал, а кричал от удовольствия, срывая голос. По подбородку ниточками стекала слюна, а комната наполнилась мокрыми и до безобразия пошлыми звуками шлепков разгорячённых тел. Альфа рычал словно животное и всё резче и глубже вгонял член в горячее и влажное нутро Чонгука. То как член пропадал внутри его возлюбленного - завораживающее зрелище.       Почувствовав скорую разрядку, Юнги стал ласкать рукой маленький член Чонгука, помогая тому достичь оргазма вместе с ним. Финальные толчки, альфа вгрызается в шею Чонгука, оставляя свою метку и кончая глубоко внутрь него. Омега вскрикивает особенно громко и выплёскивается на простыни. Когда послеоргазменные судороги прошли, Юнги снял с Чонгука все ремни и просто откинул их в сторону, решив оставить уборку устроеного беспорядка на завтра. Гук расслабленно падает грудью на простыни и хочет перекатиться на спину, но его крепко держат за бёдра, а потом и вовсе ставят на колени. Он уже пережил два оргазма, что ещё задумал его муж? А Юнги наблюдает за судорожно сжимающейся дырочкой, не закрывающейся до конца. Вскоре из неё стала вытекать его сперма. Это - самое лучшее что видел альфа. Юнги решил вылизать Чонгука, как завершение их особенного вечера. Тёплый язык внутри ощущался так приятно, что Чонгук стал насаживаться на него сам, несмотря на усталость. Брюнет закончил с этим и повалился рядом с омегой, притягивая того ближе. Омега потянулся за поцелуем, и его совсем не волновало то, чем только что занимался альфа. Их вкусы смешались и чувствовались в поцелуе, отчего обоим сносило крыши. Они заснули в обнимку и проснулись так же. Только потом Чонгук жаловался на жуткую боль в пояснице. Но Юнги всячески ухаживал за ним, как бы извиняясь.       Одной ночью всё не закончилось, ибо течка у Чонгука длилась ещё два дня. Вскоре они вернулись домой. Когда омегу стало тошнить, они купили тест на беременность. Результат оказался положительным. Оба были счастливы до безумия. Юнги позаботился о том, чтобы его мужа осматривали лучшие врачи, а так же создал для него самые комфортные условия. Альфа радовался всем капризам омеги, выполняя всё с точностью до мелочей. А когда животик был уже достаточно большим, сердце альфы трепетало от растекающейся по венам нежности. Чонгук держался за животик маленькими ладонями и так тепло и солнечно улыбался. Улыбался именно ему. А под сердцем он носит его ребёнка. В такие моменты альфа не сдерживал своих порывов и сгребал омегу в объятья или таскал на руках, не обращая внимания на бурчание Чонгука вроде: "Ну я же тяжёлый!"       Роды прошли хорошо. Их первый ребёнок оказался милой девочкой-омежкой. Оба родителя оберегали своё маленькое сокровище и назвали Юнджи. Чонгук выбрал это имя в честь её отца, который был для него всем, а теперь у них есть их общая плоть и кровь. Но на этом они не остановились, через два года у них родился сын, Югём. Он альфа. Чонгук порывался найти работу, но Юнги настоял на том, что домохозяйка ему нужна больше, чем "бизнес-леди". В их семье всегда царил уют и любовь. Дети, конечно иногда дрались или баловались, но без этого никуда. Чонгук не мог строжиться на них, а вот отец знатно давал малышам нагоняи, поэтому он в их глазах был настоящим авторитетом. Зато в любом случае они сразу бежали к папе, ибо: "Паааапаааа, а отец опять на нас ругааетсяяя!"       Они бы могли состариться и умереть вместе, если бы не бессмертие Юнги, которым он наделил Чонгука, а детям оно передалось вместе с генами. Им по жизни пришлось много путешествовать, но это было им даже в радость, а дети росли и заводили свои семьи. Так закончилась эта счастливая история