Меняя ход событий

Лето. Тепло. Приятный ветерок ласкает кожу. Что еще нужно для счастья? Конечно, осознание своей великой силы! И для того, чтобы оно, наконец, пришло я и иду к Нарин, с целью усиленно тренироваться. Великая женщина. Сколько же она всего знает и умеет? Для того, чтобы достичь таких высот, как она, нужно иметь стальную волю. Ну, упорства мне не занимать и, кажется, она это уже по достоинству оценила! Буквально засветившись от радости, я ускорила шаг, вылетела на поляну и, мимоходом бросив взгляд на обрыв, который был метрах в двенадцати от меня, замерла как вкопанная. На краю обрыва спиной ко мне стоял человек. Высокая, статная фигура, белоснежная свободная рубашка, черные штаны от костюма ниндзя, широкий пояс на бедрах и прикрепленный к нему меч, а также сумка, являющаяся обычным дополнением к экипировке шиноби. Ладони и кисти рук перевязаны чёрными бинтами. Знакомые чёрные волосы. Знакомое чувство отстраненности, которое испытываешь, находясь рядом только с этим человеком. Меня затрясло, голос пропал, перед глазами запрыгали чёрные мушки. Учиха Саске чуть повернул голову в мою сторону, взгляд знакомых чёрных глаз прошелся по мне лезвием ножа, сердце сжалось, я словно перестала дышать; как рыба, выброшенная на берег я стала хватать ртом воздух, огромное чувство радости и счастья начало подниматься внутри меня, всё еще не веря своим глазам, я сделала шаг вперед, и, вытянув руки, прохрипела: - Саске.. Парень моргнул, в глазах появилось удивление, он развернулся ко мне и сдержанно произнес: - Сакура.. Вот так встреча. От его холодного голоса меня словно пригвоздило к земле. А я уже чуть не бросилась к нему на шею. - Саске, Господи, неужели это ты? Что ты здесь делаешь? Боже, как ты изменился.. Ты надолго здесь? Ты один? У тебя миссия? Слова вылетали сами собой, я продолжала лепетать, не узнавая своего голоса, на глаза навернулись слезы, мне так хотелось обнять его, расспросить обо всём, увести с собой, больше никогда не отпускать.. Я зашагала к нему, улыбаясь самой счастливой улыбкой, мне казалось, что я вижу сон, что всё это неправда, что если не дотронусь до него и не пойму, что он настоящий, я сойду с ума. Саске чуть улыбнулся, а глаза остались такими же холодными и пустыми. Он не сделал шага навстречу ко мне и, скрестив руки на груди, как-то надменно произнес: - Давай без этого, Сакура, это ни к чему. Я замерла. - Саске, мы ведь столько не виделись, я, Наруто, мы все вместе искали тебя, но нам так и не удалось, прости. Мы ни на секунду не забывали о тебе, просто у нас было много заданий, мы физически не успевали продолжать свои поиски, а потом след и вовсе потерялся, но мы никогда не оставляли надежду отыскать тебя, если бы у нас было больше времени, то… - Меня это не интересует. Искали, не искали - мне нет дела до вашей глупости, решение уйти я принял самостоятельно. Даже если бы вы и нашли меня, я бы всё равно не вернулся, потому что выбрал для себя другую жизнь. Его безжалостные слова вонзились в меня тысячью иголок. В растерянности потянув руки, я снова стала подходить к нему, говоря: - Глупости? Глупости говоришь? Да как ты смеешь, после всего того, что нам пришлось пережить, после всех страданий, мы ведь были друзьями, мы всегда были друг за друга, ты был и остаешься дорогим для нас человеком, для нас никогда не будет… - Сакура, - снова прервал он меня – На меня это не подействует, можешь не стараться. У меня планы, мне некогда терять время на пустые разговоры. Едва сдерживая слезы, я никак не могла совладать с собой, руки потянулись к любимому лицу: - Саске, не надо так. Он перехватил мое движение, не дав дотронуться до себя. Я вздрогнула, его пальцы были ледяными. Он отвел мои ладони от себя: - Извини, мне пора. Обогнув