Меняя ход событий

- И.., И.., И.., - начала заикаться я. – И.., И…. - И? – парень зашагал ко мне. – Кто такой И? - Итачииии! – взвыла я, вскакивая на ноги и бросаясь к нему на грудь. – Когда ты успел воскреснуть, ты, великий запудриватель головного мозга?! - Полегче, Сакура. – Учиха-старший отпрянул в сторону. – Мне сейчас не до объятий. Я затормозила. - У тебя что-то сломано? Все верно. Воскреснуть-то он воскрес, а вот над ранами еще придется покорпеть. - Не знаю. – мой наставник отрешенно поглядел на свою порванную одежду. – Но тело ломит просто адски. - Тогда ложись, - всхлипнула я. – Буду лечить. - Куда? – поднял бровь Итачи. – Тут кругом одни обломки. К тому же с неба льет как из ведра. - А есть другие варианты? Телепортируемся в ближайшую больницу? - Сначала вылечи его. - акацки указал на Саске и при этом на его лицо осела тень беспокойства. - Да что ему будет, - отмахнулась я, покорно подходя к бывшему напарнику. – Так, зеленкой подмазать, перекисью промыть. То, как я заговорила о младшем, старшему не понравилось. Чувствуя спиной недобрую ауру, я опустилась на колени и засветила руки исцеляющей энергией. Ничего не могу поделать. Злость за Итачи берет верх, и никакого сострадания к Саске я попросту не испытываю. Состояние его, конечно же, оставляло желать лучшего, но на первых порах обойдемся просто «становлением на ноги». Кстати, о ногах. Что все-таки мешает мне в карманах? Как ни присяду, в бедра впивается что-то острое и настораживающее. - Как он? – Итачи склонился над самым моим ухом. - Не могу понять, откуда у него кровь на лбу. Раны там нет. Старший промолчал. Грудь Саске начала вздыматься чуть оживленней, когда спасительная чакра ирьенина завладела его ранами и небольшими гематомами на теле. - Залечи внутренние органы, наружные повреждения оставь на потом. Они не страшны. - Давай я сама решу, ага? – я прервала исцеляющую технику и сунула руки в карманы. Сил нет терпеть эти колющие штуки. С удивлением воззрившись на вытащенные ампулы, которые еще совсем недавно мирно полеживали у меня в аптечке, я едва сдержала радостный вскрик. Этим самым лекарством я уже лечила бывшего товарища в тот раз, когда мы схлестнулись с ним в битву после четырехгодичной разлуки. Дейдара подложил мне их, не иначе! Слазил в аптечку, перед тем как идти меня вызволять. Господи, какой молодец. Ведь как в воду глядел! Они сейчас мне сэкономят кучу времени. Ай да Дей! Ай да Конан! Ай да Сасори и Хидан! Я перед вами в таком долгу, ребята. - Что это? - О, это очень хорошая вещь. Просто замечательная. Глотни-ка. Я отломала горлышко у одной ампулы и протянула ее Итачи. - Что это? – повторил он, аккуратно зажав лекарство меж пальцев. - Твое ускоренное восстановление. Пей. Парень, помедлив, опрокинул в себя целительную жидкость. - Гадость. – тут же сообщилось мне. Я отползла к голове Саске и аккуратно приподняла его свободной рукой. Откупорила еще одну «бутылочку» и поднесла к его губам. - Саске, пей. Тот покорно приоткрыл рот. Доля секунды и его пищевод обожгла концентрированная смесь. Младший чуть приоткрыл глаза и, конечно же, хрипло закашлял. - Что за дрянь ты в меня влила? - Вот мы и очнулись, - удовлетворенно произнесла я, готовя следующую ампулу. – Выпей-ка еще. Бывший напарник послушно «скушал» и эту. - Черт, - кашель его усилился, зато появилась энергия, и он перекатился на бок. – Жжет. - Зато ты почти на ногах. – я поднялась с мокрой земли. Разгневанная погода продолжала поливать нас ледяным дождем, черное пламя неустанно обгладывало останки деревьев и камней, перекидывалось