Живые мертвые

      — Никчемные идиоты. Ничему вас жизнь не учит.       Сказав так, Финн Флеймс отогнал прочь парочку призраков внушительного вида железным багром. Толстая корка льда на его плаще захрустела. Мы, по чести говоря, занимались тем же самым, потому что Гостей вокруг собралось видимо-невидимо. И, хоть большая их часть оставалась заперта в серебряной колбе, нам все равно приходилось непрерывно работать оружием. Я слышала, как отчаянно и забористо ругается Фло, размахивая внушительным ломом. Мы же предпочли арсеналу Фиттис свои рапиры.       Мы тяжело дышали. Мы двигались медленно — медленнее, чем должны бы. Мы оказались заперты на Той Стороне и теперь, окутанные вечным морозом и потоками потусторонней энергии, бились за свою жизнь. Чтобы продержаться еще немного. И еще. Пока не придет помощь. Если придет…       — А что, если в будущем мы все двинули кони, и никто не явится? — пропыхтел Джордж, на пару с Фло ловко отбиваясь от фантомов. Здесь, на их территории, призраки слишком сильно походили друг на друга. Кто из них Спектр, кто Рейз, неизвестно; может, они обретают привычную нам форму, лишь проникая в мир живых.       — Я же дал вам карту! Неужели нельзя было прочитать ее перед тем, как соваться?! — рявкнул Финн в ответ.       — Я бы прочитал ее сейчас… дай мне… кто… возможность! — отозвался Джордж.       Голоса отскакивали от плотного пространства вокруг и гасли, оставляя ощущение ваты в ушах, перекрываемого лишь шелестом фантомов и их шагами по мерзлому полу.       Локвуд, бледный, с темными провалами глаз под обледеневшим капюшоном накидки, выполнил сложный виток, разогнав плазму нападавшего призрака, и, повозившись, сунул Джорджу сложенный вчетверо лист, испещренный пунктирами, линиями, датами. Мы все, не говоря ни слова, окружили Джорджа плотным кольцом. Он быстро убрал рапиру и так же молча зашуршал картой, которая предательски стремительно покрывалась слоем инея.        Я отсекла призраку высокого джентльмена руки по локоть. Дух, на ужасное лицо оставаясь абсолютно бесстрастным, отпрянул, издав яростное шипение. А может, это плазма пузырилась на моем клинке.       Мое тело двигалось на автомате. Мои мысли были далеко — хотя как посмотреть. Они сосредоточились на человеке, который находился рядом, в двух шагах, с которым мы не обмолвились даже парой слов. По сути, некогда, хотя и Киппс, и Джордж, и Локвуд как-то умудрились с ним поговорить. По мне же он быстро скользнул равнодушным взглядом, едва удостоив кивком.       Ну что ж, я знала, что не будет легко. В любом случае, сейчас не до этого.       Как же сложно понять, десять минут ты провел здесь или полчаса! Ощущение времени прыгало, то мне казалось, мы только пришли, то будто мы бьемся тут уже очень давно, так давно, что я забыла, как и когда мы сюда попали. Приходилось трясти головой, все время дергать руками и ногами; одно хорошо, если вам захочется увидеть в битве с призраками на их территории что-то хорошее — они не дадут вам стоять и медленно погружаться в смертельную апатию.       Когда мы с Локвудом бок о бок шагнули в портал, а остальные за нами, нас приветствовала орда призраков. Она неохотно расступалась перед нами, прокладывающими путь из одного мира в другой. Мы несли тяжеленный металлический конус, до жуткого нелепо походивший на железный зонт. Это был наш щит. За ним тянули звенья цепи ребята. Мы вошли на Ту Сторону, не имея дороги; мы сами проложили ее. Второй шест остался в мире живых, крепко засаженный в контейнер с мелкой галькой.       — Бесполезно, — хрипло проговорил Джордж, — она слишком быстро леденеет.       Локвуд выругался.       — Ну, а глаза вам на что даны? Зачем, по-вашему, там эта странная штуковина? — отдуваясь, возмутился Флеймс.       — Уймись уже, — огрызнулся на него Киппс, — сам видел, нашу цепь кто-то выбросил с другой стороны.       Да. Когда мы установили «зонт» на Той Стороне, лишь тогда заметили, что цепь не натянута. Ее второй конец, отстегнутый от первого шеста, остался лежать в серебряном колодце, где были заперты Гости вместе со своими Источниками — кажется, те для удобства покрыли небольшим слоем песка.       