меня, он медленным шагом направился прочь. Сердце сжалось в невыносимом приступе боли. Всё напрасно? Столько сил положено зря? Он же уходит. Снова. Нас для него больше нет. А были ли? - Саске, - закричала я, оборачиваясь. – Не уходи, не надо, давай поговорим, неужели нам нечего друг другу сказать? Неужели я для тебя настолько мало значу? Мы ведь росли вместе, чёрт бы тебя побрал! Мы были друзьями! Остановился. - Ты.. – глухо и безжизненно сказал он. – Для меня ты ничего не значишь. Сколько раз мне было больно? Смогу ли я это вынести? Меня затрясло, слезы хлынули из глаз, я сжала кулаки и зажмурилась. Терпи, терпи, терпи, он всё равно уйдет, он уже давно ушел, он уже давным-давно должен был умереть для тебя. - А ты всё такая же.. – неожиданно прозвучал его голос с нескрываемой презрительной иронией. Я взглянула на него. Он стоял, обернувшись, словно наслаждаясь и насмехаясь одновременно. - Всё одно только нытье. Смотреть противно. Ты бы хоть повзрослела, что ли. А то ведь ничего не изменилось со времен: «Саске, не бросай меня!» Послышался сдавленный смех. Он смеялся надо мной! Над моей любовью, привязанностью, над нашим товариществом, над нашими узами.. Во мне как будто что-то умерло. И начало зарождаться что-то новое, незнакомое, страшное. Слезы высохли. Дыхание участилось. До боли сжав кулаки, я прошипела: - Предатель! Жалкий трус, ты и мизинца моего не достоин! Всё, что было сделано ради тебя, всё впустую. Ты пренебрег всеми, наплевав на их чувства. Ну и чего ты добился? – мой голос взлетел ввысь. – Нужен ты кому-то в этом мире? Ждет тебя теперь кто-то? Тебе есть за кого сражаться? Ты один, Учиха, ты больше не будешь для кого-то дорог. Осуществив свою месть, добившись, наконец, своей цели, ты навечно останешься один, у тебя не будет ни семьи, ни детей, ни друзей. Ты будешь влачить свое жалкое существование, напрасно проживая день за днем свою мрачную, пустую жизнь, лишенную даже мечтаний. Потому что тебе незачем грезить о чём-то. Тебе незачем будет к чему-то стремиться. Ты оторван от этого мира, и он больше никогда не примет тебя. Подул холодный ветер. Погода стала портиться. Еще немного и небо затянут тучи. Саске стоял, глядя на землю. Напряжение так и исходило от него сумасшедшими волнами. Бледные губы плотно сжаты. Интересно о чём он думает? «Подними взгляд, Саске, посмотри на меня». И он поднял. И земля, казалось, ушла у меня из-под ног. Такого холодного, обжигающего ненавистью взгляда, я не выдерживала никогда. Мой приговор словно навечно запечатался в его черных глазах. Он и сам понимал, что у него нет будущего. - Смотреть тебе противно? – ухмыльнулась я. – Так не смотри, не раздражайся, не исходи злобой, прибереги ненависть для него, Саске. Он вздрогнул. Я поняла, что перегнула палку, но пути назад уже не было. - Он ведь так и сказал тогда, верно? Взрастить свою ненависть? А теперь, спустя четыре года, ты готов, наконец, убить родного брата? – голос сорвался на крик, меня снова затрясло. - Сакура.. – сквозь зубы, лютым от ненависти голосом, изрек Учиха. – Не надо было тебе меня злить. Медленно, словно растягивая момент, он вытащил свой меч. Значит, вот как? Что ж. Я улыбнулась. - Давай. Ты всё равно меня не убьешь. Кишка тонка, Учиха! Я вытащила кунаи. На его лице появился оскал. Мне стало жутко. - Хмм, ты и полминуты не продержишься, Харуно. … Лезвие меча со свистом рассекло воздух. С ума сойти, какая скорость! Если бы я не увернулась, он бы отсёк мне руку! Похоже, я вывела его из себя. Саске продолжал нападать. Двигаясь бесшумно как истинные шиноби, мы словно кружились в убийственном танце. И если я ничего не предприму, для меня этот танец окончится похоронным маршем. Я успевала лишь уворачиваться, предпринять какую-либо