на другую площадь и неумолимо приближалось к нам. Зажав в ладони оставшееся лекарство, я обернулась к старшему, и невольно окаменела от его взора, направленного на Саске. Не знаю, хватит ли слов, чтобы описать этот раздирающий душу взгляд. Он смотрел на него со смесью огромного облегчения, радости, волнения, непередаваемой горечи и немалой толики страха. Так люди на берегу смотрят с дикой надеждой на приближающиеся шлюпки с потонувшего корабля, ожидая увидеть среди остальных спасшихся родное лицо близкого человека. И когда они, наконец, различают то самое лицо, их глаза покидает стальная тревога и страх, и они загораются искрами счастья. Взор Итачи воплощал же все сразу, и мне было больно видеть его огорчение. Огорчение от того, что план не удался и сейчас он вопреки всем жертвам и обманам стоит перед ним живой. Учиха-младший и сам все понимал, поэтому не решался повернуть голову и посмотреть в глаза брату. Он лишь поднялся на ноги и, чувствуя спиной его взгляд, напряженно заскользил агатовыми очами по неугомонно вспыхивающему молниями горизонту. Ощущая себя не в своей тарелке, я тихо подкралась к старшему и легонько тронула его за плечо. Нукенин медленно, словно нехотя, обернулся ко мне и судорожно вдохнул пропитанный влажной гарью воздух. Я поднялась на цыпочки и, чтобы услышал только он, шепнула ему на ухо: - Он сам попросил вернуть тебя. Акацки чуть покачнулся и плотно сжал челюсть. - Выпей, - я подала ему очередную порцию чудо-жидкости и сделала шаг навстречу Саске. Говорить буду отсюда. - Итак! – как можно более оптимистично начала я, но тут же предательски осипла. Напряжение между двумя братьями стало просто невыносимым. Младший упорно хранил молчание и не поворачивался, старший теперь лазил глазами по жуткому пламени. - Кха-кха, - повторила попытку я. – Теперь вы двое относительно живы и здоровы. Ну, то есть, кое-кто из вас и был жив, а.. Я запнулась. Напряжение усилилось. Гудение огня уже начало существенно жалить нервы. Но никто из родственников, казалось, не замечал подступающей жаркой угрозы. - Короче, - мое терпение стало плавно подходить к концу. – Разберетесь друг с другом потом, а сейчас, Бога ради, давайте уйдем отсюда или.. ИТАЧИ! Я уже почти что кричала. Тот перевел на меня блуждающий взор. - Останови это! – я указала на масштабы бедствия. – Иначе мы сгорим! Это ведь по-любому твоих глаз дело!! Сенсей растерянно моргнул, потом посмотрел на мои раскинутые руки, вздохнул, прикрыл веки и.. Он настолько резко открыл кроваво-красные глаза, что я едва не шарахнулась в сторону. Черное пламя завыло еще сильнее, но, спустя секунды, податливо покорилось мощному мангекё и исчезло с просторов бывшего храма. - Фух, - выдохнула я, ковыряя кончиком сапога мелкие камни. – Одним делом меньше. Но все-таки давайте найдем место посуше. - Идти сможешь? – внезапно резко спросил старший. - Коне.. – недоуменно начала я, но замолкла под отрывистым ответом Саске: - Смогу. И как это он понял, что вопрос предназначался ему? Затылком, что ли? - Тогда за мной. Тут недалеко есть заброшенный дом. Там остановимся ненадолго. И мы пошли. Молча, держась друг от друга на расстоянии, пробираясь через противные скользкие камни, пачкаясь в черной саже и то и дело ступая в глубокие, холодные лужи. Весь мой запал вселенской радости испарился без следа. Нет, конечно же, я была счастлива такому исходу событий, но вот только угрюмо-тоскливое состояние братьев убивало всяческие попытки ликовать и смеяться. Через некоторое время, выйдя на широкую дорогу мы, наконец, смогли