По иную сторону бытия зал переходов, такой же большой, но еще более зловещий, темный, холодный и похожий на декорации к пьесе о нашей смерти, оказался не таким пустынным. В зале, из которого мы вышли, 16 сентября, стоял один портал. Здесь сияло плененными призраками много серебряных толстых колец. А еще — лежало тело, густо покрытое наледью.       Беловато-серое сверкание и свет вонзилось мне в глаза, на секунду отключив мозг. Охнув, я споткнулась в порыве броситься вперед. Локвуд поддержал меня, но я так торопилась, что даже не поблагодарила его. Подбежала к телу и увидела, что оно уже развалилось — в буквальном смысле — на части от страшного холода. С трудом можно было разобрать, где что. Инея и льда на нем скопилось столько, что оно блестело почти как серебро в некоторых местах. Локвуд, подошедший следом, ткнул в останки рапирой. Треск, и вот целый кусок плоти отвалился, обнажая скол.       — Зачем ты? — попыталась остановить я его, но он уже отколупал лед кончиком клинка. И не было там никакого мяса. Там и правда оказалось серебро.       — Спокойно, Люси, это не человек, — сделав странное ударение на последнем слове, сказал Энтони и, поднявшись, обернулся к Джорджу. — Что думаешь?       Хрустя первым слоем инея, покрывшим плащ, приблизился Джордж в компании Фло, которая бешено сверкала глазами, но пока не сказала ни словечка.       — Люси, — почему-то обратился он ко мне, — а напоминает ли оно стража гробницы? Того, что мы встретили в мавзолее?       Он попытался поднять серебряный кусочек, но обжегся. Зашипев, Джордж выронил его. Я взглянула на тело пристальнее. Неестественное положение, все разбитое, как кукла.       Кукла. Точно.       — Марионетка? — почти шепотом произнесла я. Джордж кивнул. Остальные не проявили интереса к находке, настороженно оглядываясь по сторонам. Киппс, Холли, Фло, Кэт и Бобби, все они помалкивали, подавленные, шокированные, изумленные.       Именно Киппс первым заметил приближающуюся к нам свору духов. Во главе со странной формы фантомом, оставляющим за собой шлейф из инея и ледяного пламени, они стремительно приближались из темноты.       — Не было печали, — выдохнул Локвуд, беря оружие наизготовку. — Пока мы не ввязались в драку, есть идеи, в какое время могла пойти Марисса?       — В прошлое, — сказала Холли непривычно низким и хриплым голосом. Мрачная, насупленная, напуганная. — Чтобы все переделать.       — Сомневаюсь, — возразил Джордж, — тогда бы наше будущее уже поменялось. Те мы, что есть сейчас, перестали бы существовать. Появились бы другие «Локвуд и компания». И сама Марисса бы поменялась. Короче, исчез бы наш мир, вместо него создался другой. Как считаете, наша дамочка стала бы убивать себя?       — Самое время для дебильного юмора, — пробормотал Киппс, заметно нервничая.       — Ты другой не поймешь, — по привычке парировал Джордж.       Клин призраков приближался. Фигура впереди странно кого-то напоминала. Бесформенная, с большой головой и колышущимися очертаниями, окутанная языками пламени, которое не горит. Фигура двигалась быстро, по залу разносился топот ее ботинок. В руке она держала багор. Она мчалась прямо на нас, явно собираясь атаковать в лоб, и Локвуд с Киппсом, а также Фло, как самая воинственная среди нас, встали в защиту, выставив рапиры вперед.       Фигура замахнулась. Мы уже поняли, что это не призрак. Но мы в стане врага. Вот он, живой, но все же противник, перед нами. Багор мощно ударил по рапирам, а морозном воздухе до отвратительного глухо прозвенел полный бешенства вопль:       — Ослепли, кретины?!       И этот человек встал с нами плечом к плечу, и он сразился вместе с нами с теми духами, которые преследовали его. Без конца ругаясь и проклиная. Жалуясь и возмущаясь. Огрызаясь и понукая.       Конечно, это был Финн Флеймс. Явился из ниоткуда, напугал нас всех, и вместо приветствия, как всегда, поток сарказма.       