Меняя ход событий

Самый прекрасный сон приходит тогда, когда тебя не мучают никакие заботы и тревоги. Однако вот уже полтора месяца я не могу спать спокойно. С того самого момента, когда я вновь потеряла Саске, и Нарин отказалась тренировать меня. Самое беззаботное время – это твои детство и юность, которые проходят под крылом любящих родителей. Я росла в нормальной семье. С малых лет не была чем-то обделена. Мои папа и мама обычные люди. А вот я родилась особенной. Точнее я родилась шиноби. Наверное, родители огорчились, когда в возрасте четырех лет неожиданно обнаружили у своего ребенка наличие природной энергии. Меня не хотели отдавать в академию, не хотели, чтобы из меня воспитывали воина и опору деревни. Для них было важно всегда видеть меня рядом, знать, что со мной всё в порядке, понимать, что мне нет нужды брать на себя какие-либо миссии и участвовать в экзамене на тюнина. Если бы не третий Хокаге, который уговорил их отдать меня в высшую школу Конохи, не было бы сейчас ирьенина Харуно Сакуры, не было бы верного друга для Гаары, Наруто и Саске, не было бы ученицы Какаси, Цунадэ, Нарин, Асумы и, вообще, наверное, не было бы меня самой. Была бы какая-нибудь другая Сакура, работающая в местном магазине или школе, возможно, уже вышедшая замуж и родившая ребенка… Рановато, конечно, но моя мама, например, вышла замуж в семнадцать, а спустя два года на свет появилась я. Если бы мои родители не согласились, чтобы я стала ниндзя, я бы никогда не влюбилась в Учиху Саске, не обрела бы столько друзей, не прошла бы множество интересных и захватывающих миссий, не взрастила бы такую силу… Не было бы сейчас куноичи в рядах «Акацки», не было бы той, в сердце которой так прочно поселился один премилейший террорист. Я могла бы жить тихо и спокойно, как все нормальные люди, а не плавать в океане с акулами, где каждый Божий день ставится на кон моя собственная жизнь. Жила бы счастливо, но так… тоскливо. Не вкусив этой участи воина - не понять, каково это: радоваться тому, что ты всего-навсего жив. Всё в этом мире сразу приобретает для тебя невероятную ценность. Ты дорожишь каждой минутой, каждым мгновением мимолетного, редкого счастья. Вот и сейчас, паря в звездном небе, я мирно дремала на коленях Дейдары и прокручивала в голове то, как я прожила свои семнадцать лет. Хотела бы я прожить свою жизнь по-другому? Нет. Уже нет. Слишком много всего произошло. Слишком многого лишилась, но и многое получила. Я не стыжусь своих поступков. Мне не за что просить прощения и чувствовать вину. Я здесь не по своей воле, но, будучи в здравом уме, уже не сделаю попыток к бегству. И не потому что бесполезно. А потому что не могу. Находясь в организации, у меня есть возможность всегда быть начеку. Следить за каждым шагом, выигрывать время, не допускать самого страшного. Мы с Итачи в одной упряжке. Думаю, по возвращении начнем с ним тренировки. У меня есть Дей. В какой-то мере Конан. Я спасла Гаару. Уже с лихвой достаточно для того, чтобы просто быть счастливой. Осторожные перебирания его пальцев в моих спутанных волосах вызывали блаженную улыбку. Мне так хорошо и спокойно. Как в детстве. Я чувствую защиту и заботу. В голове всё проясняется, а силы начинают собираться вновь. Он – мой лучик света. Моя поддержка и опора. И я уже никуда его не отпущу. … - Оставим их здесь. – сказал блондин, и аккуратно усадил спящую Нии возле дерева. - А они не поубивают друг друга, очнувшись рядом? – с сомнением протянула я, наблюдая, как Дей снимает с птицы Гаару. - Это уже не наши проблемы. – хмыкнул он. - Еще как наши! – подскочила я. – Не будь таким чёрствым! - Это кто тут еще чёрствый? – удивленно отозвался подрывник, усадив песчаника рядом с Югито. - Ну.. Не я уж точно! Парень подошел ко мне. В потемках было трудно разглядеть выражение его лица. Мы прилетели в страну Земли за полночь, и всё сейчас было окутано темно-синей дымкой неприветливой ночи. Спать больше не хотелось, а вот непонятно откуда взявшийся озноб создавал неприятное ощущение холода, и