Отрешённый ангел

Время остановилось. К сожалению, многие из нас, пусть поздно, но все-таки теряют интерес к белому свету, не имея возможности радоваться мелочам, как делали это прежде. Чужие успехи, празднества — теряя способность к сочувствию, людьми овладевает ноющее чувство, которое можно заглушить алкоголем или ещё какой дрянью изнутри. Вот только, не всегда и это помогает. Смерть? Это миф. По всей вселенной разбросанно столько неупокоевшихся душ, что волей-неволей начинаешь задумываться: «в чём же искать безмятежность?». — Всё сидишь и сидишь! Дряхлая старуха, осторожно опустила морщинистую ладонь на плечо своей внучки, но та даже не отреагировала. Уж слишком глубоко девушка ушла в собственные, не сказать что приятные мысли. Её взгляд был устремлён в сторону заброшенной деревни, которая расстилалась за огородами в пятистах метрах отсюда. С момента приезда и по сию минуту, девушка просидела возле окна, не вымолвив ни одного словечка, не сделав ни единого резкого движения. — Скольких ещё я должна похоронить, бабушка? — хрипло отозвалась недвижимая черноволосая девушка. — Я буду последней, Кама — нахмурив и без того хмурый лоб, проворчала женщина. — И больше не спрашивай меня о таком. Впиваясь ногтями в давно облупившуюся от краски скамью, девушка медленно отталкивалась, пытаясь подняться. — Ты ведь знала, что так случится, верно? — сухо поинтересовалась внучка, занавешивая огромное окно серым тюлем. — Ты знала… и молчала. — Тебе надо поспать! — строго приказала бабка, опуская на скамью небольшую склянку с тёмной жидкостью. — Выпей, успокойся и постарайся заснуть. Едва девушка взяла в руки диковинный пузырёк, она тут же выпустила его рук. С характерным звуком, осколки рассыпались по всему бревенчатому полу, вызывая у старухи приступ беспокойства, сопровождающийся охами и ахами. — Воротит уже от твоих зелий! — сквозь зубы процедила девушка, направляясь к двери. — Кама! — еле шурша ногами, бабка потопала следом. — Ты не должна делать глупостей, слышишь? Девушка притормозила на хрустящих ступеньках, и устало вздохнула. Пользуясь моментом, бабка сразу же ухватилась за чужой рукав тонкой вязаной кофты, не разрешая идти дальше. Приехать сюда — было ошибкой, да и не единственной. В надежде отыскать утешения, поддержку и хоть какую-то помощь в родной деревне, девчушка довольствовалась только успокоительными микстурами, которые лишь добавляли неприятных ощущений. — Моё рождение — вот настоящая глупость! — мягко освободившись от настойчивой руки, девушка двинулась к калитке, чувствуя спиной испепеляющий и тревожный взгляд своей родственницы. — Грядёт буря! — вдогонку крикнула старушка, но внучка её так и не услышала. Кама будто бы лишилась всех органов чувств, даже ходьба давалась ей сложно, так сложно, что приходилось часто останавливаться и уделять внимание отдыху. До леса было недалеко, но даже это крохотное расстояние казалось неимоверным. Девушка никогда не брала пример с городских жителей, которые достигали эйфории через походы в бары, клубы и прочие громкие заведения, она жаждала приложиться к земле, надышаться ею. Убедившись, что никого в округе нет, девушка сняла с себя босоножки и дальше засеменила уже босая. Зелёная осока игриво щекотала пятки и щиколотки, заставляя Каму беззаботно смеяться и забывать про тревоги. А уже у леса, красавица сняла с себя остатки одежды, открывая высоким елям свой обнажённый и девственный вид. Волосы, что были скручены в тугой пучок, так же избавились от зажимов и шпилек. Кама содрогалась всем телом, ощущая, как открывается природе и здешнему спокойствию; молча благодарила лесных духов, что те впустили её и не выставили вон. Сжимая кулачки, девушка побежала по узкой, едва заметной тропинке, что вела к озеру. Перепрыгивая шишки и сухие веточки, она рьяно, спешно и нетерпеливо мчалась к воде, думая лишь о том, как скорее встретиться с ней. Оказавшись на пустыре, Кама стряхнула свои кучерявые волосы с плеч и, задыхаясь, вытянула ладони вперёд. Прикрыв пушистые ресницы, девушка что-то тихо зашептала, но постепенно, её практически беззвучные тирады стали окрашиваться, приобретая громкость. Под тонкими пальцами вспыхнул огонь, сопровождающийся ледяными искрами. — Раз! — чётко произнесла девушка, опуская правую руку к земле. — Два… три! После третьего окрика, от пустыря не осталось и следа, вся поляна покрылась бурлящей водой. Победно улыбнувшись, Кама, наконец, открыла глаза. — Здравствуй! — ступив прямо в воду, девушка почтительно поклонилась озеру. Когда вода оказалась ей по пояс, Кама осторожно повалилась на спину и с замиранием сердца принялась рассматривать верхушки зелёных деревьев. До заката было долго, а жаль. Ей больше нравилось любоваться рваными облаками, целующимися с полусонными линиями пурпурного цвета, но и чистейшее небо ей так же было по вкусу. Чего душой кривить, Кама любила всё, кроме жизни. — Я знал, что ты здесь, — в одночасье, священную тишину нарушил мужской голос. — Я искал тебя. Девушка не испугалась непрошеного гостя, вероятно, она расслышала в его голосе какую-то особенность. Не каждый по своему желанию может попасть в это место, только избранным дано увидеть озеро и его окружение. Разводя руками воду, Кама медленно приближалась к берегу, при этом, не сводя своих чёрных глаз с высокого и статного юноши. Её смутило больше то, что он явился сюда в одежде… не правильно это. — Мы незнакомы! — отрезала девушка, ступая на сушу. — И я не хочу знакомиться с тобой. Теперь я чувствую запах, который от тебя исходит. Божественный запах. Он мне не нравится. — А мне не нравишься ты, Кама! — сверкнув карими глазами, юноша вцепился в руку девушки и силой притянул к себе. — Откуда ты знаешь? — ужаснулась та, округляя глаза. — Меня так бабушка называет. И никто больше! — Я знаю о тебе то, что знать другим непозволительно, — теперь же, парень грубо перевернул девичью руку запястьем вверх, выставляя на обзор шрам в виде зигзага. — Я знаю то, чего о себе не знаешь ты сама. В ту же минуту, шрам словно ожил. Подкожные узелки зашевелились, помогая зигзагу плясать на руке девушки. Эту нестерпимую боль Кама выдерживала изо всех сил, но стоило парню отпустить руку, как движения прекратились. Ужимая губы, брюнетка продолжала рассматривать запястье, ожидая повторения. Робко проведя пальчиком по поражённому участку кожи, Кама насупилась, полагая, что перед ней стоит натуральный демон. — Убирайся! Проваливай отсюда! — не контролируя свои эмоции, девушка принялась размахивать локтями, защищаясь от неизвестного типа. — Сатана. Демон! — Слушай, малахольная! — не желая терпеть напасти со стороны голой женщины, парень вмиг скрутил руки Камы в узел и прижал ещё мокрую спину девушки к своей груди. — Я не подхожу ни под одно из этих определений! И плевать я хотел на твои колдовские заморочки. — Кто ты такой? — прохрипела девушка, теряя остатки воздуха. Не успел тот ответить, как хрупкое тело размякло в его сильных руках. Кама безжизненно стала опускаться на землю, сквозь сон жадно глотая кислород. Немедля, парень мягко подхватила её и, не оглядываясь, вынес из священного леса.

