Я хочу быть бариста

      — Ваш капучино.       Я доделал «розетту» и отдал стакан девушке. Она улыбнулась и смущенно поблагодарила меня. Прости, но я не той натуры. Не строй мне глазки. Бесит. Ужасно бесят эти «девочки-няшки».       Чёрт! Как же хочется вырваться из этого идиотизма!       —Ян, ты оглох что ли?       Из раздумий меня вывел Лука.       — Что?       — Сделай мне два фреша, говорю. Ты что, опять отошёл?       — Заткнись, придурок.       Я отвернулся от официанта. Подойдя к холодильнику, стал доставать апельсины, яблоки и только тут до меня дошло. Я не спросил какой — рука лицо.       —Тупица. — Раздался шёпот над правым ухом.       Я вздрогнул, оборачиваясь. Лука обошёл стойку, незаметно подкравшись ко мне.       — Хорош паниковать. Иначе мы с Владом снова накормим тебя. В конце-то концов, ты сам захотел работать. Так что нечего впадать в ступор.       — Отвали, со мной всё в порядке.       — Да мне похуй, работать мешаешь. Чаевые делить с тобой не собираюсь.       — Тц… Иди Влада проси поработать за тебя.       Развернулся и ушёл к своей любимой La Marzocco. С ней и то проще.              — Ян, сделай мне красоту, пожалуйста.       — Тебе, Лена, что угодно. — Я улыбнулся стажёрке.       Ну, хоть один человек, не донимал меня флиртом и расспросами. Не знаю, в чём заключалась такая чистая и непринужденная любовь к этой девчушке. Но с первых дней она мне понравилась. Жаль, что её не интересует кофе.       Я решил потренироваться и вырисовывал на поверхности эспрессо «лебединое озеро». Хотя я не люблю применять топпинги в латте-арте, для Лены, раскрасил рисунок. Девушка восхищенно наблюдала за моими движениями.       — А-а, ты просто нечто!       — Держи, малявка. Наслаждайся.       — Ян, —Она увлечённо фотографировала чашку с разных сторон. —Ты обязательно выиграешь! — Посмотрела, лучезарно улыбнулась и бережно взяв чашку с «шедевром», ушла на кухню.       Я глубоко вздохнул. Мне бы их уверенности. Я вроде бы и не сомневался, но всё равно жутко переживал. Это странное чувство. Я точно знаю, что справлюсь на чемпионате. Без ошибок, четко и аккуратно. Но внутри где-то под ложечкой неприятно покалывает, отчего я паникую и раздражаюсь.       Народу было мало. Оглядел зал — возможных заказов на кофе не было. Предупредил старшего по смене и удалился на перекур.       Ну конечно, куда же без этой сладкой парочки.       Со стороны заднего входа в бар располагался внутренний двор, огороженный забором с одной стороны и воротами с другой. Сюда подъезжали машины с продуктами. Здесь же находился стол и пару лавочек под навесом. Наш небольшой кусочек свободы.       Сейчас за столом сидел Влад, наш повар и Лука. Влад почти лежал на официанте и что-то шептал ему на ухо. Заметив меня, он посмотрел и продолжил своё занятие.       — Ты хоть бы сделал вид. — Сажусь с противоположного края и закуриваю.       — Зачем? Это же ты. — Повар принял вертикальное положение.       — На твоё счастье.       Лука молча, курил, не обращая на нас внимания. Его выражение лица было настолько мрачным, впрочем, как всегда.       — Пойду, работать надо.       Влад встал и, проходя мимо меня, потрепал по голове, словно собаку. Резко вскидываю руку, но этот гад успевает отскочить, быстро забегая внутрь.       —Тц… — раздалось сзади.       Курить расхотелось. Выбросил недокуренную сигарету и ушёл на своё рабочее место.       Не скажу что мы враги. Да и откуда у современного человека в реальном мире есть враги? Просто мы испытываем друг к другу весьма бурные чувства.       В один прекрасный день мы собрались вместе и напились, затем покурили, ещё выпили и понеслось. До сих пор не помню, что было ночью. В квартире на утро я обнаружил только последствия. Не скажу, что меня мучает совесть или стыд. Уверен, удовольствие получил каждый из нас. Правда, это только моя позиция.       Работая в одном баре, мы после произошедшего почти не разговаривали. Не было истерик, слёз и криков. Что было, то прошло. А спустя месяц я заметил взгляды, которыми обменивается эта парочка. Прекрасно, может оно и к лучшему.       Я встряхнул головой, прогоняя ненужные мысли. Вытирая панарелло, я вспомнил, как всё начиналось.              Пять лет назад, я только-только начинал постигать искусство работы бариста.       Теоретических знаний было предостаточно, но вот практики маловато. Мои поиски работы бариста начались с ресторанов и кафе. Такого понятия как «кофейня» не существовало. А кто такой бариста люди вообще не знали. Хотя мне всё-таки удалось найти несколько заведений, специализирующихся на кофе. Туда я и пошёл стажироваться.       