Запрет

      Сегодня у Леры был поистине трудный день. Во-первых, её чуть ли не выперли из лицея. Во-вторых, она упала прям в объятья своему учителю. В-третьих, сейчас идёт дождь. Смирнова вышла на крыльцо и тут полил ужасный ливень. Мда...Как теперь она будет добираться до своего дома? По лужам прыгать на своих каблуках будет? Ну нет...Это точно не вариант. Катька как назло успела уже убежать до ливня, тут ей два шага до дома, а вот Лерка живёт дальше, чем её подружка. Подождала она минут так тридцать, все уже ушли, а она, как дура, до сих пор сидит на лавочке перед школой и ждёт. Просто ждёт. Прошёл чуть ли уже не час, а дождь шёл. Она уже хотела побежать, сняв свои "лабутены", как тут из школы вышел сам Булаткин Егор Николаевич. Подойдя к своей ученицы и присев на лавочку, он чуть усмехается, изучая недовольное лицо Леры. — Ну и что мы сидим здесь, Смирнова? Кого на этот раз поджидаем? — с какой-то насмешливой улыбкой проговорил блондин, чуть нагибаясь к лицу девушки, которая просто отвернулась в другую сторону. — Никого я тут не жду. И вообщем, что за вопросы такие? Может я просто решила посидеть и посмотреть на этот сказочный и освежающий дождик. — будто ни в чём не бывало, сказала девчонка, чуть цокая. — Аа..ну понятно, Смирнова, понятно. Ладно. Вставай и пошли. — вставая с лавки, буркнул молодой учитель, оборачиваясь к Валерии и показывая на свою чёрную машину, которая стояла прямо перед входом в школу. — Ага, прям побежала! Простите, но я учителями я никуда не хожу и тем более не катаюсь на машине. Вдруг Вы мне что-то сделаете? Ну уж нет! — Пойдёшь под таким ливнем? Смирнова, не глупи, ничего я тебе не сделаю. Тем более дождь ещё по прогнозу будет идти часа так два. Будешь так и сидеть? — Ладно! Ну если Вы хоть раз до меня дотронетесь, я Вас так ударю, из машины своей вылетите. Понятно? — Смирнова, не тупи, пожалуйста, я тебе сказал, что ничего тебе не сделаю. Даже, если хочешь, не прикоснусь.       Валерия недовольно фыркнула и была крайне рассержена на блондина. А вот за что? Она сама не знала ответ на этот вопрос. Минута и девушка выбежала из под крыла школы, побежав под проливным дождём вместе с блондином. Хоть и до машины было недалеко, всё равно Лерка успела промокнуть на сквозь. Булаткин в миг открыл дверцу машины и они оба залезли в тёплый автомобиль. Все волосы, школьная форма, рюкзак, полностью всё было мокрое. Посмотрев на себя, девушка поняла, что вот всё, точно заболеет. Чуть задрожав, Булаткин посмотрел на бедную девушку, снимая с себя серый пиджак и накидывая на хрупкие плечи Леры, которая с удивлением посмотрела на молодого учителя, который так и показывал свою доброту.. — И только не снимай. Ещё обвинять меня будешь в том, что ты заболела. Мне уж точно этого не надо. — немного улыбнувшись, проговорил Булаткин, заводя мотор машины и сразу же рванул со своего места. — Вы очень добры, Егор Николаевич. Только вот уже здесь пиджак мне мало чему поможет. Я и так вся намокла. — Смирнова, во-первых, если бы не я, ты намокла ещё больше. Хоть скажи мне спасибо. Во-вторых, пожалуйста, не надо вне школы обращаться со мной на "Вы". Как никак, сейчас мы не в школе, а мне не 50 лет. Просто, Егор. Ладно? — Хорошо... И Вы..ой, то есть ты не называй меня по фамилии. Меня это ужасно бесит. Особенно моя фамилия. — Нормальная фамилия. Что тебе опять не устраивает? Всегда всем недовольна.. — Если тебе что-то не угодно, я вообще могу заткнуться! — Да всё, всё. Успокойся только. Не нужно разводить здесь панику. Давай просто нормально поговорим, хорошо? — Конечно, если у нас это получиться. — с сарказмом сказала Лера, утыкаясь в окно и просто смотрела, не обращая внимания на учителя.       После девушка лишь замолчала и ничего не стала говорить. Хотел поговорить он, так пусть начинает, что сразу она? Тяжело вздохнув, она опрокинула голову на стёклышко и недовольно водила по нём пальчиком, что-то рисуя. Булаткин повернул голову и лишь чуть усмехнулся. В машине накалялась обстановка этого затишья. Как же это всё бесило парня, особенно безразличие этой девчонки. — На кого хоть поступать собираешься после 11? — А? Что ты сказал? — Говорю, кем в будущем будешь? Не собираешься же ты просто дома сидеть всю жизнь? — с некой ухмылкой сказал Булаткин, поворачивая машину на главную дорогу. — Я ещё не решила. — Ну думай-думай, ибо уже скоро школу закончишь. — Два года...