атаку было невозможно, мне оставалось лишь отступать. Такими темпами он рано или поздно загонит меня и нанесет удар. Похоже, ему всё равно куда бить, если ему представится возможность, он в мгновение ока снесет мне голову. Животный страх за свою жизнь придал мне сил, и я подставила два куная под его катану. Раздался громкий звон. Саске с чудовищной силой нажимал на меч, мои руки расходились, я не могла долго сдерживать его напора и ударила его левой ногой. Согнувшись на одно колено, он оскалился и повел катану к моим ногам. Я подпрыгнула и стала отступать. Охваченный яростью он вновь устремился на меня, и я едва успевала отклоняться от несущихся сверху, слева и справа молниеносных ударов. Я задержала его одним кунаем и попыталась ранить вторым, однако он перехватил мою руку и резко ударил плечом в область подбородка. Меня отнесло на несколько метров, боль была жуткая, я понимала, что если не поднимусь в доли секунды, то он меня разрежет. Успев увернуться от подскочившего нукенина, я выиграла время и состроила технику мгновенного призыва птиц. Стая белых острокрылок устремилась на Саске, он закрылся, а затем использовал катон, выпустив огромный огненный шар против моих призванных созданий. Он едва не обжег и меня, поэтому стремительно отступая, я метнула в него кунаи, а затем использовала технику теневого клонирования; и вот на Саске несется уже целый арсенал из кунаев и сюрикенов. С легкостью уворачиваясь и иногда отбивая предметы, он лишь усмехался. Мои клоны понеслись на него, но он тут же взлетел в воздух рассек их катаной, делая гигантский полукруг. Мы стояли друг против друга. - Харуно.. – похоже, он давился от смеха. - Что за детский лепет ты здесь развела? Неужели ты думаешь, что меня можно ЭТИМ остановить? Ты что, так и не получила даже звания чунина? Я скрипнула зубами. - Генином была, генином и умрешь! – сверкнул глазами некогда любимый человек. – Но за попытку повеселить, спасибо, Сакура! Он приготовился к броску. - Хорошо смеется тот, - проговорила я. – Дальше и сам знаешь. Не надо недооценивать меня, я одна из лучших шиноби деревни Скрытой в Листве! Он засмеялся. Презрительным, гадким смехом. - Да, да, я вижу. Ты действительно лучшая из Конохи! Мое терпение лопнуло. - Включай свой шаринган, Учиха, иначе придется туго! – заорала я, устремляясь на него со всех ног и складывая печать. … Саске лишь усмехнулся, отпрыгивая назад и уворачиваясь от моей техники «тысячи листьев». Концентрируя чакру, я сорвала тысячи листков с рядом стоящих деревьев и направила на него, превратив их в смертельное оружие. С бешеной скоростью листья неслись на него, закручиваясь в огромный вихрь, но он успевал уходить, и при этом его губы кривила легкая усмешка. Он продолжает смеяться надо мной. Он всё еще ни во что меня не ставит. - Зачем мне шаринган, Харуно, если я «сражаюсь» против тебя? Только я услышала его ядовито произнесенное «сражаюсь» как меня затрясло от гнева. - Танцы начинаются! – заорала я, собрав чакру в руке, и со всей силы ударила кулаком в землю. В глазах Учихи мелькнуло удивление при виде стремительно разверзнувшейся у него под ногами земли. Огромные глыбы почвы начали подниматься вверх, не давая ему возможности стоять на месте. Саске отпрыгнул на дерево и на него тут же налетели мои листья. Он закрылся, но всё-таки они оцарапали часть его руки и лица. - Ладно. Это уже всего ничего. Техника глухой стены! Вихрь листьев ударился о его броню и исчез, а Саске тем временем бросился на меня. Я отскочила и составила печать призыва. - Не поможет, - ухмыльнулся он, рассекая птиц катаной, и сводя мою атаку к нулю. – Теперь моя очередь! Я почувствовала на себе стяжение невидимых нитей и в то же мгновение меня отшвырнуло и больно ударило спиной о