Две недели я с удовольствием мчался на работу на велосипеде, преодолевая расстояние в десять километров с каждым разом всё быстрее и быстрее. Но, к сожалению меня не взяли. Не останавливаясь, я продолжил свои попытки. И спустя месяц меня практически без стажировки приняли в уличный киоск на должность бариста. Ничего особенного — просто павильон два на два, где есть всё необходимое для приготовления кофе. Только через некоторое время я понял, сколько недостатков на таком месте работы, но зато я мог совершенствоваться.       Помимо кофе, я всё более становился общительным. Нет, я не социофоб. Но временами всем хочется одиночества. А своё одиночество я предпочитаю проводить с кофе.       Всего через полтора месяца мои навыки в приготовлении кофейного ассортимента были близки к идеалу. И с готовки я переключился на освоение латте-арта. Вот здесь и вылезли все подводные камни. Вроде руки растут, откуда надо, но язык не поворачивается назвать мои художества чем-то вменяемым.       Каждый день с очередным заказом, я пробовал нарисовать самое простое «сердечко» и раз за разом терпел крах. Помню, как меня это жутко бесило. Возвращаясь, домой, я садился за компьютер и искал обучающие видео, статьи и всё что помогло бы мне освоить латте-арт. Я нашел, где у нас в городе можно было посетить платные курсы по освоению латте-арта. Но их стоимость запредельная. Поставив перед собой цель, я всеми силами стремился к ней. В рабочее время я не прекращал попыток нарисовать узор. Иногда, когда совсем уже раздражало всё, я разрисовывал стаканы. Посетителей это очень радовало. И постепенно я перешёл полностью на разукрашивание стаканов. Я не забыл о латте-арте, скорее взял перерыв.       Ещё через месяц, мне предложили обучать стажёров. Надбавка к зарплате не помешает — так я подумал об этой затее. Но это был ад! В моей голове никак не укладывалась мысль, что приходящие люди, просто ищут работу и деньги. Некоторые даже кофе терпеть не могут. Как? Как так можно? Постепенно я смирился. Не все такие кофейные задроты, как я. Заставлять людей думать также нельзя.       Всему приходит конец. Вот и киоск, в котором я работал и начал постигать искусство бариста — закрыли. Я так и не понял, в чём была причина. У начальства произошли какие-то тёрки то ли с администрацией района, то ли с другими людьми, стоящими выше. В общем, я остался на улице.       С одной стороны я готов был уже сдаться, но подсознательно знал — нет. И вновь поиски работы. Долго, нудно и порой непреодолимо. Мне казалось, что вот сейчас. Но в наше время люди не настолько придирчивы. Они готовы и растворимый Nescafe в пакетиках пить. А другие, при наличии финансов занимались позёрством. Меня это раздражало, но я старался не обращать внимания. Это их выбор. У меня же другая цель.       Вселенная иногда преподносит совсем уж странные пути. Хотя скорее это я не так высказал. Причина и следствие. Новая встреча и новая работа. О чём ещё можно мечтать? О многом, но я не об этом.       Впервые в моей жизни я повстречал людей близких по духу.       Вам знакомо чувство, когда вас переполняют страх и восторг одновременно? Это восхитительно! Мне предстояло снова обучаться в приготовлении кофе. К каждой кружке должен быть индивидуальный подход. И я с нетерпением продолжил совершенствование.       С новой машиной Victoria Arduino у нас возникли недопонимания. Я не мог привыкнуть к её леверной подаче. Как только я настраивал помол, то моя неопытность с подачей сжигала кофе. И всё приходилось делать заново. И чтобы не переводить продукт, я стал тренироваться с использованной «таблеткой». Постепенно привыкая к давлению рычага, я вновь вернулся к кофе. И самому не вериться, но через неделю я уже полностью освоил работу с Victoria.       Два года я с упорством кладоискателя развивал навыки. Удивило меня и то, что владелец заведения тоже бариста, помогал и обучал некоторым хитростям. Он же и научил латте-арту. Скажу так —я, наконец, был счастлив и доволен собой. Казалось вот он предел. Дальше только мировая известность. У меня не горит звезда во лбу, так что об этом я и не думал. Хотя в жизни бывает всякое.       Однажды узнав, что в городе будет проходить выставка, посвященная гостиничному и ресторанному бизнесу, где будет небольшой соревновательный конкурс бариста, захотел пойти. Интересно было посмотреть на участников. И буквально за день до конкурса, директор предложил мне участвовать.       — Если ты хочешь, всё организуем. Ещё не поздно подать заявку.       Вот так просто.       Паника. Меня обуяли противоречивые чувства. С одной стороны— да, я хотел этого — с другой стыд, смущение и страх. Не хотелось опозориться самому и портить репутацию заведения. Но даже в этом хаосе я знал что смогу. Иногда ты знаешь ответ ещё даже на не заданный вопрос.       Я отказался от участия, но на выставку пошёл. Хотелось увидеть, как выступают кофейные сомелье в живую. Пересматривая видео с крупных мероприятий, меня восхищала неповторимая игра бариста. Есть в их выступлении некая завораживающая красота. Здесь всё было по-другому, но не менее интересно.        Маленький конкурс, с двадцать человек зрителей, шесть участников, зато сколько эмоций. Наблюдая со стороны, я подмечал каждую деталь, каждую ошибку. И мысленно представлял себя на месте участника. Здесь я бы сделал так, а тут можно было по-другому. После мероприятия наступила апатия. Эмоциональный запас был исчерпан.       В тот момент Вселенная дала мне самый больной пинок под зад.       — Сигареткой угостишь?       Обернувшись, я посмотрел на парня, который стоял позади и улыбался. Молча, достал пачку и протянул ему. Он взял одну и заложил за ухо, а вторую закурил.       — Спасибо братан.       — Не за что. — И продолжил курить.       С минуту мы стояли в тишине.       — Слышь, братан, а ты тоже оттуда? — Он махнул рукой в сторону входа.       Я ещё раз посмотрел на парня. Чёрные треники adidasa, кеды, видавшие лучшие времена и толстовка. Рабочий? С моим настроением говорить не хотелось и я просто кивнул.       — А чё там? — О, за что мне это, как будто сам не знаешь.       — Выставка ресторанного бизнеса.       — Чё, бля?.. Типа рестораны продают?       Глубокий вдох и выдох. В такие моменты сигарета кажется бесконечной.       — Нет. Известные брэндовые компании представляют своё оборудование или услуги, по улучшению труда.       — А-а…       Думаю, он всё равно ничего не понял.       — Ну, давай братишка, до свидания. — Он похлопал меня по спине. — Благодарю!       Крикнул он мне, уже входя в здание, показывая в руке сигарету. Я удивленно посмотрел на собеседника. В доли секунд его голос, да и сам он изменился. А парень, уже отходя, щелчком пальцев выкинул окурок, попав в пепельницу.       Вот как вы запоминаете такие встречи? Никак! Вы помните, в большинстве случаев, до тех пор, пока не поделитесь этим с друзьями. Рассказываете, приукрашиваете чутка, смеётесь вместе и забываете. Уверен, что так большинство и делает. Правильно, а зачем в голове хранить столько ненужной информации. Со мной было также. Но забыть этот фарс мне не дала визитка, обнаруженная в кармане кардигана.              «Вишнёвский Матвей Матвеевич.       Графический дизайнер».              Да, так меня ещё не клеили. И как нормальный человек выбросил визитку и забыл. Случайности не случайны, как говорится. И я вновь столкнулся с Матвеем. Где? На работе, естественно! Из всего многообразия кафешек и кофеен в городе, он почему-то выбрал именно то, где был я. Совпадение? Не думаю.       Эспрессо бар, где я работал, отличался от принятых в Италии стандартов. Стойка, пару столов со стульями и балкон, для желающих покурить с чашечкой кофе. У нас было принято самообслуживание. Готовые напитки, гости сами забирали или пили не отходя. Оплата проводилась после приготовления кофе, а любой желающий мог оставить чаевые в банке, располагающейся тут же на стойке.       Он заказал самый простой доппио. Выпил и сразу ушёл, оставив сотку чаевых. Просто подложил под блюдце. Забирая чашку и деньги, я увидел всё тот же кусочек картона девять на пять сантиметров. Это что такой способ рекламы? Мол, ты мне я тебе. Глупо.       В этот раз на визитке красовалась надпись — «Ян, позвони».       Что? Первая мысль — откуда он знает моё имя. Придурок, бейджик на фартуке. Вторая, какого хуя?! Нет, я уже успел забыть этого долбаёба, сама ситуация напомнила. Будь на моём месте девушка, то придумала бы сказку про то, что он в неё влюбился по самые яйца. Вот только я не барышня, падкая на смазливых мальчиков. Вру, но Матвея никак не назовёшь смазливым.       День был странным с утра, а после прихода «треников», решил так его называть, совсем уж потерял себя. Всё-таки некоторые моменты своей жизни ты помнишь лучше, чем считаешь. Так и я остаток рабочего времени пытался не думать о нём. В итоге — только этим и занимался. Спустя две недели или около того, ты постепенно теряешься в других событиях, а через месяц другой действительно забываешь.       