выровнять шаги. Теперь шли не друг за другом, а все вместе, но все так же на предельно ясной дистанции. Оба родственника прихрамывали, но старались задавать приличный темп. Хотя, наверное, у них все еще жутко болит. По прошествии двадцать пятой минуты ходьбы по ровной дороге я уже всерьез начала задумываться об их безмолвном соревновании. В догонялки играют, что ли?! Или это состязание «кто последний, тот слабак?» Чтобы не участвовать в их, судя по всему, семейных комплексах, я нарочно отстала и постаралась не злиться, а объяснить все с точки зрения психологии. Вполне вероятно, что они ведут себя так на подсознательном уровне. Оба ведь давным-давно взрослые уже. Но не успела я построить и половины своей гениальной теории, как меня окликнул Итачи. - Чего? – я подбежала к нему. - Что ты там волочишься еле-еле? - Мне так комфортнее. Наставник поджал губы и понизил голос: - Саске, кажется, уже кое-как передвигает ноги. А идти еще прилично. Иди помоги ему. - Ампулу больше не дам. Их поберечь надо. А лечить на ходу не смогу, давайте сделаем привал. - Не надо лечить. Просто придерживай его по пути. - Твой брат - ты его и волоки. – незамедлительно отреагировала я и тут же получила тычок в бок. Насупившись, я потопала к младшему и взяла его за руку. - Обопрись на меня, так тебе будет легче идти. - Мне не нужна помощь. – раздраженно бросил тот, отобрав у меня свою конечность. Я пожала плечами и вернулась к старшему. - Он сказал – сам дойдет. - Сакура, - зашипел Учиха. – Ему тяжело идти, он же ранен. Хватит паясничать. - А ты не ранен? – скептически поинтересовалась я, окидывая его профессиональным взглядом. - Ему ведь досталось от Тоби. - Кого? – не поняла я. Парень закатил глаза. - А, - догадалась я. – Тот гавнюк в маске! Бывший товарищ подозрительно покосился в нашу сторону на мой вопль. - Тише, - шикнул его брат. – Да, он самый. Состояние Саске куда хуже, чем мое, так что помоги ему. Пожалуйста. Я вновь потащилась ко второму Учихе. - Обопрись на меня. - Сам дойду. – и только зубы скрипнули. - Сомневаюсь, - вздохнула я и насильно перекинула его левую руку себе на шею. – Не вредничай, тебе ведь действительно больно. Он вроде и попытался еще для приличия повозиться, но через пол минуты сдался и позволил себя немного нести. Тяжести от его тела совсем не ощущалось, только вот темп пришлось поубавить, так как оба брата вскоре стали проигрывать мне в скорости. Мы шагали уже под относительно спокойным небом, которое сменило гнев на милость и теперь полоскало нас лишь колкой моросью. Глаза радовались родным пейзажам страны Огня, любовались знакомыми сопками и старались не глядеть в сторону самого любимого места на этой земле, в которое я поклялась во что бы то ни стало вернуться полтора месяца назад. Спустя еще какое-то время моя «ноша» принялась заметно тяжелеть, ноги произвольно тормозить, а голова бывшего напарника все чаще падать мне на плечо. - Потерпи еще чуток. – подбодрила я, покрепче придерживая его тело. – Недолго осталось. Обеспокоившись его состоянием, я быстро проверила взглядом Итачи. Учиха-старший вдруг как-то неловко отвернулся и машинально потер шею от сковавшего болевого ощущения. Я нахмурилась. Так-так, они оба изранены, ампулы только дали живительный прилив сил, но ничего не залечили. Надо бы делать привал, а то, чует мое сердце, провожусь я с ними до вечера. И чего это мой наставник отворачивается? Не хочет, чтобы я замечала его взор? Еще полкилометра и голова Саске почти поселилась на моем плече. На мгновение меня сковали престранные ощущения. Все бы