Представляла ли я себе нашу встречу иначе? Пожалуй. Но этот человек непредсказуем. Едва прозвучал его голос, я узнала его, я испытала такой подъем, что на миг позабыла, где мы находимся и какая жуть творится вокруг. Но я не смогла даже сказать «привет» — ну, я упоминала, что, в общем-то, было некогда. Так или иначе, я и не знала, как мне начать разговор, если мне еще представится возможность.       Вспышки в мире мертвых не горели. Нам оставалось только бросать опилки и орудовать сетями и рапирами. Когда первый натиск спал, Финн опередил всех, не дав никому и единого вопроса задать:       — В шестнадцатое путь есть?       Поняли мы его не сразу, но когда он, закатывая глаза, нетерпеливо уточнил «вернуться назад вы можете?», Локвуд дал ответ. Как вы уже знаете, путь нам отрезали. Финн злился, но не казался удивленным. Мы, вынужденные отразить еще одну атаку Гостей, сгруппировались у серебряного колодца.       — Повылезали, черти, — Фло сплюнула под ноги. Плевок прямо в полете превратился в ледышку.       — Один из порталов сломан, — сказал Финн. — Значит, так. Вы должны будете вернуться сюда завтра и войти еще раз.       — Ты гений, — флегматично протянула Фло, — мы еще даже не вернулись назад.       — И не нашли Мариссу, — напомнил Локвуд.       — Вы и не вернетесь назад, если завтра не откроете портал сюда! — произнес как само собой разумеющееся Финн.       Никто ничего не понимал. Один Джордж наморщил лоб, соображая.       — Для чего, говоришь, рядом с порталом та штука? — он сделал круговой жест рукой, изображая сложную конструкцию, которую мы видели.       — Для того самого, Каббинс.       В наступившей тишине было слышно, как гудит, шуршит плазма, как топают призрачные ноги фантомов по полу. Из мрака показались новые.       — И куда ушла Марисса?       — В завтра.       Мы переглянулись. Но кто-то закрыл нам путь в настоящем. Хотя не обязательно, что именно Марисса. У нее много людей.       Впрочем, сейчас стоило поволноваться о собственной безопасности. Мы не могли выйти без «моста». Если сейчас он появится, значит, нам удалось уцелеть в прошлом, которое для нас еще будущее… так, кажется? А если нет…       Мои уши наполнил усиливающийся вой. Он толкнул меня в спину. Почти сразу за ним раздался гул и шипение. Столб плазмы в серебряной колбе прорезала черная полоса. Ее ближний конец с металлическим звоном ударился о бортик колодца. Второй терялся среди фантомов.       — И года не прошло, — прокомментировал Финн.       На мосту показалась тень. Судя по размерам, человеческая. Мы все напряглись. Кэт и Бобби едва сознание не теряли от потрясения, хотя Годвин, конечно, старалась виду не показать. Еще бы, столько всего свалилось на их головушки. Одно чудесное открытие за другим. Локвуд и Киппс прикрывали нас, пока мы встречали того, кто шел нам навстречу неизвестно из какого времени. Тень уверенно приблизилась. Не спускаясь, она остановилась у самого края. Лицо в тени капюшона осклабилось.       — Чтоб я сдох, — пробормотал Флеймс.       Фигура ухмыльнулась еще шире.       — Так и будет, если вы не перестанете таращиться и не пойдете за мной.       И он повернулся спиной. Даже не оглядываясь, пошел назад, а мы все как один уставились на Финна.       — Что смотрите, — сказал он, вспрыгивая на мост. — Живо, за ним.       Выбора у нас особо не оставалось. Переглянувшись, мы один за другим последовали его примеру. Железный мост, длинная полоса толстого металла шириной не более чем в пару шагов, погромыхивала под нашими ботинками. Вокруг в ореоле эктоплазмы плыли искаженные, злобные лица, полные бессильной ярости. Они тянули к нам свои руки, они разевали в безмолвном крике черные рты. Мост привел нас к другой стороне серебряного колодца. Он ничуть не изменился. Рядом так же стоял контейнер с галькой и гигантская рама, которая уже начала поднимать железную полосу, когда по ней пробежал и спрыгнул на пол Локвуд. Заскрежетали зубчатые колеса, застучали поршни.       Наш проводник встряхнулся, разбрасывая вокруг себя крупинки льда. Мы сделали то же самое. Какое-то время царила неуместно обыденная суета: все топали ногами, шуршали плащами и шелестели рапирами, затыкаемыми за пояс. И казались весьма этим увлеченными. Мы снова игнорировали очевидно-невероятное.       