Работать бариста мне не просто нравилось, я был опьянён. Она стала для меня как наркотик. Притом, что я не трудоголик. Но дальнейшего развития не видел. Какое-то время я занимался разработкой авторского кофе. И теперь накопленного опыта мне хватало для этого. А после успеха, я отчаивался найти для себя другую цель. Поддержка со стороны друзей, тоже не приносила радости. Ведь они настаивали на повышении квалификации, которую можно получить только в участии чемпионата. А мне было страшно, наверное. Я считал, что не настолько хорош, чтобы выступать на публике. Или стыдно? До сих пор не могу разобраться в той смеси чувств.       В один прекрасный вечер, закрывая бар, я обнаружил стоящего возле входа Матвея. Он просто стоял и курил. Сталкер что ли? Такие люди не настолько доброжелательны. Не обращая внимания, закрыл дверь, опустил рольставни, запер и пошёл своей дорогой.       — Что даже привет не скажешь? — Проходя мимо «треников», услышал вопрос.       — Мне начинает казаться, что ты меня преследуешь. И ничего хорошего я в этом не вижу.       Я продолжал идти, поэтому Матвею пришлось догонять меня.       — Поговорим. — То ли спросил, то ли утвердил.       — Слушай чувак, мы видимся второй раз, не знаем друг друга, нам не о чем говорить.       Я останавливаюсь и смотрю на парня. Он был одет также, как и в день первой встречи.       — Интересно у тебя друзья есть?       —Тц.       Я развернулся и пошел ещё быстрее. Ну, вот почему именно сегодня я не поехал на велике? Чёрт надо было ещё два дня назад собрать «вилку». Вселенная, за что ты так? Я задержался, но должен был успеть на маршрутку. На такси мне, увы, не хватало. И если я сейчас не отделаюсь от навязчивого попутчика, домой буду добираться пешком. Не самый лучший вариант. Я прибавил шаг, Матвей не отставал.       — Ян, остановись, давай поговорим. Я же не маньяк.       — Ага, только по тебе не скажешь. Выглядишь этакой гопотой отжимающей деньги, айфоны и что там ещё.       — Ты мне нравишься!       Я споткнулся о решётку стока и чуть не упал. Выровнялся, обернулся и посмотрел на Матвея. Его выражение лица было серьёзным. Он стоял в метре от меня и смотрел.       — Что? — Это было вслух? — Ты прикалываешься?       — Нет.       Вам признавались в любви? У каждого найдется, что вспомнить. Если это взаимно, то ты чувствуешь себя на седьмом небе от счастья, а если нет? Тебя смущает данная ситуация. В голове проноситься много мыслей с неимоверной скоростью. Ты пытаешься ухватиться и подобрать более утешительные слова. Чтобы ты ни сказал в данной ситуации, одному будет больно и обидно, а второму неловко. Но какого хуя, я должен переживать из-за этого? В жизни не бывает писаного сценария главных героев. Выход есть всегда. И пусть это неприятно, но так происходит.       —Эээ… Прости. Я…       — Забей. — Он усмехнулся и пошёл назад.       Не моё это дело. Меня это не касается. Я должен ехать домой.       Вместо этого стою и смотрю вслед парню. На мгновение я почувствовал себя ребенком, чьи мечты и желания разбиваются о суровую реальность. Вместе с этим приходит паника. Не за себя, а за Матвея. Я ничего не знаю о нём. А что если он сейчас пойдёт и утопиться, или спрыгнет с крыши, или под поезд броситься? Да нет, мы же взрослые люди. Не влюбленные эмочки, а серьёзные и адекватные люди. Блядь! Ударьте меня что ли, а то в голове каша.       Выбор был сделан задолго до того, как мои ноги побежали за «трениками».       — Матвей, подожди! — Домой мне попасть, сегодня не светит.       — Ты же вроде торопился? Или уже не надо?       — Хорош ёрничать. Как будто тебе каждый день в любви признаются.       — Я не говорил, что люблю тебя.       — Ага.       Мы стояли напротив друг друга. Матвей по-прежнему оставался спокойным. Может, я зря переживаю. Долго вглядываясь в его лицо, пытался понять, о чём он думает. Как будто это возможно. Поговорить нам точно нужно.       — Пошли, поговорим.       — Куда?       — По парку в свете фонарей погуляем, блядь. — Он усмехнулся. — В кафе, где ещё не закрыто.       — Давай просто пройдёмся?       — Можно и так.       И мы пошли вперёд.       Матвей какое-то время молчал, наверное, собирался с мыслями. Я просто следовал рядом, ожидая. Чего именно не знаю, объяснений.       — У тебя было когда-нибудь такое чувство, что ты не знал, что делать? — Внезапно выдал парень.       — Смотря, в какой ситуации.       — Да хоты бы сейчас.       — Данные события для меня вообще необъяснимы, ты конкретнее давай говори.       — Да куда уж конкретнее. — Он опять смеётся. — Помнишь нашу первую встречу?       — Ну.       — Так вот. Я наблюдал за тобой. Ты был таким завораживающим, наблюдая за участниками.       — Завораживающим? — Я стал вспоминать, о чём думал тогда.       — Мм. Возможно, неправильно подобрал слово. Да не в этом суть. Мне понравился твой огонь в глазах. Даже не огонь, а страсть. Ты был поглощен своим миром. Человек, полностью увлечённый кофе. Я редко встречал таких людей. Большинство зациклено на себе, а в тебе я увидел целеустремлённость. И возле курилки меня удивила, твоя апатия. Ты был похож на птицу с подрезанными крыльями, которую лишили свободы в небе.       Я опешил от таких слов.       — Я тебя понял. Мог бы и проще всё это сказать.       — Говорю как есть.       — К чему тогда выходка с недалёким человеком?       — Просто, — Матвей улыбался. — Решил пошутить. Может мне удалось бы растормошить твой депресняк.       — И визитку ты тоже просто так подкинул?       — Какую визитку? — Парень удивленно посмотрел на меня.       — Не смешно.       — Ладно-ладно. — Он примирительно поднял руки ладонями вверх. — Я же сказал, что ты мне понравился. Только дело тут не в любви. Я хотел познакомиться и пообщаться, как бы так сказать — ближе.       Это он на секс меня разводит? Нет, не понимаю. Не доходит.       — Погоди. — Я остановился и посмотрел в глаза собеседника. — Чего ты хочешь от меня?       Матвей отвёл взгляд и хотел продолжить идти, но я схватил его за предплечье, разворачивая к себе.       — Хорошо, вернёмся к тому с чего начали. — Достал пачку сигарет, предложил мне. Мы закурили и пошли.       Полутёмная аллея центра города. Небольшое количество людей в будни и два парня идущих вперёд. Некоторое время мы, молча, курили. В моей голове звучал вопрос, на который я ждал ответа. Происходящее мне не казалось случайностью. И я хотел понять к чему это. Матвей выглядел абсолютно спокойным, но мне кажется, ему сейчас трудно ответить. Или мы будем выглядеть, как два идиота, или всё проще, чем кажется.       — Тебе знакомо чувство, когда ты не знал, что делать? — Вновь спросил Матвей.       — Сталкивался с таким.       — Так вот и моё поведение в отношении тебя, было таким же. Иногда ты просто знаешь, а иногда нет. В том, что ты не делаешь этого, скорее всего, виноваты страх, неуверенность, стыд и так далее. После начинаешь гадать — а что если бы… Но если не сделать, то и гадать не о чем. Ты ведь этого не сделал.       Я слушал, не прерывая. Мои слова могли сбить с настроя.       — На выставке, принять решение я мог за считанные минуты. И впервые меня словно кто-то толкнул на шаг. Это уже после я гадал, хоть и было стыдно. А потом и вовсе ржал, как идиот. Плевать, я уже сделал это, так какая разница? Я даже не сомневался, что ты не позвонишь мне.       Матвей достал ещё сигарету, нервничает?       — Увидев тебя в кофейне, я был в шоке. Вероятность совпадения, почти нулевая. Но я зашёл именно туда. И решиться второй раз на ту же самую глупость уже проще.       — Так ты что искал приключений на свою задницу?       — Не перебивай, — чуть громче сказал Матвей. — Я, правда и сам тогда не понимал, что скажу, если ты вдруг позвонишь. Ответа не было и я почти забыл о тебе. Вот только Вселенная, настойчивее. За два месяца, я несколько раз видел тебя. На переходе, в автобусе и просто на улице. И каждый раз я проходил мимо. Вот здесь и подкралось чувство привязанности. Я стал замечать, что думаю о тебе чаще чем, о себе.       Матвей так непринужденно рассказывал о своих чувствах, словно мы уже давнейшие друзья. И знаем всю подноготную друг друга. Говорят, что стороннему человеку проще открыться. Сейчас я видел и слышал этому подтверждение.       — Звонка нет, поэтому я и пришёл сегодня. В надежде поговорить и прояснить ситуацию. И тут ты — взъерошенный, обозлённый и считающий меня сталкером. Естественно я сдал назад. Зачем навязываться, если человек не хочет. Я почувствовал какое-то опустошение или разочарование. А похуй, я не гордый…       Матвей тараторил. Продолжая объяснять, материться и нести совсем бред. Вот только я уже не слушал его. У меня в голове тоже хаос. И не только в голове. Я не понимал происходящего. Сердце бешено стучало, кровь прилила к лицу. Со стороны я, наверное, был пунцовым. Внутри всё кипело и кричало. И единственное что знал, надо остановить парня. Блядь, вот какого хуя? Даже взрослые и, казалось бы, адекватные люди могут быть влюблёнными школьниками.       