Клятва

Кэролайн истерично пыталась нажать на кнопку лифта, но он, как назло ехал, чертовски долго. Девушка уже несколько раз прокляла себя, что приехала в Нью-Йорк. — Да, где этот лифт? — нервничая, проговорила блондинка. — Кэролайн, — снова его голос, заставляет ее вздрогнуть. — Постой, — взяв бывшую жену за руку, сказал он. — Мне так неловко, — пыталась хоть как-то оправдаться она. — Я хотела тебя предупредить, что приеду, но твой номер… — Я поменял его, — спокойно ответил мужчина, — решил полностью изменить свою жизнь и не напоминать тебе о своем существовании. Квартира по-прежнему принадлежит тебе, ничего не думай, я заехал забрать оставшиеся вещи. Рад был увидеть, не смею больше тебя задерживать, — мужчина спешными шагами пошел в квартиру.

И это все…

Хотелось позвать его, остановить, но… «Но кто я ему?» Если он незнакомец, чужак, к которому нет никаких чувств, почему же так больно осознать потерю. Чувство собственности. Самолюбие. Эгоизм. Может это так называется? Или есть все-таки что-то на подсознательном уровне, что-то большее, чем память… — Все в порядке, Ник? — последнее слово немного резало слух, ведь так его называли только самые близкие люди. — Да, вполне, — солгав своей новой знакомой, ответил Майклсон. — Мне нужно забрать кое-какие вещи и поедим. — Это была твоя жена? — зная ответ, все-таки спросила Хейли. — Моя бывшая жена, — потерев у виска, сказал Майклсон, — Кэролайн. Она приехала по делам, не знала, что я в квартире. — Я думала, что вы не общаетесь? — шатенка подошла к мужчине. — Ты неважно выглядишь, может не поедем на вечеринку. — Отчего же, — поправляя галстук и делая более серьезное лицо, произнес он. — Иди, садись в машину, я тебя догоню. Майклсон собрал оставшиеся вещи, в этот раз он забрал все. Еще раз огляделся в большой гостиной и глубоко вздохнув, закрыл дверь.

Чужая…

Выходя из подъезда, он заметил вдалеке до боли знакомый образ, он ни секунды не сомневался, кто это. Быстрыми шагами он дошел до нужного объекта и нежно положил руку ей на плече. — Кэролайн, — холодный пар пошел из-за рта, — на улице прохладно. Возьми вторую пару ключей, мне уже они больше ни к чему. Не хочу, чтобы ты переживала по поводу того, что я могу побеспокоить тебя. — Клаус, — глубоко вздохнув, сказала она, — мне все равно на эту квартиру. Можно подумать, что я сошла с ума, но я приехал сюда, так как внутри мне что-то подсказывало, так сделать. Я даже представить не могла, что ты будешь дома, да еще не один. Потом это письмо с разводом. — Не думай, что мне было легко все это время, — прижимая к себе девушку, говорил он. — Но я хотел, чтобы ты была счастлива, потому что ты все, что было у меня. И я не смел быть эгоистом, я просто хотел снова чувствовать твою любовь. — Но я ничего не могу поделать, — прозрачная струя горячих слез, оставляла слезы на белоснежном лице. — Я не помню, ничего не помню. Но ты уходишь и в душе все так щемит. Почему? — Я не знаю, дорогая, не знаю. — Я бы никогда не ушел, если знал, что нужен тебе и у меня есть хоть один шанс из миллиона снова завоевать твою любовь. Но тогда в Мистик Фоллс я понял, что все шансы по нулям. А теперь в дверь нового дня, — как ему сейчас тяжело даются эти слова, — я иду без тебя. — Прости, Клаус, — образ мужчины рассеялся в густом тумане. Надежда умирала, как будто не было шанса. Он ушел такой родной и в тоже время такой чужой. Виноваты, как всегда двое.

***

Как ни странно, но в своей квартире в Нью-Йорке сон у Кэролайн был крепкий и спокойный. Не зря говорят, что родные стены лечат. Девушка проснувшись, прошла на лоджию.

Как же красиво…

Свежий, прохладный воздух слегка ободрял. Только сейчас Кэролайн поняла, что приехала из дома без чемодана и ей совершенно нечего надеть, а на дворе вовсю царила осень. — Если я здесь раньше жила, то должна же была, что-то носить, — умные мысли начали посещать девушку. — Конечно, полный гардероб одежды, — с радостью в голосе произнесла она. Кэролайн занималась домашними делами, рассматривала фотографии и конечно же среди них были совместные с Клаусом. Счастливые.

Грело душу…

Блондинка услышала стук в дверь, но она абсолютно никого не ждала. Более того, кроме мамы и Клауса никто не знал о ее приезде в Нью-Йорк. Однозначно, последний навряд ли пришел бы. — Кэтрин, — открыв дверь на пороге, она увидела свою подругу. — Даже не спрашивай, как я узнала, Нью-Йорк город маленький, — с издевкой сказала Пирс, — более меня возмутило, что ты мне не сказала. — Честно, я не собиралась приезжать, — пыталась оправдаться Форбс, — но после того, как я узнала, что Клаус развелся со мной, стала сама не своя. — Развелся, — морща нос, сказала брюнетка, - придурок. А я то, думаю, что возле него бабы стали вертеться. Эх, старая Кэролайн бы им космы повыдирала, — рассмеялась Кэтрин, — скучаю иногда по ней. — Серьезно? Я такая была, — немного не веря подруге, спросила блондинка. — Да, дорогая моя, ты не всегда была такая мямля. Лучше скажи мне, где твои крылья?