приходилось держаться руками за плечи, чтобы хоть как-то сохранять тепло. - Замерзла? – спросил он. - Да что-то как-то некомфортно. - Пора возвращаться и нормально выспаться. Две глиняные совы исчезли, Дейдара пошел к павлину, я, еще раз обернувшись на бывших джинчурики, вздохнула и поплелась за ним. … - Может, теперь ты поспишь у меня на руках? Поменяемся, так сказать, ролями. - Было бы славно, только кто у нас тут рулевой? Я сидела на птице, привалившись к нему спиной, а он придерживал меня, обвив руками мой корпус. - А.. Так мы упадем, если ты вдруг отключишься? – я откинулась назад, положив тем самым голову ему на плечо, и попыталась взглянуть ему в глаза. - Ага, глина не будет управляема, если я буду не в сознании. – Дей не дал возможности себя рассмотреть и прижался виском к моему лбу. – Хотя спать хочется просто невыносимо. - Тогда, капитан, я не позволю вам задрыхнуть. - И каким же образом? Споешь песенку? - Э, - дернулась я. – Уж что-что, но пение как-то не мое. Ты скорее расхохочешься, чем взбодришься. - Так смех – лучшее пробуждение, так что спой. - Нет. – отрезала я. – Не умею. - Ну пожалуйстааа… Хочу услышать твой голос. - Ты и так его слышишь. - Хочу песню. - Я не знаю никаких. - Врешь. - Ну, правда! Не фанат никаких групп, певцов и всяких там ансамблей. - Неужели за всю жизнь ничего так и не прослушала? - Было дело. В детстве. Потом нет. - Спой из детства. - Чего пристал? Не помню уже ничего. - Помнишь. Пой. - Не буду, я сказала! Дей скрипнул зубами, а птица, так плавно следующая своему точному курсу, вдруг накренилась и со всей скоростью полетела вниз. - ААА!... – закричала я, судорожно вцепившись ладонями в его руки. – Почему мы падаем??? СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ!! Ветер бил в лицо, раздувая волосы и терзая ткань плаща; земля, бывшая так далеко от нас, начала стремительно приближаться. - Пой или мы разобьемся. – спокойно отозвался он, а я уже заметалась на белой глине, ища возможность спасти свою жизнь. - Никуда не денешься, - словно змей-искуситель прошептал блондин, перехватив мои слабые попытки вскочить на ноги. – Сиди и пой. - ДЕЙДАРА, - вне себя завопила я. – Это уже ни черта не смешно! ПРЕКРАТИ! - Сделай, что прошу, и мучения закончатся. – не сдался тот. Белый павлин, со всей скоростью летевший к верной смерти, внезапно резко подался вверх, и если бы не подрывник, который так хорошо приноровился держать равновесие в полете, я бы уже свалилась вниз. - Ты спятил! – взвизгнула я. – Немедленно выровняй ее, я боюсь! - Как бы не так. Послушное глиняное создание снова сменило свой курс и вновь полетело к земле. Мы просто делали огромные зигзаги, и я даже боюсь представить, какого размера у меня в эти мгновения были глаза. - Дейдара, - сердце ухнуло куда-то в пятки, дыхание перехлестнуло волной панического страха. – Если выживем, я тебя убью. - Расслабься и представь, что мы на аттракционе. Или спой мне песню, и мы снова полетим спокойно. Павлин мчался, не сбавляя скорости, и, увидя какой широкой вдруг становится слабо мерцающая в ночи серебристая река, мой рот непроизвольно открылся, и оттуда вырвалось вовсе не мелодичное, ласкающее слух пение, а настоящий утробный вой, который перепугал даже меня саму: - Усталость забыта, колышется чад И снова копыта как сердце стучат И нет нам покоя: гори, но живи Погоня, погоня, погоня, погоня В горячей крови! Погоня, погоня, погоня, погоня В горячей крови! У самой глади воды птица вывернула вверх, а мой голос едва не сорвался на визг. Странно притихший Дейдара делал меня еще более несчастной, так как отсутствие реакции с его стороны, нагнетало противное ощущение стыда. Вероятно, мое «выступление» потерпело полное фиаско и ему просто-напросто нечего сказать в ответ. Глиняный транспорт набрал высоту и пошел ровным курсом без всяких взлетов и падений. Бешено колотящее сердце все никак не хотело успокаиваться, а голос, бывший секунды назад довольно мощным, сейчас превратился в мышиный писк. - Почему ты молчишь? – не