домашний уют

два месяца на самом деле не так уж и много. ну немного же, да? юнги вот так же рассуждал, когда чимин сообщил о своей командировке в штаты на два гребаных месяца. три недели назад он об этом сказал. две недели назад он уехал. две недели из семи. конечно, звонки в скайпе и просто переписки никто не отменял. но все не так и все не то. работа не помогает отвлечься: музыка никак не хочет писаться. сон... он как бы есть, но его как бы и нет. юнги, конечно же, упорно списывает это на сбитый режим сна. но мы ведь понимаем. и юнги понимает. только вот отрицает упорно, конечно же. аппетит тоже уже не тот. есть иногда и вовсе не хочется. да к черту объяснять, с этим и так все ясно. просто юнги не думал, не знал, что будет скучать так сильно. так страшно. он потерял немного в весе, под глазами синяки становятся все больше и темнее. и чимин все это замечает, конечно же. при разговоре в скайпе ему все сложнее порой смотреть на старшего. ему тяжело все это наблюдать, но он понимает, что, в общем-то, бессилен в этой ситуации. прошло ещё полторы недели. звонки и переписки стали все реже по вине уплотнившегося графика чимина. юнги не находит себе места, откровенно говоря. господи, он даже позволил себе всплакнуть несколько раз. слишком сложно вот так, совсем без чимина. юнги мог иногда часами перечитывать их переписки, пересматривать фотографии, которые отправлял ему чимин. но легче не было. возможно, он делал себе только хуже.

***

вернувшись домой с прогулки по их любимым местам, юнги понял, что слишком сильно устал. и не только от прогулки. он медленно поплёлся в ванную, принял горячий душ, а после обессиленно рухнул на мягкую постель, буквально сразу погружаясь в сон. проснулся он от шума из прихожей и тихого хён, я дома у самого уха.