дерево. Саске стянул свои лески, и я оказалась крепко-накрепко привязанной к стволу. - Вот и всё, Сакура. Птицами и листьями будешь детвору развлекать. - И что теперь? Сожжешь меня? - Поиграли и хватит. Мне пора. - Что??? - Зачем мне убивать такую как ты? Я сражаюсь только с тем, кто мне по силам. Прощай. - Стоять, Саске! Не ровня я тебе, значит?! Что же тогда в начале всё время пытался меня пополам разрубить?! Парень сузил глаза. - Ты вывела меня из себя, сама виновата. Он убрал катану и уже собрался уходить, когда я перерезала леску нитями своей чакры и, достав кунай, полетела на него. Стальная рука сомкнулась на моем горле. Боже, сколько у него сил, если он вот так просто держит меня над собой на расстоянии вытянутой руки. Мои ноги безвольно болтаются, я задыхаюсь, не в силах предпринять что-либо. У меня не получается разжать его ладонь, кунай выпал, от удушья уже начинает темнеть в глазах. - Я же сказал довольно. – зло сказал Саске и отшвырнул меня в сторону. - Ты не сможешь даже ранить меня. - Уже смогла, - прохрипела я, поднимаясь. - Хм? - Мои листья оцарапали твое лицо и правую руку. Раны кровоточат, неужели не чувствуешь? Саске озадаченно глянул на руку и слегка провел по щеке. - Тц. Я и не заметил. Мои поздравления. Запомни этот момент, Сакура, наверное, эта единственная жалкая победа в этой жизни. Ты смогла слегка ранить противника! - Заткнись, это только цветочки, ягодки еще впереди! – вне себя я ринулась на него, сжимая в руке последний кунай. Бывший напарник выбил его своей катаной, я отпрыгнула, сложила печать пронизывающего ветра и пока, он, закрывшись, ждал окончания атаки, подлетела сзади и, сделав захват, начала душить его. Он не стал со мной церемониться, бросив меч, сильно ударил локтем в бок, развернулся и, схватив за волосы, перегнул меня спиной через колено, занеся вторую руку для удара. - Ты слаба, Сакура. Смирись с этим. Черные глаза зло смотрели на меня. - Бей. Его брови взметнулись вверх. - Мне это не нужно, - спокойно произнес он, выпрямился, не разжимая руки, все еще держа меня за волосы, с силой швырнул на землю. – Ты отнимаешь мое время. Заканчивай. На негнущихся ногах я поднялась и увидела, что он снова собрался уходить. Мне бы отпустить его. Что действительно я могу? Он даже не пользуется шаринганом, с легкостью отражая и выстаивая все мои неслабые атаки. Но я не могу. Не могу. Не могу. Я сильная. Я смогу зацепить его. Он должен меня хотя бы зауважать. - Не в этой жизни, Саске. Не уйдешь. Он замер. Обернулся. В его чёрных глазах проскользнула ярость. - Мне что, сломать тебе ноги, чтобы ты отвязалась от меня? - Это я тебе их сломаю, и ты больше не посмеешь уйти, я тебя верну, верну навсегда, ты снова будешь одним из нас! Парень расхохотался: - Ей Богу, Сакура, десять минут назад ты изрыгала проклятия в мой адрес, твердя, что я никому не нужен и что у меня нет будущего, а теперь говоришь, что вернешь меня? Ты не логична, впрочем, как и всегда. Уже, по-моему, снова готова меня любить и простить за всё. Ну что за жалкое создание, честное слово, я не знаю, что мне с тобой сделать, разве что снова вырубить, как в тот раз? Я вздрогнула. Перед глазами моментально всплыла картина нашего прощания. Его слова: «Сакура.. Спасибо». И меркнущее сознание. В груди начали подниматься волны боли. - Ты не знаешь, что такое любовь. Но пока я жива, я попытаюсь хотя бы немного донести ее до тебя. Еще не всё потеряно. Еще есть шанс. Горячие слезы текли по щекам, мне было невыносимо больно, я уже не могла выдерживать полный презрения и ненависти взгляд; а в руках тем временем накапливалась сила. Чудовищная. Сокрушительная. - Твоя очередь защищаться, Саске, - проговорила я и бросилась на него. … Удар расцветающей вишни пришелся ему явно