выдержала я и поморщилась от своего тоненького фальцета. Крепко обнимавшие меня руки, чуть дрогнули, а своей спиной я неожиданно почувствовала несильную вибрацию его тела. Так, уж не от смеха ли он там так упорно сдерживается и не поэтому ли его трясет?... - Дейдара, - зашипела я. – Хватит издеваться, иначе я с тобой вообще больше никогда не заговорю. - Прости, - всхлипнул парень, уткнувшись мне в затылок, а потом захохотал так, что мое лицо мгновенно приняло оттенок спелого помидора. - Ах ты засранец! – заорала я. – Значит смешно тебе?! Пусти меня! Да ты у меня сейчас в свободный полет отправишься! Неблагодарный! - Сакурааа, - простонал он, сдавливая мой корпус, так как я начала попытки высвобождения; а потом и вовсе навалился на меня, прижав к мягкой спинке птицы. – Не знал, что ты поешь басом. И снова затрясся в беззвучном смехе, а мое терпение лопнуло, словно мыльный пузырь. - Слезь с меня. – стальным тоном приказала я. – Или я сейчас сделаю что-нибудь нехорошее. - Боюсь, боюсь, - послушно отозвался блондин, выпрямляясь и усаживая меня обратно к себе в объятия. Однако я пресекла заманчивые действия, отодвинулась и развернулась к нему лицом. - Хам! – сверкнула я глазами. - Сакура, прости! – замахал руками тот. – Мне, правда, очень понравилось, я прямо зачарован твоим голосом и манерой исполнения.. Его плавная речь дрогнула, и он зажал рот рукой, а потом принялся имитировать судорожный кашель. - Прибью. - Да, да. – сдавленно просипел подрывник, пряча взгляд. - Ты и вправду ответишь за свои мертвые петли на чёрт знает какой высоте! - Ххорошо. Я взъярилась еще больше. - Да прекрати ты уже смеяться, мне неприятно ведь! - Сакура, ты просто прелесть, - неожиданно выдал он и в порыве умиления прижал меня к себе. - Отпусти. – закапризничала я. – Мне неудобно, ты мне шею больно сдавил. - Извини, - ответил Дей, отпустив меня, и открыто взглянул мне в глаза. От его взора мое лицо почему-то вновь начало краснеть. - Не смотри на меня так! - Хочу и смотрю. Я отвернулась. - Ну, Сакура. - Не прощен. - И что мне теперь делать? Я задумчиво посмотрела на лукавую физиономию. - Нужно время на раздумья. - Как пожелаешь. – парень отвесил небольшой поклон. - Хватит паясничать! - Хватит вредничать! Я насупилась. - У меня вообще-то есть к тебе серьезный разговор. - Какой еще разговор? – напрягся блондин. - Это касается.. - Сакура, - прервал он меня. – Если ты о свадьбе, то думать об этом еще слишком рано, я к такому пока не готов. - А? – мне показалось, будто я ослышалась. - Ты уж извини, но давай пока узнаем друг друга получше, а разговоры о женитьбе сейчас будут нас только с толку сбивать. - Ты вообще о чём? – у меня нервно задергалась бровь. – О какой такой свадьбе речь? - О нашей. – спокойно отозвался он; я вздрогнула. - И с какого русла, позволь узнать, тебе течением принесло такие мысли? - Так ты ж сама сказала. - Что? – мой голос снова начал вытягиваться в звонкую струну. - Что хочешь за меня замуж. - Когда? – подскочила я, едва не соскользнув с павлина. - Тогда, когда мирно похрапывала у меня на коленях. - Врешь! Я ведь спала! - Ага, и судя по всему, тебе что-то снилось. Я так понял, что снился тебе я, потому что ты один-единственный раз пробормотала мое имя и слово «замуж». - Эээ, - краска на лице поднялась до кончиков волос. Вот это подстава! Во время моей так называемой полудремы, я анализировала свою жизнь и представляла себе, что бы было, не стань я шиноби. В моей голове сквозили мысли о возможном раннем замужестве, но о Дейдаре я в тот момент не думала! Он врет! - Не было такого! - дрожащим голосом возразила я. - Да? – изогнул бровь Дей. – Тогда откуда я это взял? Придумал? - Кто тебя знает, - понеслась в атаку я. – И я не храплю! Это ты точно выдумал, чтобы подколоть меня! - Ну не храпишь, ладно, но сказала точно так. - Не верю. – скрипнула я зубами. – Еще скажи, что в любви к тебе признавалась. - А могло быть? – тут же среагировал он. - И не мечтай, - возопила я. – Да и замуж нисколечко не хочу, а тем более за