за это отдала еще каких-то три месяца назад. Когда была глупой, влюбленной, жившей только ожиданием нашей с ним встречи девчонкой. А теперь судьба расставила для меня совершенно другие приоритеты. Теперь я живу мыслью о доме, о сохранении жизни своих родных и близких, о мире, существование которого сейчас кажется таким призрачным и далеким. Очнувшись от внезапно нахлынувших размышлений, я решила подловить второго братца и осторожно скосила на него глаза. Вид довольного и странно умиротворенного Итачи, бросавшего на нас украдкой взгляды, побудил едва ли не уронить челюсть, но я сдержалась. Что же это получается? Старшему нравится то, как Саске непроизвольно навалился на меня или то, как я покорно, можно сказать, его тащу? Сделав судорожный вдох и немного размяв затекшую шею, я уставилась в светлеющие сгустки облаков и неожиданно запнулась о небольшой камень. «Видел бы сейчас вас Дейдара, - ужаснулся мой мозг. – Тогда буря от крыльев Ноа показалась бы легким бризом». Ну вот, посмотрела в небо, и сразу на ум пришел блондин. - Пришли. Низкий голос Итачи вернул в реальность и я, наконец-то, увидела нашу цель. Довольно большой и крепкий заброшенный дом находился всего в ста метрах от дороги и мрачно приветствовал нас своими тусклыми окнами. Мы свернули на заросшую травой тропу и, собирая всевозможные и невозможные капли осевшего дождя, пробрались к временному пристанищу. … Когда самые неприятные раны были залечены и все мало-мальски перевели дух, мы, голодные и уставшие, расселись по разным углам и погрузились каждый в свои мысли. В доме нашлась элементарная мебель в виде пары табуреток, стола и приличного на вид дивана, поэтому сидели не на голом полу, а даже в относительном комфорте. Долго тянуть молчание я не собиралась, так как витать в своих мыслях мне было бы лучше уже после разговора с Итачи. Последний же, наоборот, своим видом мало располагал к дружеской беседе, но нянчиться с ним, если тут уместно это слово, я более не могла. - Три вопроса. – резче, чем стоило начала я. – Я задам тебе только три вопроса. И ты дашь мне на них предельно ясные и развернутые ответы. Но если же ты откажешься сейчас говорить со мной – будь готов выслушивать вселенский скандал. - Когда это я отказывался говорить с тобой? – живо отозвался акацки, сверкнув потемневшими глазами. – И что за настрой такой? - От тебя передался, - я поджала под себя ноги и выпустила над телом легкий покров согревающей чакры. – Я, конечно, вовсе не ожидала хвалебных речей в свой адрес, но отношение ты хотя бы мог ко мне другое показать. Итачи устало откинулся на спинку дивана (его все-таки занял, а не табуретку, ну а как, старший же) и поднес пальцы к вискам. - Дай собраться с мыслями. - При мне сейчас будешь собираться, - не отступила я, уже разжалобившаяся видом его страшной внутренней борьбы. – Я, знаешь ли, тоже немало за эти дни пережила. Учиха-старший скрестил руки на груди. - Одно условие. Твои три вопроса и один мой. - Запросто, - кивнула я. – Только твои три ответа обязательны. - Как и твой. – хмыкнул он. – Причем он должен быть полный и времени тебе на раздумья не будет. - Нууу, - протянула я, теряясь в догадках по поводу темы загадочного вопроса, и одновременно подмечая, как рьяно Саске ловит каждое наше слово. – Не будет, так не будет, без разницы. - Хорошо. Начинай. От распиравших меня внутри горячих чувств я тряхнула головой и от нетерпения качнулась вперед. - Почему я так долго не могла воскресить тебя? Почему Лжемадара, видя твое состояние, все же ретировался с поля боя? И главное: на кого ты меня оставил и как вообще мог так со мной поступить? - Это уже целых четыре вопроса, - невозмутимо откликнулся наставник. – Убирай один. К моему горлу подкатила горькая обида. - Не уберу. Отвечай. Итачи сделал глубокий вздох. - С какого начать? - По порядку. – ответил за меня Саске, и мы оба инстинктивно повернули к нему головы. - Что ж, - старший внимательно сверлил младшего глазами. – Я не особо в курсе воскрешающих способностей Сакуры, поэтому не имею понятия «почему так долго». Но если вы думаете, что не возвращался я специально, то позвольте вас разубедить. Я пришел в себя тогда, когда Саске вступил в краткую схватку с Тоби. Дальше действовал уже молниеносно. Ответ второй. Лжемадара действительно ясно подметил мое состояние, и оно ему как раз и не понравилось. Ты вытащила меня с того света, дав новую жизнь, обновив все мои способности и навыки. Пусть я был не в очень хорошей физической форме, но силу моих глаз никто не отменял. К тому же не сбрасывай со счетов себя саму, ты сильный шиноби, обладающий техникой мгновенного уничтожения, и при нашем правильном союзе, в бою ему пришлось бы очень плохо. Ответ последний. Оставил я тебя на саму себя, а вот как уж с кем поступать – сугубо мое личное дело и я ни перед кем не обязан отчитываться за свои решения. Вторую часть своего «отчета» он произнес уже всецело переключившись на меня, давая понять, что не даст расспрашивать себя дальше и в случае чего так же резко будет ставить на место. По привычке нахмурив брови, я мрачно уставилась на давно неметеный пол и с сожалением признала, что выиграть словесную битву у него, мне не удастся, наверное, никогда. - А вот теперь мой черед. – Итачи даже как-то взбодрился. – Только мне нужны твои глаза. Я нехотя подняла на него взгляд. - Всего один вопрос, Сакура. – старший стал еще серьезнее. Захотелось нервно сглотнуть. – Зачем ты это сделала? У меня зазвенело в ушах. Саске наклонился ближе, вытягиваясь в напряженную струну. - Что значит, зачем? – я облизнула пересохшие губы. – Ты сейчас издеваешься? - Нет. - Что ты хочешь услышать? – у меня предательски задрожали голосовые связки. - Правду. Ради кого или чего ты это сделала? Я уставилась на него непонимающим взором. - Ради Саске? – тихо спросил Учиха. Тот вздрогнул. - Ради себя? Я окаменела. - Или же ради Конохи? Меня стало ощутимо потряхивать. - Я говорил, что не дам времени на раздумья. Отвечай как на духу. - Как на духу, - медленно протянула я, поднимаясь на ноги. – Как на духу тебе, значит? Я отошла к окну, провожаемая двумя пристальными взглядами. - И с чего бы мне начать? – исстрадавшаяся душа жаждала реванша. – Знаешь, с тех пор как ты запудрил мне мозги, много чего произошло. Пожалуй, начну-ка я по порядку. Я резко обернулась к братьям. - С того самого момента, когда я отправила сюда Саске по твоему указу. Младший плотно сжал челюсть, старший плавно свел брови к переносице. - В тот день Пейн решил устроить мне проверку и собрал на территории башни целую толпу местных заключенных, которых я должна была безжалостно уничтожить семицветной в доказательство того, как сильно я преданна ему и какой ты на самом деле хороший учитель. Однако, по известным тебе причинам, я этого сделать, конечно же, не смогла и поэтому оказалась приговоренной к двухсловному приказу всевышнего «убейте ее». Но я не стала марать руки даже об озверевшую и возжелавшую моей смерти толпу и подалась в кратковременное бегство, которое закончилось для меня шокирующей встречей с Джирайей-сенсеем. Учихи продолжали мне сосредоточенно