У меня ещё на это есть два года. Я ещё успею решить, куда я поступлю. И да, зачем тебе это? Разве ты тогда не понял, что не в моём вкусе? Не нужно мне тут допросы устраивать. Я в этом не нуждаюсь. — Господи, да я просто хочу поговорить с тобой. Я тысячу раз говорил, что ты мне вообще не нужна! Кто я, а кто ты? Ты — моя ученица и не больше. — Ну и, что такого, что я твоя ученица? Уж поверь, но это никому не мешало. Особенно такому бандюгу, как ты! Кто тебя там ещё знает, на что простой учитель истории способен? Может ты не только воруешь, бегаешь по заброшкам, флиртуешь? Может ты убивать ещё можешь? Кто ты такой? — Не твоё дело, тебе понятно? Поверь, моя личная жизнь тебя не касается, слышишь!? Ты — моя ученица, так и веди себя, как подобает обычной ученицы! Ты мне никто, никто! — Очень хороший разговор! Всё, Егор Николаевич, мы уже приехали. До свидания! — словно ядом, проговорила девушка, и вышла из машины учителя, резко и громко закрывая дверцу в машине.       Не оборачиваясь, она шла вся мокрая и беспомощная. Такая жалкая...Мда, разговор у них точно не задался. Булаткин посмотрел в след ученицы и рванулся со своего места, забывая всё то, что недавно сказала эта хулиганка. А та недовольно вошла в дом, на замок закрывая дверь. Без настроения, она сняла чёртовы туфли и прошла внутрь, полностью промокшая до ниточки. Дойдя до своей кровати, она неуклюжа села на край кровати, и через несколько минут зашла испуганная Лидия Петровна, подбежав к внучке. — О Господи, что с тобой случилось? Ты сильно промокла? Заболела? Тебе плохо? Может ванну горячую? — с волнением заговорила бабушка, пробуя лоб своей внучке. — Нет, бабушка, всё хорошо. Только немного промокла, а так нормально. Мне только одежду поменять, да чай заварить. — Минуточку. Сейчас всё принесу! — в спешке сказала женщина, уже быстро идя на кухню и делая всё необходимое.       Девушка с облегчением вздохнула и подошла к своему шкафу. Подготовив короткие шорты и футболку, она уже хотела переодеваться, как вспомнила, что забыла отдать учителю его же пиджак. Тяжело вздохнув, она кинула его на диван. — Ну чёрт! Завтра придётся ещё идти и отдавать ему этот чёртов пиджак. Боженька, за что мне это? Я и так его видеть не хочу.. Ведь как раз завтра истории нету! Ну блин! Не хочу, не хочу! Не пойду! — Лерочка, иди на кухню, пить чай! Давай быстрей, ибо остынет. — Сейчас. Уже иду.       Быстро скинув с себя всю мокрую одежду, девушка быстренько протёрлась полотенцем и сменила абсолютно всю одежду. Быстренько одев шорты и майку, Лера завязала тугой хвост на голове и кинув всю одежду в сторону, пошла на кухню, где уже всё было готово. Стояли две кружки чая, много ваз с печеньями и конфетами. Также женщина открыла малиновое варенье, которое Лерка просто обожала. Что-что, а вот малинкой она готова полакомиться всегда и везде. Это самое любимое её варенье. — Ну садись же, не стой как вкопанная. — с улыбкой сказала Лидия Петровна, подавая своей внучке ложку и сахар. — Ооой, бабушка, спасибо. Всё так вкусненько. Особенно чай так вкусно пахнет! Ммм.. — не скрывая своего восторга, проговорила девушка, взяв в руки печеньку. — Кушай, кушай, да чая побольше пей. Смотри, как ты вся замёрзла. Не дай Бог ещё заболеешь, и школу пропускать будешь. А сейчас это не нужно. — Да..Не нужно. — лишь кивнула головой милое создание. — Бабушка. У меня есть один вопрос. Скажи...Кем ты хочешь видеть меня в дальнейшем? То бишь, кем я могу стать из всех этих людей? — Ну раз ты спросила, то отвечу, дочка. Скажу лишь это — хочу чтобы ты стала врачом. Будешь ходить в таком белом халатике, всех лечить. Будешь спасать жизни людей, станешь их ангелом-хранителем. Сделаешь когда-нибудь невозможное. Это моё желание, Лерочка, а вот выбирать уже тебе. — Ты правда видишь во мне доктора, бабушка? Веришь в это? — Да...Верю в это всем сердцем. — с счастливой улыбкой сказала женщина и они обе стали пить чай со всеми сладостями.