Night conversation

Люди — эгоистичные существа. Все стараются равняться друг на друга, но при этом выглядеть лучше, как-то выделяться. А для чего? Почему все считают, что быть популярным — круто? Почему никто не задумывается о том, что это большая ответственность, что ты подаёшь пример своим фаворитам? Ну, да, наверное, классно, когда ты только махнул рукой, а вокруг тебя уже собралась толпа, которая готова удовлетворить все твои «хочу». Но никто не думает о том, что нужно отдавать что-либо взамен. Популярные люди чаще всего — эгоисты, бездушные. Почему я употребила «чаще всего»? Это глупо, но я просто надеюсь, что есть такие люди, которые пользуются своим положением не только ради своих личных, никчёмных, диких и никому не нужных целей. Я до сих пор верю, что есть такие, кто помогает бездомным детям или животным, жертвуют хоть малую часть своего состояния на операцию инвалидам, которых ещё можно спасти. Люди — жалкие существа. Кто-нибудь задумывался: на что способны все окружающие, на что готовы пойти, чтобы только не «утонуть»? Большая часть готова топить. У нас у всех — равные права. Мы живём в свободной стране. Но всё равно есть «короли» и «королевы», так называемая «элита», которая мнит о себе непонятно что. И самое страшное не это. Самое ужасное в этой ситуации то, что общество молчит, молчит, боясь их упрекнуть в чём-либо. Оно не сопротивляется, даже не пытается. Наши предки выходили на войну и закрывали даже незнакомых своей грудью для того, чтобы сейчас появилось деление по слоям общества? Не думаю. Почему пара сотен человек молчит и трясётся от страха, когда мимо проходят несколько существ, что даже ответить сами за себя не могут, не прикрывшись социальным положением родителей? Да это же настоящая дискриминация. Люди — зависимые существа. И я не говорю про наркотики, курение или алкоголь. Это всё, безусловно, страшно и немыслимо. Но куда более ужасно — оказаться отвергнутым, быть изгнанным или преданным. Это самые отвратительные вещи, которые только могут быть. Люди зависимы от общения друг с другом, от мнения общества и окружающих людей, даже если утверждают обратное. Очень важно в такие моменты не сломаться и быть человечными в отношениях друг с другом. Прежде чем выставить кого-либо посмешищем надо подумать: а стоит ли твоя шутка сломанной жизни человека. Прежде чем выкинуть пару месяцев назад подобранного котёнка просто представь, что на его месте маленький ребёнок, которого так же приютили и наигрались, а теперь он надоел. Прежде чем сделать какую-то гадость, просто на минутку остановитесь и подумайте о последствиях, поставьте себя на место каждого затронутого вами человека. Ведь все мы ответственны друг перед другом. Каждый из нас нуждается в помощи. Просто потому что человеку нужен человек. Я захлопываю крышку ноутбука, мои руки трясутся, а внутри появляется необъяснимое щемящее чувство. Да меня за такую статью со школы попрут сразу же. Это ведь абсурд. Я не должна такое писать. Не должна. Да ну всё к чёрту. — Я никому ничего не должна. Вскакиваю с кровати, натягиваю кофту и выбегаю из дома на улицу. Хочется кричать, вопить изо всех сил от беспомощности. Мои ноги путаются, и я падаю на колени, закрывая лицо руками. С каких пор моя жизнь пошла под откос? Когда я умудрилась не заметить этот чёртов переломный момент, что утопил меня в боли и муках? И главный вопрос дня: как? Я ведь пишу эти статьи в школьную газету. Меня не волнует — читает их кто-нибудь или нет. Почему я начала этим вообще заниматься? Почему начала поддаваться провокации? Почему ведусь, как последняя лохушка, на «ты должна участвовать в школьной жизни»? Нет. Всё, с меня хватит. Дрожащими руками касаюсь асфальта, пытаясь опереться на него, чтобы подняться на ноги. Оборачиваюсь, вижу, как в доме в каждой комнате по очереди начинает загораться свет. Родители потеряли меня. Но мне нельзя возвращаться домой, будет слишком много вопросов, на которые я не смогу дать ответы. Глубоко вздохнув, я всматриваюсь в темноту, обдумывая куда можно свернуть. Конечно же… Есть только один человек, который поможет, даже не раздумывая, даже настолько поздно, даже мне. Медленно перебирая ногами, бреду по холодному тротуару, который больно царапает мои босые ноги. Но эта боль не может сравнится с моей внутренней душевной болью. Я столько времени залечивала шрам за шрамом, а сейчас их будто все одновременно вспороли. Будто внутри каждая клеточка моего тела разрывается на части. Я терпела столько времени, терпела боль, унижение, предательство. И сейчас все эти эмоции снова рвутся наружу, и я не могу их сдерживать. Не получается. Я проигрываю в этой борьбе с ними. Я прислоняюсь лбом к знакомой двери и громко стучу. Он меня услышит. Услышит даже на другом конце города. Мы с ним всегда чувствуем друг друга. Эта невидимая связь, будто между нами протянута нить, которая соединяет. И это так