внимать. - Вскоре к нам присоединились Конан и Пейн, и прямо за Амегакуре, на озере.. – я задохнулась. Говорить ли мне все подробности или все же промолчать? – В общем, он его убил. А я сорвалась. Да. Итачи опустил взгляд, Саске засветил глаза неким подобием сочувствия. - Ну а после поднялась суматоха по поводу тебя. Был дан приказ найти Итачи. А где был наш Итачи? Правильно, наш Итачи уже принял решение выйти из игры. На следующее утро он вызвал меня к себе и устроил настоящий допрос с пристрастием. Быть может он еще и не все понял, но спокойной жизни теперь ни тебе, если ты, конечно, вернешься, ни мне не видать. Он в ярости. В ярости от того, что ты не сделал из меня его послушную марионетку. Едем дальше. От выходящего из-под контроля нервного напряжения я принялась ходить по комнате. - В наказание за мое поведение и непослушание, я ведь так и не сказала ему, где ты, меня посадили в домик. Да-да, ты определенно в курсе, в какой именно. Тут мне на руку сыграло внезапное сообщение о восьмихвостом, и по большому счету я была спасена Конан, которая прервала его допрос в самый кульминационный момент. Пейн был вынужден отправиться с ней прояснять ситуацию с биджу, а чтобы я не сбежала, меня посадили в лачужку, при этом установив мощный барьер, чтоб уж наверняка. И все бы было предельно плохо и драматично, никто бы сегодня не явился сюда и не помог двум братьям, если бы не отважная троица Дейдары, Сасори и Хидана, которая вызволила меня оттуда, еще и оставив на месте приманку в виде супер-клона, а ну да, в принципе, это уже неважно. Не важно, что они все подставили себя под удар. Не важно, что Пейн рвет и мечет по поводу тебя и совершенно не важно, что на меня у него теперь совсем другие планы. Не важно, что они запечатали семицветную, - на этих словах Итачи резко поднял голову. – Не важно, что у него есть шесть мега-сильных тел, которые практически невозможно убить, не важно, что с помощью всей вызволенной мощью хвостатых он собирается создать оружие, способное за считанные секунды стереть с лица земли целую страну. Не важно, что у нас теперь появилась новая головная боль в виде непонятно откуда взявшегося Лжемадары, который почему-то вдобавок оказался в плаще акацки!! И, конечно же, абсолютно не важно, что Пейн вот-вот пойдет на скрытый Лист. Я схватила с подоконника железную кружку и одним махом превратила ее в блин правой рукой. А потом с силой швырнула останки в пол, пробивая в грязных досках небольшую брешь. - Рано ты собрался на тот свет, Итачи, - яростно сверкнула глазами я. – И совершенно просчитался по поводу меня. Весь твой гипноз, все твои внушения спасали лишь по началу, когда ты был рядом, а потом все пошло прахом. И, отвечая на твой вопрос, говорю сразу и как на духу: спасала тебя - ради всех. Ради брата, которого ты окунул в океан лжи и ненависти, который уже почти потерян и которого только ты сможешь вновь вернуть на истинный путь; ради себя, потому что мне необходимы твои сила и ум; ради дома, который ты поклялся защищать и беречь, но который вот-вот канет в погибель, потому что кое-кто решил разрубить свой гордиев узел в слишком неподходящий момент. От нахлынувших чувств и эмоций меня заколотил будто бы электрический разряд. Щеки мои раскраснелись, сердце словно выпрыгивало из груди, а на глазах выступили слезы злости. Стало так жалко себя. Впервые за все время я поняла, что я всего лишь маленькая песчинка в этом суровом, безжалостном мире, что все мои ярые стремления и надежды высыхают росой под утренним солнцем, что я уже, к сожалению, ни во что