тебя! - Почему? Я растерялась. Весь мой пыл куда-то подевался, на ум не приходило ровным счётом ничего. - Сакура, - позвал подрывник, я подняла глаза. - В темноте не разглядишь, но, однако ты покраснела. - Перестань издеваться надо мной! – не выдержала я. – Какой тебе от этого толк? Посмеяться над моей реакцией, когда сам же загоняешь меня в угол? Мало я тебя смешила? Может, я закончу уже на сегодня свою работу в качестве шута? - Ну ты чего, - растерянно начал он и осторожно взял меня за плечи. – Я ведь действительно просто шучу, стараюсь поднять тебе настроение. - Ты мне его не поднимаешь! – его намеки о замужестве вскрыли давнюю сердечную рану; четыре года назад, когда все было относительно спокойно и все мои друзья были рядом, я грезила о Саске и представляла свою будущую семейную жизнь только с ним. - Прости тогда, - Дейдара прижал меня к себе. – Не буду больше. - Не будет у нас этой жизни, - с отчаянием произнесла я. – Нам ведь просто не дадут ни шанса на мирное существование! Мы воины.. Мы оружие.. У нас нет права на спокойную жизнь. - Не говори так. – с грустью отозвался он. – Мужчины должны быть этим оружием. Не женщины. У тебя будет эта жизнь, Сакура, даю тебе слово. - Женщины так же рождаются шиноби. Здесь нет никаких распределений, кто должен, а кто нет. Мы все равны. - Остаюсь при своем мнении, что слабый пол остается слабым. - Никакой мы не слабый пол! – разозлилась я, отстраняясь. – Между нами девочками, способен ты обрушить часть скалы одним ударом? - Между нами девочками, способна ты создать взрыв, уничтожающий всё на своем пути в радиусе десятка километров? Я надулась. - Каждый хорош по-своему! Ты готовить зато не умеешь! - А вот и неправда! Готовлю и еще как! - С трудом верится! - Это почему? - Разве такому увлеченному мастеру остается время для кулинарии? - Знаешь, когда тебя одного в возрасте пяти лет бросает мать, как-то до не до принципов. Есть захочешь – приготовишь. Меня словно окатили ледяной водой. - Твоя мама.. бросила тебя?.. - Эка невидаль, да мы почти все здесь такие. Выросшие без родителей. После ухода матери меня взял на попечение третий Тсучикаге. Я бы не сказал, что у меня было трудное детство. Но без особой заботы и опеки я научился всему в раннем детстве. Вот. Он выпрямился и гордо вздернул подбородок. На лице читалось обычное легкое самодовольство и, хотя глаза и были закрыты, я не могла разглядеть горечь или обиду. Начала страдать про свое, теперь буду думать о другом. Быстро же он, однако, отвлек меня от моих самобичеваний. - Ты молодец, - я погладила его по руке. – Другого от тебя просто и не ожидалось. Дейдара удивленно открыл глаза. - Как-нибудь проверим твои кулинарные навыки. - подмигнула я. – Угостишь ведь своим вкусным искусством? - Угощу, - разулыбался голубоглазый и у меня отлегло на сердце. Не хочу, чтобы ему даже на мгновения было грустно. Хотя, вида-то он не показывает. - Дей, – начала я. – И всё же, я хочу кое-что спросить. - Валяй. - Кто такой Яхико? - Так ведь и знал, что привяжешься с этим вопросом. - Что значит привяжусь? Разве я не имею права знать? Я ведь уже давным-давно в Акацки, чёрт возьми! - Давным-давно? – хмыкнул он. – Неполные две недели для тебя большой срок? - Включи еще те дни, когда вы охотились за мной и как мы с тобой вытаскивали из озера черепаху-переростка! – рявкнула я. – Расскажи мне, я должна знать! - Да уж, видно деваться мне всё равно некуда. – блондин завел руки за голову. – Сакура, я сам мало что знаю, и не факт, что эта информация тебе понравится. - Не имеет значения. Я просто хочу быть в курсе основных событий. - Ну хорошо. Тогда сначала сама расскажи мне, что ты знаешь о стране Дождя? Я задумалась. - Граничит с тремя великими державами – Огнем, Землей, Ветром и еще какими-то тремя… Сама по себе очень маленькая по территории. Называется так, потому что выпадает очень много осадков. Столица – Амегакуре. - Не густо. - А что еще я должна знать? – взвилась я. - Например, что с ней происходило во время Великих войн шиноби? - Не