Цветок без запаха

Тот день был знаменательным для Джэксона. С утра он ненавидел себя еще больше чем обычно. Его мальчик все таки сломался. Да, под его давлением и да, по его вине. Но по-другому Джэксон не мог. Он знал, что не достоин Марка, но и отказаться от него никогда не хватало сил. Вытворял вещи, что ниже морали и ниже грехов. Вытравлял любовь с сердца старшего с таким усердием, закрывая глаза на свою больную. Он любил, но не умел делать этого правильно. С каждой изменой он ненавидел его и себя все больше. Себя за то, что повторял, его за то, что снова прощал. В тот день он искал Марка. Он добился своего и проиграл. Он бессовестно таил надежду на прощение, бессовестно лгал себе, что это было в последний раз, но Марка не было. Был лишь разбитый Джинен у реанимационной палаты и носилки с укрытым белой простыней телом. Не самоубийство – несчастный случай. В тот день Джэксон умер тоже… В тот вечер Джэксон слышал его голос… хриплый и сонный. Он просил его посмотреть на себя, но каждый раз, когда Джэксон оборачивался, Марк исчезал, оставляя после себя реальность. Джэксон молил бога, что раз уж он сошел с ума, то пусть мерещиться не только голос. Он был согласен жить в этом мире иллюзий и галлюцинаций, лишь бы видеть его лицо. Но Марк все так же продолжал исчезать. Тогда Джэксон просто перестал искать его взглядом, а лишь разговаривал с ним. Марк как всегда был тихим и успокаивающим. Его голос звучал спокойно и, наверное, это и был его счастливый голос. В ту ночь Джэксон ехал в соседний город… с Марком. В ту ночь Марк был особенно напористым. Он все упрашивал Джэксона взглянуть на него. -Посмотри -Ты исчезнешь… -Не исчезну, посмотри же, - руль сжимается, дождь идет с большей силой -Я не могу -Посмотри же Джэксон, прошу, - скорость автомобиля доходит до максимума, мимо мазками пролетают деревья -Нет! -ДЖЭКСОН, ПОСМОТРИ НА МЕНЯ! – и Джэксон смотрит. Смотрит прямо в миндальные глаза, смотрит на длинные ресницы и грустную улыбку. Джэксон никогда не считал его бесцветным, для Джэксона Марк больше походил на дите луны, что скромно светит ночью, но пленяет своим мягким серебряным светом. Для Джэксона Марк был тем светом, который напоминал ему, что в нем еще осталось хоть что-то человечное. Для Джэксона Марк был единственным, кого он хотел бы любить правильно. Джэксон не только видит Марка, он касается его привычно холодной кожи, целует в губы на которых остался вкус кофе, он обнимает Марка, но уже не в этом мире.