Оглянулся, мы находился возле арки, ведущей во внутренний двор домов.Я схватил «треники» и затянул в темноту. Матвей не успел даже «ойкнуть», посмотрел на меня, а я прижал его к грязной стене и на мгновение остановился. О чём я, блядь, думаю? Матвей понял и без слов. Я схватил парня за воротник и яростно поцеловал. Матвей же обхватил за талию и прижал к себе. Кажется, в этот момент мир остановился — так пишут в книгах? Не знаю что там, в книгах, а меня сейчас переполняла похоть и ничто больше. Матвей был на этой же волне, та как его руки забрались под майку. Чёрт, как же трудно перебороть себя. Меня разрывало от желания и контроля.       — Мотя, стой. — Я, задыхаясь, отстранился.       — Мотя?       Его взгляд был диким. Я не лучше выглядел, наверно.       — Если ты не против, — улыбается. — Предлагаю ко мне домой.       — Хорошая идея!       Естественно, все мы мечтаем или иногда задумываемся о второй половине. Кто-то яростно ищет, кто-то притягивает своим окружением, кто-то просто встречает. Но, так или иначе, мы находим себе любимого человека. В большинстве случаев это навсегда. И этот человек становится для каждого чем-то глобальным. Мне кажется это заложено в человеческой сущности — боготворить свой идеал.       Я не стал исключением. Мотя для меня — всё.       Я всегда восхищаюсь его мышлением, работой, телом и как бы ужасно это не было — я тонул в нём. Но как бы ни была велика моя любовь, я оставался самим собой. А это значит периодически — истерил, бесился и беспричинно обвинял Матвея во всём. Позже, конечно же, вымаливал прощение. И Матвей прощал.       Мы настолько противоречивы, как и едины, в своих мыслях, что долго не можем обходиться друг без друга. Словно чаши весов, находящиеся в постоянном равновесии. Очень часто мне говорили, что этот этап влюблённости пройдёт и тогда со всей тяжестью навалиться рутина. Да, не отрицаю этого, но повседневность лучше проходит вместе, чем порознь.       Время, проводимое с Мотей, вдохновляло на создание чуть ли не городов. Я ограничился только кофе. Кстати, Матвей предпочитает капучино, что удивило меня. Его нотации о моих навыках и моей неуверенности, злили. Он был прав — я знал, но всё равно не мог не злиться. В итоге за полгода я освоил в совершенстве латте-арт, все способы альтернативного заваривания кофе, каптестинг, немного ознакомился с тонкостями обжарки и экспериментировал с алкоголем. Авторского напитка я так и не придумал. Вариантов было много, но каждый из приготовленных не отражал в полной мере мою «страсть к кофе». Это слова Моти, ведь главным подопытным стал именно он. Сколько было прочитано книг, пересмотрено видео и времени на курсах. Я впитывал информацию, как губка воду. Иногда голова настолько была загружена, что я терялся в реальности. И тогда приходя домой, заваливался на диван и просто лежал. В такие моменты, Мотя заваривал мне кофе в турке и садился рядом. Мы молчали, пили не самый лучший кофе и курили. Я знал, что он также устал от своей работы. Люблю это время.       Через год, пинком под зад, Матвей заставил меня принять участие в региональном отборочном туре. Я всё ещё сомневался, но шантаж со стороны «треников» был слишком откровенным. Собрав всего себя, сосредоточился на выступлении. Я был один — ни друзей, ни родных, только работодатель и коллега сменщица. Для меня это был серьёзный и долгий шаг вперёд, поэтому кроме раскрытия себя самого мне больше ничего и не требовалось. Первое впечатление — никогда его не забуду. Меня окружали незнакомые люди, не моя машина и только приборы навевали теплоту дома. Я нервничал, но это была уверенная нервозность. Поднятая рука, музыка, время.       По приезду домой, меня ждали Мотя, кофе и обещание. Моё обещание себе же — я выиграю чемпионат.       Я не впал в депрессию, а продолжил работать. Отборочные туры проходили каждый год и у меня было время. Я столкнулся с другими проблемами в своей страсти к кофе. Зависть, презрение и ненависть. И тут ко всему этому добавилось и увольнение. Сам того не замечая, моё отношение изменилось. Недалеко так и скатиться носом в грязь. Я пытался, я старался…       Взяв перерыв, я уехал к родителям, жившим в пригороде. Причин было много и главная — не хотел изводить Матвея. Ему столько приходиться выслушивать, что самое лучшее побыть наедине сейчас.       