не по вкусу. Теперь уже он уворачивался от моих стремительных и яростных атак. Его меч я выбила и, кажется, довольно серьезно повредила ему плечо. «Давай, Саске, воспользуйся им, я хочу почувствовать себя полноценным бойцом, давай!» Скорость всё увеличивалась, я продолжала наступать и атаковать его и вот я вижу, что он уже в замешательстве, чем быстрее я, тем труднее ему разглядеть мои движения и предугадать атаку. Чёрные глаза яростно сверкнули, еще мгновение и будет он, я знаю! Есть! Его глаза вспыхнули красным цветом, обозначились три запятые. Я знаю, это всего лишь малая толика его способностей, но наша битва принимает уже более серьезный масштаб. Саске будто отвлекся и тут же был отброшен на несколько метров. От неожиданности я замерла. Подставился? Уловка? Он медленно поднялся. - Неплохой удар. Я хищно улыбнулась. - Сейчас еще будет что оценить, можешь не сомневаться! Я ринулась прямо на него, занеся правую руку для удара, а он стоял, не шелохнувшись. «Ловушка?» Мелькнуло в сознании. Стремительное приближение, я почти достигла цели, но он вдруг исчез, и в ту же секунду меня пронзила резкая боль. Я упала на живот и проехала еще пару метров. «Что? Как? Когда?» Он рассек мне спину, но чем? Я поднялась. От сковавшей меня боли, я чуть не потеряла сознание. Теплая кровь заструилась вниз по спине. Я задрожала и подняла глаза. Саске стоял, держа в руке катану. Ах, вот как. Значит, он подставился под мой удар нарочно, чтобы его потом отбросило прямо к ней. Когда я ринулась в атаку во второй раз, я не заметила меч, видимо, он прятал его за спиной. Шаринган помог рассчитать ему всё с точностью до доли секунды, и он без труда увернулся от моей атаки и нанес удар сзади. От режущей боли я скоро потеряю сознание, да и крови я сейчас теряю очень много. Надо немного затянуть рану, но я не могу расходовать чакру на лечение, ее и так осталось немного. Что же делать? Это конец? Я окончательно проиграла? Подул сильный холодный ветер. На землю стали падать тяжелые редкие капли. Дождь расходился. Лесная поляна с вывороченными пластами земли и с полусожженными деревьями представляла собой жуткое зрелище. Мой противник медленно двинулся ко мне навстречу. Я потихоньку заживляла рану, стараясь хотя бы уменьшить кровотечение. Чакру расходовать нельзя, но и с таким ранением я далеко не уйду. От нового приступа боли, я пошатнулась и рухнула на землю. Саске подошел почти вплотную. Присел на корточки рядом со мной. - Теперь уже точно всё, Сакура. У меня пересохло в горле, дыхание сперло. Какую бы технику он сейчас не использовал - мне конец. Меня буквально парализовало от боли, я даже не смогу убежать, не то что бы снова выставить атаку или сложить печать. - Ты победил. Саске усмехнулся. - Конечно. Молчание. - Извини, - пробормотал он, неожиданно кладя ладонь мне на колено. - Что, что ты делаешь? – опешила я. - Иначе ты не отстанешь, - произнес Саске и с силой сдавил мою коленную чашечку. На поляне раздался пронзительный вскрик, заглушивший шум ветра и расходившегося ливня. «Это что, действительно мой голос?» Он сломал мне колено. Попросту раздавил его. Едва не теряя сознание от дикой боли, я прохрипела: - Зачем, Саске? - Иначе ты не отстанешь, - как-то устало повторил он, поднимаясь. - Лучше убей, это ведь закономерно! В любой битве есть победивший, а есть проигравший, я проиграла, давай - доведи дело до конца! – голос сорвался на крик. - Сакура, мне незачем тебя убивать. – он обернулся. - У тебя ведь есть еще здесь свои дела? Его губы тронула легкая улыбка. Нет. Он всё еще наш. Наш Саске. Я не могу позволить себе сдаться. Иначе я его потеряю. Опять. Я медленно поднялась, стараясь опираться на одну ногу. Глаза Саске расширились. - Не пущу, - сказала я, расставляя