Две грани

      Во времена прекрасных принцесс, мужественных и честных рыцарей, великих (и не очень) магов и колдуний, в таверне встретились две королевы. И, как стало понятно, им принадлежали разные королевства, но о них чуть позже. Встречались эти королевы редко, один раз в пять лет.       Таверна, именуемая «Тройной скок-поскок» находилась на границе королевств М. и К.. Королевство М. принадлежало милейшей из всех правивших ныне правительниц, королеве Милакве. Она славилась своим честолюбием, красотой и доброжелательностью, никто не мог устоять перед ней. Само королевство представляло своего рода Рай, где всё идеально. Царил приятный тёплый климат, люди не знали горя и печали, а если что-то плохое и происходило, то вскоре устранялось, как по волшебству. Королева Ксара, которая правила К. являлась ей противоположностью. Её слава была в переменчивости характера и поведения. Рыжеволосая правительница Ксара, отличаясь необычной красотой и крикливостью. Если кто-то не выполнял что-либо из её указаний, она злыми воплями оглушала все окрестности. И, вроде, М. и К. находятся рядом, но погода не распространялась на эту Природную норму. На королевства также влияло и количество добрых и злых колдунов, их магия распространялась на погодные условия, а каждая часть (не только К. и М.) имела купол, что не пропускал их волшебство на другую территорию. Королевы, будучи подругами, решали изредка встречаться. Никто не догадывался об их тайной дружбе, а если и узнавали, то не распространяли слухи и не выискивали ни одну из высочеств.       Время близилось к полуночи, а королевы все разговаривали. В «Тройном скок-поскок» они сидели в самом отдалённом и тёмном углу, хотя забегаловка и так была полупустой. Скрываясь от посторонних глаз и не привлекая внимания, Милаква и Ксара одевались в крестьянскую одежду и завязывали обычные косы. Но как бы особы голубых кровей не скрывались под одеждой, манера речи и даже обычные жесты говорили о них.       - Так, что же ты сделала с крестьянином, что воровал для своей семьи? – спросила Милаква, чуть ли не детским и наивным голосом.       - Прилюдно повесила, - строгим, но тихим голосом ответила Ксара, - он мог бы попросить, но вместо этого решил обворовывать других, надеясь, что его никогда не поймают. Вот и получил.       - Ох, - прикрывая ладонью рот и скрывая свою ухмылку, - много людей пришло?       - Да. Некоторые даже падали в обморок, если ты к этому клонишь.       - Ты как всегда угадала, - нежно пропела королева М., широко улыбаясь.       - Сколько бы лет не прошло, я всё никак не могу понять тебя. Если тебя это так забавляет, то почему в своём королевстве ты так «милосердна»?       - Потому что одна из нас должна быть прекрасней другой, как в сказках, которые всем рассказывают родители. Да, и мы давали клятву в детстве, кто раньше взойдёт на трон, тот и будет доброй в глазах народа.       - Поэтому ты отравила своих родителей, чтобы стать той, кем тебя видят.       - Ты до сих пор обижаешься? – спросила Милаква, схватив обе щёки Ксары и начала растягивать, дурачась, как маленькому ребёнку. – Ну-ну, ты бы видела, как они корчились от боли. Десятилетняя девочка и убила собственных родителей. Ха-ха, незабываемое зрелище, когда-нибудь ты поймёшь.       - Мне незачем это понимать. Это ужасно, когда жизнь покидает человека насильственным путём. Когда…когда их родные наблюдают за этим.       - Ха-ха! Мелочь и не более. Скоро ты к этому привыкнешь, – не унималась светлая королева.       Ксара взяла кружку эля, который успел нагреться за час их общения. И пока она это делала, Милаква ощутила смутное и необъяснимое беспокойство. Вот Королева К. прикрывает глаза, а за королевой М. слышатся быстрые шаги, сильная рука приподнимает блондинку за подбородок и холодное лезвие кинжала перерезает ей глотку. Сквозь льющиеся слёзы она тянет руки к Ксаре, а та печально смотрит, как она смотрела ранее на тех, кого должна была казнить.       Так умерла Милаква.       - Ваше превосходительство! – сказал юноша, что сидел у входа в таверну. – Позвольте высказаться?       Глубоко вздохнув, Ксара жестом показала наёмнику из М. отойти от бездыханного тела, а сама подошла, взяв руку подруги, и чувствуя лужу крови под ногами.       - Не надо официальностей, Леврок. Подойди.       - Да, Ксара.       - Леврок, ты мой самый верный друг и рыцарь, поэтому ты станешь новым королём К., а Волши королевой М., так как вы в курсе всего за время нашего с Милаквой правления и по документу правление переходит к вам. Поэтому ты должен сейчас меня убить.       - Что? Но зачем?       - Мои поступки недостойны оправданий и я должна заплатить за всё содеянное. Глядя на то, что я сделала, ты не должен допустить подобного. В королевствах должна быть гармония, а не разделения на «хороший правитель - плохой правитель». Сделай это быстро.       - Хорошо, но… Почему ты потакала ей? – указывая на бездыханное тело, спросил Леврок.       - Это сложно объяснить. Но я хотела сделать её счастливее, даже путём своих страданий и надеясь, что она всё же изменится видя, какую боль и отвращение испытывает её подруга по отношению к самой себе. У неё было то, чего мне не хватало в себе: поставить цели и идти к ней. И этого я достигла только перед смертью. Пускай же закончится переворот и наступит новая эра правителей!       Ксара вновь села на место, где ранее находилась и также встретит смерть, как и Милаква. Продолжая держать её за руку, она подняла голову, зажмурив глаза. Она знала, как тяжело это даётся другу, она сама была в такой же ситуации пару минут назад, но только он должен был это сделать и никто другой. Рыцарь сдерживал свои слёзы до последнего, его руки дрожали, понимая, что нельзя делать ей больнее, и он взял себя в руки. Прежде чем совершился самосуд, она сказала напоследок: «Ты будешь самым лучшим королём». Кровь хлынула фонтаном и ровно в полночь душа королевы К. отправилась в мир иной.