Семья встретила с распростертыми объятиями. Конфликтов по поводу моей ориентации уже не было и я мог спокойно насладиться чистым воздухом. Они не знали моего провала, а я соврал, что всё хорошо. К счастью в это же время домой вернулся дедушка из Штатов. Я с детства обожал дедушку. Когда другие внуки предпочитали бегать по улицам, я помогал ему, чем мог. Он уже двадцать лет занимался небольшим бизнесом в сфере электротоваров. Заработок был небольшой, но деду нравилось.       Увидев меня, дед сразу догадался, что дело тут не чисто. С его жизненным опытом и хваткой, так просто не проведёшь. Вечером, перед отъездом он позвал меня прогуляться по району. Я знал, о чём он спросит, поэтому рассказал всё. Дед ни спорил, ни осуждал, молча, выслушал и рассказал, как в своё время его отговаривали от завиральных идей. Наперекор всем он открыл свой магазин и несмотря на тяжёлые времена, не бросил любимого дела. После его слов я расплакался, как мальчишка разбивший коленку и ищущий утешения в объятиях родного тепла. К Моти я ехал с боевым настроем.       А дома меня ждал сюрприз. Дедушка прислал на электронку письмо с предложением помощи в открытии своей кофейни. И зная мою упёртость, предлагал официально составить договор, заверенный у нотариуса. Такого просто не могло быть. Я не верил.       Взяв ноутбук, пересел на диван и дал прочитать Матвею. Он читал, а я смотрел на реакцию, потому что в середине письма его глаза расширились.       — Дизайном занимаюсь я. — Мотя закрыл ноут.       — Я бы даже не подумал брать кого-то ещё. — Смотрю и глупо так улыбаюсь.       — Надеюсь, что твой дедушка будет не против.       — Ты же читал, он даёт нам стартовый капитал. Всё остальное на нас.       — Это хорошо, а с остальным как быть?       — Мотя, разберёмся! — Я ликовал, не осознавая, в какой капкан ещё угодил.       — Ян, не всё так просто, — он закурил. — ИП, налоговая, помещение, персонал — дальше перечислять?       — Мооотя, не ты ли говорил мне, что надо решиться?       — Да, говорил.       — И-и?       — Что и? Работы предстоит много!       Я на радостях бросился на парня, обнимая и крепко целуя.              Я посмотрел на визитку — «RED coffee bar». Усмехнулся про себя. Мы сделали это. Было трудно, но мы не сдавались.       По бумагам владельцем числился мой дед. Я же был совладельцем, но об этом знало всего пять человек. Одна из причин такого сокрытия моё незнание тонкостей юридических вопросов. А так же не желание заниматься бухгалтерией и прочей ерундой. Я хотел оставаться с кофе, поэтому доверил это более опытному деду. Но любые спорные вопросы мы обсуждали втроём. Кстати, Матвей произвёл на деда неизгладимое впечатление. После он сказал, что даже завидует такой связи между нами.       Помимо бумажной волокиты, я сильно порадовался персоналу. Даже в таком вопросе Вселенная не подвела меня. Влад и Лука замечательные, уже не говоря, что мы все оказались на одной волне. По первой у нас возникли недопонимания, но всё разрешилось в лучшую сторону. И уже намного позже я узнал, что в ту злополучную ночь мой Матвей был инициатором. Узнав друг друга лучше, мы часто зависали у нас с Мотей на квартире. А четыре парня вместе могли устроить только дебош и разврат. Ох, сколько я получал выговоров от соседей. Хорошо, что уладили мирно.       Оставался один нерешённый вопрос. Точнее невыполненное обещание.       На протяжении трёх лет я занимался не только баром, но и посещал все мероприятия для бариста. Я стал членом SCAE, что давало много преимуществ. Выиграл несколько отборочных туров, но так и не прошёл в полуфинал. У «RED coffee bar» появилась узнаваемая черта, уже никто не спрашивал — «а это кто?». Близился очередной чемпионат и я впервые по настоящему возненавидел своё увлечение.              Прочитав письмо, я аккуратно выглянул из-за монитора, посмотреть на Мотю. Он был поглощен очередным проектом. Встал, собрал кружки со своего стола и его.       — Кофе или чай?       — Давай кофе, мне всю ночь работать.       Зашёл на кухню, включил кран и только после заплакал. Я не хочу проиграть, но и выиграть боюсь. Почему так? Я знаю, что Мотя поймёт и поддержит, но я не смогу.       — Один год. Это не конец света.       Я вздрогнул, постарался незаметно вытереть глаза.       — Ты дурак, да?!       — Кофе сейчас сделаю. — Я не поворачиваясь, доставал банку и турку.       — Ян, я с тобой разговариваю или с твоей спиной?       