руки в стороны, на ладонях засветилась чакра. - Ну зачем, Сакура?! – выдохнул он. - Ты всё еще наш. Я не могу позволить тебе уйти. Не могу позволить себе снова тебя потерять. Я верну тебя. Несмотря на то, какую цену мне придется за это заплатить. - Если ты умрешь, то как ты будешь меня возвращать? - Пусть так, но я хотя бы попытаюсь. А если я сейчас вот так останусь здесь, сдавшись, для меня всё равно всё будет кончено. - Ты такая же надоедливая как он! – выплюнул Саске. – Что ж, если ты так настаиваешь, у меня не остается другого выбора. Он поднял катану. - Этой чакрой я смогу повредить любой твой внутренний орган, Саске. Даже рассечь тебе сердце. Я ведь ниндзя – медик, я могу вскрыть любую рану без помощи скальпеля и ножа. - Попробуй. – усмехнулся он. Глаза вспыхнули красным, он ринулся на меня. Собрав остатки сил, я отскочила назад, Учиха тем временем молниеносно складывал сложнейшую печать. «Катон» - пронеслось в моей голове, причем другого уровня. Быстро сложив печать, я ударила в землю, в небо взметнулась огромная защитная стена, огонь, вызванный Саске, через нее не пробился. «Удалось» - возликовала я, однако тут же будто из воздуха появился нукенин и понесся на меня, занеся катану высоко над головой. … Этот удар точно будет последним. Мне нельзя ни убежать, ни отразить его. «Что ж, Сакура, тогда прими смерть достойно», - пронеслось в голове, а руки в это время неожиданно для меня самой на автомате складывали печать. «Нет, у меня ни за что не получится, это слишком мощная техника, я не справлюсь, она меня убьет! Я еще слишком мало тренировалась, мы с Нарин только начали осваивать ее!» Саске с ухмылкой глянул на мои руки, лихорадочно собиравшие едва знакомые знаки, и занес надо мной свой меч. Меня как будто засосало в черную дыру, я была припечатана к земле огромными, вырвавшимися наружу, волнами энергии. Последнее, что я увидела - было недоуменное лицо нападавшего, выражение которого сменилось затем гримасой невыносимой боли. Моя защитная техника окату не только поставила непробиваемую бронь вокруг меня, но и атаковала Учиху, когда он приблизился ко мне. Его отбросило на несколько сотен метров, а если учесть что наше сражение происходило рядом с обрывом, то шансы, что я найду его живым, стремительно падают. … Я лежала, боясь пошевелиться. Боль железными оковами сковала всё тело. Казалось, больно даже моргать. Лил дождь. Я вся промокла до нитки. Начал колотить озноб. «Вставай, Сакура, - мысленно приказала я себе. – Нужно найти его». Кое-как поднявшись на ноги, я попыталась сделать шаг, но тут же рухнула на землю. Сломанное колено вызвало такой приступ боли, что я чуть не лишилась сознания. «Если не смогу идти, значит, поползу!» И поползла. Жижа и грязь, холодный ветер, который нахлестывал всё новые и новые потоки ливня, затрудняли мой путь. «Почему же так темно? Нет, если я не встану, я потеряю крупицы оставшегося времени и не смогу ему помочь». Встала. Пошла. Поднявшееся изнутри беспокойство накрыло меня огромными волнами и вынудило боль отступить на второй план. «Где он? Где же? Саске, что ты натворил? Саске, Саске, Саске!» Имя любимого человека взорвалось в моей голове, откуда-то появились силы, я ускорилась, ринулась вперед и увидела ЕГО. Он лежал навзничь, не подавая признаков жизни, на груди была огромная рана. Струи дождя смешивались с кровью, его некогда белоснежная рубашка пропиталась ярко-алым цветом. Я опустилась на колени. Живой. Пока что. «Не допущу. Нет, ты не можешь умереть. Зачем тогда было жить и столько страдать, Саске? Я спасу тебя. Всё вернется на круги своя, вот увидишь, для тебя еще не всё потеряно. Мы любим тебя. Всегда любили. И мы вернем тебя обратно, несмотря на то, сколько сил нам придется на это положить». ..