знаю. - Ну, Сакура, по истории видно, у тебя два. - Нам мало что рассказывают о других странах! В большинстве это информация о географическом положении и климате, а также о нынешнем правителе! О стране Дождя вообще мало кто заикался в академии, основная информация строго конфиденциальна и знающий не имеет права ее разглашать! - Ну-ну, уймись, я понял. Страна Дождя или Аме но Куни была самым настоящим яблоком раздора во время Мировых войн. Точнее полем боевых действий. Как ты уже сама догадалась, основные военные действия на ее территории велись между страной Огня, а также странами Земли и Ветра. - Вот как? – проморботала я. – Начало уже неприятное. - А дальше будет еще хуже. – «успокоил» меня Дей. - Три сироты из Амегакуре: Конан, Яхико и Нагато больше всего в этой жизни ненавидели войну. Она отняла у них всё: родителей, близких, друзей, родной дом… С раннего детства три друга стали сообща бороться за свое существование. Но жестокость того времени с легкостью забрала бы их жизни, не встреть они на своем пути одного из трех легендарных саннинов, который впоследствии стал их учителем и благодаря которому они, обучившись искусству ниндзя, стали выдающимися шиноби. Я вздрогнула. - Саннин? Кто же это? Если организация Акацки пустила корни в Амегакуре, откуда произошли Конан и Пейн, а потом к ней присоединился Орочимару, значит, он был их учителем? А откуда тогда потом взялся этот ваш нынешний босс? - Ты ошибаешься. Учителем Конан, Яхико и Нагато стал великий жабий отшельник Джирайя. - Джирайя-сенсей?! – подскочила я. – Невероятно! - Во время второй Мировой войны тогдашний правитель Аме – Ханзо сражался с будущими великими саннинами Орочимару, Цунадэ и Джирайей. За то, что они выжили в битве с ним он и нарек их званием саннинов. Что же касается Пейна, то он и есть Яхико, несмотря на то, что умер десять лет тому назад. У меня закружилась голова. - Кто умер? - Сакура, ты вообще меня не слушаешь. Я же говорю, друзья детства и товарищи по несчастной судьбе – Конан, Яхико, Нагато… Последний обладает риннеганом, и именно он стал основателем Акацки. - А как же Пейн, который всего-навсего умерший Яхико? Помнится, ты говорил мне, что это он и Конан основали «Рассвет»! - Так Пейн это и есть Нагато. Еще немного и моя голова лопнет. - ДЕЙДАРА! Ты можешь мне по-человечески объяснить, что всё это значит??? - Постараюсь. – выдохнул он. – Значит так. Уже во время третьей Мировой, три сироты из Амегакуре создают свой собственный отряд. Обученные великим саннином, они стали представлять нешуточную угрозу для тогдашнего правителя Ханзо. Он боялся, что из-за них его авторитет подорвется, и власть плавно перейдет в руки к Яхико, который на то время являлся командиром отряда. Этот самый отряд был создан товарищами по несчастью лишь с одной единственной целью – положить конец войне. Устав от бесконечных людских страданий и непрекращающихся рек крови, Конан, Яхико и Нагато дали друг другу слово – сделать этот мир чуточку лучше. Как выяснилось позже, они переняли это от своего наставника Джирайи. Однако, радужные мечты не имели своего места в будущем. Захотев подписать мирный договор со страной Огня, то есть с твоей родной деревней Конохой, Ханзо, дабы укрепить свою власть, решил встретиться с шиноби из скрытого Листа и вызвал отряд Яхико как своего рода подкрепление, тем самым как бы давая обещание: «войн больше не будет, я на вашей стороне». Но это была лишь ловушка, исход которой коренным образом изменил дальнейшие жизни трех сплотившихся сирот. Ханзо захватил в заложники Конан и потребовал от Нагато убить Яхико. Девушка кричала, чтобы они бросили ее, но Яхико бы не смог допустить смерть подруги детства. А Нагато не мог убить своего лучшего друга. Тогда Яхико принял единственное возможное решение за всех. Так как цена за жизнь Конан была его собственная смерть, он с размаху налетел на кунай Нагато, пронзив тем самым свое тело. «Ты и Конан должны жить, неважно какой ценой» - такими были его последние слова. Гибель близкого человека