и ни в кого не верю. Я прислонилась к холодной стене и прикрыла лицо ладонью. Не хочу их видеть. Не хочу их слышать. Хочу исчезнуть и никогда больше не встречаться ни с первым, ни с вторым. - Покоряются сильным, - неожиданно зазвучал спокойный голос старшего и, судя по звукам, он поднялся с дивана. – Но согласен, кое в чем я все же просчитался. - Кое в чем? – я убрала руку со лба. – Кое в чем??? - Для начала, - как ни в чем не бывало продолжил Итачи. – Поставлю-ка я тебе новую печать. Я спрятала руки за спину. Нукенин вздохнул и подошел ко мне. - Сакура, я понимаю, что подорвал твое доверие, но иначе поступить просто не мог. Прости. У меня защипало в носу. - Я так переживала за тебя.. - Я знаю. - А тебе на все плевать. - Не правда. – он положил ладонь мне на макушку. – Я очень горд тобой. Я смахнула его сентиментальный жест. - Хорошо б ты сейчас погордился на том свете. Парень усмехнулся. - Похвалы ждешь? - Дождешься от вас, - буркнула я, замечая как Саске наклонился влево, чтоб разглядеть наши действия. - Успеется. А пока что нам надо переделать кучу дел. - Правдааа? – воскликнула я, хлопнув себя по бокам. – Давно ли они у нас появились? - Не ерничай. – он схватил меня за запястье. – И не дергайся. Пришлось послушно затихнуть и позволить появиться на свет третьей печати контроля. А потом он внезапно поймал меня в иллюзию своего шарингана. - Зачем ты это сделал? – сердито спросила я. – Зачем опять копался в моей голове?! Я ведь все рассказала! Учиха был предельно задумчивым. - Я должен был увидеть все в мельчайших подробностях. - Да какое право.. - закипела я. - А вы молодцы, - он вдруг тыкнул меня пальцем в лоб. – Такое провернуть. Снимаю шляпу перед талантами.. - Пустяки, - отмахнулась я. – Не стоит сейчас об этом. Я обогнула Итачи и встала перед странно молчаливым Саске. Вид у него сейчас был какой-то заметно погрустневший. - Чего молчим? – поинтересовалась я. – Язык проглотил? - Разбирайтесь между собой сами. – с ноткой раздражения отреагировал тот. - Уже. – ответила я. – А теперь ваш черед. Чинно развернувшись, я прошествовала к выходу. - Думаю, надобность в моих откровениях пока отпала. Хотя знаете, доскажу-ка я еще кое-что. И один, и второй резко пронзили меня взглядами. - Во избежание дальнейших сомнений и перипетий касательно истинных мотивов твоего старшего брата, Саске, открою тебе одну тайну. - Сакура, - акацки сделал резкое движение вперед. - Итачи, стой. – Учиха-младший вскочил на ноги. – Пусть говорит. Брат неохотно отступил и заметно занервничал. - Благодарю. – кивнула я. – Так вот. Самая что ни на есть настоящая причина моего чудесного воскрешения после твоего неосторожного выпада катаной прямо мне в сердце, является наш с ним договор. Я указала на старшего. Брюнеты переглянулись. - Видишь ли, - я поймала озадаченный взор Саске. – Он настолько тебя любит, что заставил меня дать ему слово никогда не покидать моего друга детства и всю жизнь посвятить одному тебе, чтобы ты больше не оступался, чтобы ты смог вырваться из капкана ненависти, чтобы в конечном итоге помочь сбросить с тебя бремя мстителя и вернуть в нормальную жизнь. Мы скрепили договор, и именно он не дал мне отправиться на тот свет, на котором я все же немного, но побыла. Бывший напарник впился неверящим взглядом в старшего брата, а тот, в свою очередь, расстроено прикрыл веки и едва слышно что-то прошептал. - Сам такой, - на всякий случай сказала я и выскочила на улицу. ////ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: с дальнейшим выходом глав ожидаются задержки.////