Матвей подошёл, схватил за руку, разворачивая к себе. Турка выскочила из руки и упала. Знаю, что выгляжу глупо. Он обнял.       — Ты же мне все уши прожужжал про эту школу.       — Знаю. — Всхлип.       — А этот чувак, типа супер крутой бариста.       — Знаю. — Снова всхлип.       — Так в чём проблема, идиот? — Он отстранил меня, слегка встряхнув за плечи. — Ну, поживёшь в Италии годик, отдохнёшь. Насладишься настоящей пиццей, посмотришь на средневековую архитектуру, найдёшь смазливого итальяшку. Трахнешь его пару раз, а может и не пару.       — Мотя ты что несёшь? — Я охуел.       — Нет, конечно, если ты дашь обет безтраханья и для верности оденешь пояс, то я не против.       Он отодвинул меня, поднял турку и сам стал варить кофе. Я же остался стоять на месте, а потом засмеялся.       — Дай. — Забираю у него турку, — а то наваришь сейчас.       — Тупик, ты. — Он потрепал меня по голове, чмокнул в щёку и ушёл.       Да — я дурак, но дурак счастливый!              Рабочий день закончился. Я остался, намывая кофемашину до блеска. В кармане завибрировал телефон, достаю — смс от «треники». Я так и сохранил его контакт в телефоне. На дисплеи высветило «впусти, я у черного входа». Прошёл на кухню, дальше по коридору и вышел во двор. Открыл ворота, Матвей стоял с сумкой в руках.       — Ян, тебя за уши не оттащишь.       — Я всё, честно!       — Всё он. Знаю тебя, по кофе и поехали.       Я впустил его и мы вернулись в бар. Я достал продукты, подготовил инструменты и стал готовить самое лучшее капучино для моего любимого человека.              Огромный зал, толпы народа, столы, техника и эшафот. По-другому это никак не назовёшь. Через два часа начнётся шоу. Тринадцать заявленных участников и моё выступление пятое. Поддержать меня приехала семья, несколько нанятых рабочих и управляющий баром. Ни Моти, ни Влада, ни Луки, которых я был бы рад видеть здесь. Пообщавшись с уже знакомыми бариста и судьями, ушёл готовиться. Повторяя про себя вызубренный текст, на автомате проверял машину, выставлял посуду и прочее. Я выполню обещание. Пройду курс школы и вернусь домой, к Моте. Я докажу себе, что могу это сделать. Ведь я так сильно хочу быть бариста!       Ведущий объявляет о начале моего выступления. На доли секунд повисла тишина и этого было достаточно.       — ЯН! ВПЕРЁД!       Поворачиваюсь, вижу эту троицу, улыбаюсь. Поднятая рука, музыка, время.       Эпилог.              Полгода спустя. Италия. Римини.       Нас поселили в небольшой частной гостинице, откуда до фабрики по обжарке кофе было всего двадцать километров. Семь утра. Я встал, и по-тихому совершив утренний ритуал, вышел на улицу. Пройдя несколько домов, зашёл в уютную семейную кофейню.       —Ciao Ian!       —Ciao!       Итальянцы очень приветливы, что по первой меня удивляло. А ещё они бурно выказывают радость встречи. Я пожал руку владельцу, затем мы обнялись и поцеловали друг друга в щёку.       Сейчас по плану у нас три месяца на обжарку, затем в Венецию на экскурсию по самым элитным заведениям. А впереди ещё столько всего.       Хозяин поставил на стойку мой latte macchiato. Неторопливо выпил, поблагодарил, оплатил и вышел. Я здесь впервые, но некоторые особенности кофейного ритуала итальянцев знал ещё, когда начинал изучать свою работу.       Я направился обратно в гостиницу. Через полчаса проснутся остальные, и мы отправимся дальше, грызть гранит науки. Возле входа я прошёл мимо парня, не обратив внимания.       — Что, даже не обнимешь?       Этот голос я узнаю всегда. Вот только поверить трудно. Оборачиваюсь, смотрю и не могу сказать ни слова. Чёрт! Этот человек приносит с собой хаос в мою размеренную жизнь. И я рад! До безумия!       — Матвей?       — Нет, блядь, Папа!       Я всё ещё стою, а он подходит ко мне. Обнимает, а я не могу пошевелиться. Отпускает, смотрит недоумённо, а я никак не могу поверить, что это реальность.       — Но…как?       — Молча, на самолёте.       Улыбается, своей незаменимой улыбкой.       Сердце колотится, ноги слегка дрожали и последнее чего не хотелось, показывать ему, так это слёзы. Я был счастлив. Неописуемо, невообразимо — счастлив! Схватил и прижал так сильно, как смог. Словно пытаясь съесть Мотю полностью.       — Задушишь, отпусти.       Я чуть ослабил хватку, но лишь для того чтобы поцеловать. С жадностью и настойчивостью. И плевать, что я не могу дышать, а слёзы текут не прекращая. В этом мире есть только две причины моего безграничного счастья — Мотя и кофе.