Простуда - даже не болезнь

      — Почему вы просто не вызвали врача? — Питер Паркер, конечно, слабо представлял жизнь миллиардеров, зато знал кое-что о частных врачах. И это «кое-что» вполне позволяло полагать, что за определённое количество нулей они после одного твоего чиха проведут полное обследование. И вряд ли это количество было хоть сколько-нибудь значимым для Того Самого Тони Старка. Но почему-то Того Самого Тони Старка он обнаружил лицом в стол в собственной лаборатории вырубившимся от жара прямо перед раскрытыми схемами.       — Простуда — это даже не болезнь, — проворчал хрипловатым голосом Тони. Питер только и мог, что подавить вздох.       Несмотря на то, что глаза частично обволакивала мутная пелена, Тони вполне мог разглядеть беспокойство во взгляде Питера, наклонившегося к нему, чтобы наклеить охлаждающий пластырь Старку на лоб. Детская рука слегка коснулась волос, смахивая их назад. Тони прикрыл глаза. Ощущение холодка было приятным.       — Всё? Сделал, что хотел? Теперь пусти меня, — Тони одним взглядом указал на паутину на его плечах. Да, сложно поверить, но Паркеру пришло в голову, будто приковать Старка к кровати паутиной будет хорошей идеей, и теперь крепчайший полимер, характеристики которого они оба продолжали постоянно дорабатывать, держал Тони по ногам, плечам и запястьям. Питер тем временем сокрушённо качал головой, глядя на неутешительное число, высвечивавшееся на маленьком дисплее.       — Нет уж, мистер Старк. Если в чём я и уверен, так это в том, что с температурой в 38,9 градусов по Цельсию человек должен лежать.       Тони закатил глаза — и тут же поморщился от лёгкой боли, сопроводившей это небольшое, но резкое движение.       — Вот видите. Это признак гриппа. Вам нужно пропить противовирусное, и жаропонижающее, срочно…       Паркер стал суетиться, временами переговариваясь с Пятницей насчёт того, где и что лежит в огромном доме. Подождав, пока мальчишка покинет комнату, Тони дистанционно попросил Дубину принести растворитель, разрабатывавшийся параллельно с паутиной специально для неё, но когда малосообразительный помощник уже подъезжал, эта же паутина вырвала из его лапы сосуд.       — Неплохая попытка, мистер Старк, — шкодливо улыбнулся Питер, подходя к Тони с кружкой в руках и не забывая упомянуть, что содержимое её он разбавил, так что пить можно сразу. Бутылка с растворителем уже была закреплена на потолке, а Дубина только и мог, что растерянно ездить взад-вперёд. Кровать по просьбе Паркера согнулась так, чтобы Тони почти сидел, при этом оставаясь закреплённым паутиной, и Старк невольно задался вопросом, когда это подросток успел так изучить навороты его дома.       — Слушай, пацан, — устало выдохнул Тони, — это школу можно пропускать из-за лёгкого кашля. А у взрослых людей есть важные дела, обязывающие их работать даже с куском металла в сердце.       Было видно, что Питер на миг замешкался, но уже спустя пару секунд его взгляд наполнился решимостью.       — Ну, тогда считайте, что вам не повезло попасться мне на глаза. В моё отсутствие можете убивать себя, сколько угодно, — строгость, с которой Паркер это сказал, была по-детски наигранной, тем более, что тут же его вид потерял уверенность, а язык начал привычно потерянно тараторить: — Ну, то есть… конечно, мне не хотелось бы, чтобы вы себя убивали. Наоборот, было бы здорово, если бы вы больше ценили себя. И вообще, если позволите…       — Не позволю, — обрубил его Тони, и Питер затих. Он, кажется, и так слишком много этому мальчугану позволял. Все эти его взломы систем, небезопасные выходки, шатается по его дому, заходит в лабораторию, когда вздумается — слишком уж беспардонно проникает в его личное пространство. А Тони не забыл, что бывает, когда сближаешься с кем-то слишком быстро, не успев прояснить все детали. Где-то на закромах сознания пискнула совесть, дескать, Старк изначально сам притащил ни в чём не повинного школьника в своё окружение. Странно, Тони казалось, они с самобичеванием уже давно договорились по этому поводу. Жар мешал мыслить рационально.       Кажется, температура росла: перед глазами поплыло.       Питер аккуратно присел на край кровати, протягивая ближе к больному всё ту же кружку, в которой теперь красовалась яркая пластиковая трубочка. Высвобождать из пут его, похоже, ни в какую не хотели.       А может, и правда забить? Просто пролежать день в кровати. В последнее время он загружался работой по уши, прямо сам не свой был. Разве он не может отодвинуть все планы на один грёбаный день?       Тони открыл рот, хватая трубочку губами. Едва ли раствор порошка-лекарства (откуда оно вообще? в аптеке Старк не бывал, наверное, века с прошлого) можно было назвать вкусным, но точно не самое ужасное, что приходилось пережить Великому Герою Земли.       С расслаблением пришло осознание того, как всё это время ему было тяжело дышать из-за насморка, да и воспалённое горло жутко саднило. Глотать больно, но точно лучше, чем ощущение того, как варятся твои мозги. Можно потерпеть одну чашку.       Паркер выглядел всё так же обеспокоенно. Вновь протянув руку ко лбу Тони, он понял, что наклейка уже пришла в негодность, и полез в коробку за новой.       Содержимое кружки кончилось, угол наклона кровати уменьшился — но не до нуля, чтобы не участился кашель. Стеклянный прикроватный столик уже был заставлен медикаментами, а сам Питер снова скрылся за дверью.       Наслаждаясь вновь вернувшимся ощущением холода на лбу, Тони провалился в зыбкий болезненный сон.