странно. — Тини. Его шёпот приглушённо доносится до меня. Лишь одно моё имя. Всё. Никаких вопросов. Я чувствую, как он прижимает меня к себе, зарываясь в мои волосы. Чувствую его обнажённый торс, который напрягается от холодного прикосновения моего тела. Чувствую, как он переживает за меня. Волнуется. Мне хочется усмехнуться, но я не могу. Моё тело словно онемело. Я его не чувствую. — Тини. — Я слышу. Слышу его хриплый и настойчивый голос. Слышу, как он пытается до меня достучаться. Но не могу ничего с собой сделать. Кажется, ещё пару мгновений и всё… Никогда мне не было так плохо, как сейчас. Никогда мне не приходилось чувствовать такую поглощающую бесконечную боль. Усилием воли, мне удаётся открыть глаза. Мы всё ещё стоим у порога, только теперь в доме, а не перед ним. Хорхе больше не прижимает меня к себе. Его ладони обхватывают моё лицо, а большие пальцы поглаживают щёки. Мне не спрятаться и не убежать от его взгляда. А это для меня подобно пытке. — Твои… — выдавливаю я из себя и начинаю задыхаться, не в силах произнести ещё хоть слово. — Всё в порядке, — тихо шепчет он. Как ни странно, но его голос всегда меня успокаивает, словно это какое-то особое успокоительное лично для меня. — Всё хорошо. Мои родители вернутся не скоро, если ты про это. Я киваю, не в силах просто пошевелиться. Я истощена. Морально, физически, духовно. Не осталось ничего, кроме оболочки, которая, как мне кажется, тоже скоро начнёт разваливаться на части. Неотрывно смотря в одну точку, я пытаюсь пошевелись головой, постараться прийти в себя. Я же сильная.Я когда-то была сильной. Хорхе сажает меня на стул, накидывая плед на мои плечи. Чёрт, как же всё-таки холодно. Посильнее закутавшись в него, я притянула к себе ноги, положив подбородок на колени. Хорхе возился где-то рядом. Я не могла определить точно, что он делает, передо мной лишь мелькали неясные очертания его тела. Всё это время мы молчали. Мы молчали, в то время как мои мысли просто медленно сводили меня с ума. Это равносильно тому, если бы на меня свалился огромный булыжник. Я думала о родителях, о подруге, о моральном давлении, оказываемом на меня редактором школьной газеты и о брате. — Почему я? Почему именно я?! — Мой голос надрывается, а глаза метаются по кухне за Хорхе. Я стараюсь найти хоть что-нибудь, на чём можно будет сосредоточиться, подумать о чём-то другом, менее душераздирающем. — Что? — Хорхе берёт стул и садится прямо напротив меня. Его руки ложатся на мои колени, а его взгляд устремлён прямо на меня. Я не смотрю на него, просто чувствую это. — Расскажи мне. — Нет. Это глупо. Очень глупо. Однажды я доверилась подруге, а она написала статью в газете про этот случай. Никто, конечно, не узнал, что это моя история, моя жизнь. Но мне было настолько обидно. Я не могла смотреть одноклассникам в глаза, не могла обсудить новости того дня, потому что все только и говорили обо мне о статье. Это было настоящее предательство. — Я могу помочь, — настойчиво произносит Хорхе, убирая пряди волос с моего лица. — Я помогу, Тини. — Нет, — снова шепчу я. — Ты не сможешь. Никто не сможет. Хорхе — самый замечательный человек, которого я только встречала. Это вообще самое лучшее, что только случалось в моей жизни. Я никого так сильно никогда не любила. А когда узнала, что это взаимно, то моей радости не было предела. И, видимо, на этом все «подарки» судьбы закончились. После этого последовала длинная череда разочарований. И вот сейчас я знаю, что Хорхе меня не бросит. Если будет нужно, он просидит со мной всю ночь. — Мои родители разводятся, — с трудом выдавливаю я из себя. — Они даже не сочли нужным сказать мне об этом. — Может, что-то ещё… — Нет, — я резко прерываю его неуверенное бормотание, — на следующей неделе суд, а Франциско, он слишком увлечён собой. Я пыталась ему позвонить, но он сбрасывает. Хорхе, мы ему не нужны больше, я ему не нужна. — Это не так, — шепчет Хорхе, хотя и сам понимает, что я права. — С тех пор как он уехал, то больше не звонил и не писал, — я горько усмехаюсь, — я даже не знаю, где он. Моя семья распадается, а я ничего не могу сделать. И ты не можешь. Хорхе молчал. Он ничего не смог сказать. Да, а что вообще можно сказать в такой ситуации? Ни-че-го. Просто жизнь решила поиграть со мной, подкидывая испытания разной сложности. Всё просто. Судьба решила сделать меня подопытным кроликом, а я не смогла вынести этого. Я не выдержала их. Я проиграла. Я провалилась… Люди — слабые существа. Они не умеют бороться за своё счастье. Лишь единицы могут похвастаться достигнутой целью, остальные же предпочитают покорно складывать руки и смириться со своей судьбой. А всё почему? Потому что человеку лень? Потому что нет выхода? Нет. Выход есть всегда. Если, конечно, человеку эта цель важна. Он убьётся об стенку, выдохнется во время её достижения, но всё равно будет продолжать ползти и не остановится, пока не получит желаемое.