на глазах пробудила в риннегане Нагато до сих пор тщательно скрываемую мощь. Тогда он уничтожил всех: отряд Ханзо, подразделение АНБУ Конохи, прибывшее для заключения мирного договора, но которое впоследствии оказалось врагом отряда Яхико. Верхушки стран плели интригу за интригой, Ханзо хотел поддержки от Огня, чтобы укрепить власть на своих землях, Данзо – руководитель АНБУ скрытого Листа хотел получить титул Хокаге и согласился помочь Ханзо уничтожить отряд Яхико, чтобы укрепить свои полномочия в родной стране. Впоследствии Нагато покончил с тогдашним правителем Аме и убил всех его приспешников, таким образом, вместе с Конан возглавляя страну Дождя. Одной из способностей риннегана является контроль над умершим человеком. Наделяя труп таким же риннеганом, пользователь создает свою марионетку, тем самым можно сказать, возвращая эту оболочку к жизни, но уже вдыхая в нее часть собственной души. Это тело полностью подчиняется Нагато. Оно управляется им и скрывает за своей личиной истинное лицо создателя. Пейн – это тело Яхико, наделенное риннеганом и управляемое Нагато. Где находится сам Нагато известно лишь Конан. Дейдара замолчал. С трудом переваривая шквал обрушившейся информация, я смогла выдавить из себя лишь один-единственный вопрос: - Сам-то ты.. откуда это знаешь? - Жители Амегакуре помнят. Хоть они и привыкли держать язык за зубами, так как через дождь Пейн слышит каждого в деревне, но на самом же деле они его боготворят. Только после прихода Пейна в стране появился долгожданный мир. Есть еще свидетели событий десятилетней давности и разговорить их было ох как непросто, но всё же нам с Сасори это удалось. Хотя наш мастер и сам был участником третьей Мировой и знает их историю не понаслышке. - Что??? – покачнулась я. – Еще и этот тут замешан? Нет, нет, не хочу больше ничего слышать. Только ответь на еще один вопрос. - Постараюсь. - Зачем Нагато и Конан основали «Рассвет»? В ответ не раздалось ни звука. - Дееей.. – я потрясла его за рукав плаща. - На этот вопрос ты найдешь ответ сама. Знай только одно – я тут сам по себе. Меня не интересуют мотивы давних друзей. Каждый из нас преследует свои собственные цели. Я же тут просто от скуки. - Но если они начнут войну, как сказал мне не так давно Пейн, то есть Нагато и.. Ладно, пусть он останется Пейном! Так вот если всё-таки это случится.. На чьей ты будешь стороне? - А у меня есть варианты? – хмыкнул парень. - Но ты только что сказал, что тебе плевать на их мотивы! - Они дают мне работу, точнее Нагато дает работу всем нам и мы ее выполняем. Последствия не интересны, важен лишь сам процесс. - Да что ж он вам такого всем наплел, что даже такой как Какузу и Хидан встали на его сторону! - Они не есть хорошие люди с самого начала. - Но Нагато ведь был хорошим! Разве нет?! Они с Конан и Яхико хотели положить конец войне, стали миротворцами, так почему теперь они хотят спровоцировать четвертую волну опустошений? Неужели это всё из-за гибели Яхико?? Но Нагато ведь отомстил.. Все давным-давно мертвы.. - Прошлое не похоронишь, Сакура, - вдруг жестко сказал нукенин. – Тебе следует знать еще один момент. - Ккакой? – от его слов мое сердце скрутил болезненный спазм. - Нагато ненавидит Коноху. Шиноби, убившие его родителей и чуть было не прикончившие его самого – были солдатами твоей родной деревни. Даже несмотря на то, что его учителем стал саннин из Конохи, который сумел вдохнуть в него по началу правильный гуманный дух, после смерти Яхико привычный, устоявшийся внутренний мир Нагато развалился на куски. Для него он был человеком, которому носитель риннегана был обязан жизнью, человеком, с которым он разделил свои мечты, самым близким другом, ради которого он отдал бы всё на свете. И когда Яхико не стало, единственным желанием Нагато стало осознание того, что этот мир познает боль. Его любимая страна, бывшая лишь марионеткой Конохи, Ивагакуре и иже с ними, заслуживает право на месть. И сейчас для него нет более желанной цели, чем полное уничтожение скрытого Листа.