***

Отблески утреннего света расстилались по белым простыням, постепенно доходя до лица спящей Камы. Нервно сев в незнакомой и довольно-таки просторной кровати, девушка осмотрела сначала комнату, а затем своё тело. Она не помнит, но когда-то на её ногах красовались ошмётки ила, а теперь, один запах чистоты кричал об его отсутствии. Мало того, Кама никак не ожидала увидеть на себе бесформенную тряпку, такого же кипельно-белого цвета. Вернув иссине-чёрные волосы на плечо, девушка трепетно подогнула под себя ноги и дрожа, приобняла их. — Я не выйду! — изо всех сил закричала напуганная Кама, глядя на запертую дверь. — Ты же знаешь, что моих сил не хватит на твоё безрассудство. Я не стану унижаться! Слышишь? Не стану! Он слышал, но никак не мог собрать остатки смелости, чтобы ворваться в её покои. Как-никак, а от ведьмы он мог ожидать чего угодно, от этого и делалась неспокойно. Только сейчас Кама могла услышать раскаты грома, доносящиеся издалека. Оттолкнув от себя многослойные простыни, она ринулась к окну. Толстым полотном по небу расстилались туманные тучи, поднимая под собой сильнейший ветер. Наглухо опустив створку пластикового окна, девушка вновь запрыгнула в кровать и сдавила собственные уши. — Нет! — кусая губы, бормотала девушка. — Зачем ты появился в моей жизни? С твоим приходом я понимаю, что мой конец близок. — Я не демон, — пронизывающий голос того самого незнакомца заполз в её голову. — Ты посланник Бога, ведь так? — роняя крупные слёзы на подушку, лепетала Кама, всё-таки веря, что это не может быть правдой. — Я твой ангел-хранитель, Кама! Убрав руки от головы, девушка нехотя приоткрыла глаза и посмотрела на рядом стоящего человека. Да, это обман. Кама не обнаружила светящегося нимба, крыльев за его спиной и даже факт того, что парень стоит на полу, а не витает в воздухе — раззадорил её. — Лжец! — сквозь слёзы пролепетала та, отползая к краю кровати. — Нет, это правда! И знаешь, я сделал то, из-за чего возненавидел тебя сильнее! — монотонный и не меняющийся голос этого человека пугал ведьму сильнее, а его короткие приближающиеся шаги и вовсе вгоняли в девушку в истерику. — Я отрёкся от тебя, Кама. Просто взял и отрешился. — Не приближайся! — взмолилась рыдающая девушка. — Каково это чувствовать себя незащищённой и слабой? — склоняясь над заплаканной ведьмой, поинтересовался парень. — Ты ведь уже знаешь, как сложно придётся ведьме без поддержки всевышнего, хотя сама его отрицаешь и искренне ненавидишь. — Тебе не убить меня… — Да, ты права! — ехидно улыбнувшись, юноша кивнул на горящее запястье девушки. — Тебя убьёт тот, кто поставил это клеймо! И я право надеюсь, что это произойдёт уже завтра… после сумерек.