Я первая вскинула голову и прямо посмотрела на нашего спасителя. Хотя нет, если быть честной до конца, то вторая. Первым был Финн. Я посмотрела на него. Потом на второго молодого человека. Высокий, светловолосый и крайне всклокоченный, как Финн. На его лице играла усмешка, как у Финна. Его глаза блестели так же хитро, как у Финна.       Потому что это и был Финн Флеймс.       Точно такой же, как тот, что стоял рядом со мной и тоже ухмылялся. Воображает, наверное, какой фурор в наших головах производит на нас его двойное присутствие. Я не могла остановиться и переводила взгляд с одного на другого, сравнивая, сравнивая их без конца. Они не отличались. Вообще. Но мозг отказывался понимать, что это один и тот же человек. Фоном я слышала, как по-разному выражают потрясение мои друзья: тихая брань (Киппс), бормотание (Джордж), вздохи и шепот (ребята Фиттис) и плевок (Фло). Локвуд хранил многозначительное молчание.       Объяснение происходящему крутилось в моей голове, но никак не могло сложиться в четкую картину. Второй Финн, который привел нас сюда, хмыкнул, заметив мое замешательство, и большим пальцем показал куда-то в сторону.       — Ты глянь, кто еще тут есть, — сказал он.       В полумраке, озаряемом лишь светом эктоплазмы портала, шевельнулась чья-то тень. Не в плаще. Среднего роста, и, судя по очертаниям, явно девушка.       — Давай выходи, не тяни время, — позвал ее второй Флеймс. Первый все еще помалкивал, наблюдая (я покосилась на него) с интересом. — Без толку прятаться.       Девушка сердито вздохнула. На ее поясе сверкнула рапира. Она сделала шаг из-за рамы с подъемным мостом, оказавшись в неверном свете потустороннего сияния. Темные волосы, взлохмаченные ничуть не хуже флеймсовских, бледное лицо с большими темными глазами и заметными дугами нахмуренных бровей. Пухлые губы и упрямая линия подбородка.       — Мне кажется, я впервые в жизни упаду в обморок, — вдруг сообщил Джордж.       Наш Финн издал какой-то странный звук, то ли смешок, то ли подавленный вздох удивления. Девушка обвела нас всех сочувствующим взглядом и сказала своему Финну:       — Все-таки зря… мне сейчас станет нехорошо.       — Переживешь, — отозвался тот.       Не знаю, что она имела в виду, но мне действительно стало нехорошо. Я видела перед собой девушку одного со мной роста, с такими же волосами и лицом, она копировала мой голос, манеру, движения. У меня закружилась голова, меня повело. Где-то внутри поднялась волна протеста. Кажется, меня даже затошнило немного.       — Спокойно, — сказал наш Финн, — это же ты.       — Из будущего, — кратко и емко пояснил второй Флеймс. Демонстративно проверив время на воображаемых наручных часах, он добавил. — Отстоящее от вас всего на несколько часов.       Я и не заметила, как в попытке удержаться на ногах вцепилась во флеймсову руку. Мои пальцы сомкнулись на его локте, скрытом обледеневшим плащом, мерзлая корка на котором быстро таяла. Финн не возражал; хотя он так и не посмотрел на меня.       — Значит, мы в 17 сентября? — уточнил Локвуд. — Чудно. А Марисса-то где?       Кэт Годвин прошипела «не верю» и бросилась к двери. Выглянула. Убедилась, что призрак-ловушка сломана. Хотела броситься в коридор, но Бобби удержал ее.       — Как раз об этом, — сказал будущий Финн, игнорируя их, — вы не видели ее там?       Ответа не потребовалось, он отразился на наших лицах. На Той Стороне мы встретили только Финна.       — Значит, и себя вы не видели, — он переглянулся с той Люси. — Забавно.       — Ты, как всегда, бесишь, — подал голос Киппс, — о чем ты толкуешь?       Хихикнув, Финн ответил:       — О парадоксах, друг мой. Видите ли, вы отправились следом за Мариссой в прошлое. Несколько минут назад. Но на Той Стороне не встретили друг друга.       Фло пнула стенку серебряного колодца.       — Черт с парадоксами, — сказала она. — Мы лажанули. Что теперь делать?       Фло, как всегда, четко ставила вопрос ребром. Джордж крякнул и поглядел на Локвуда. Энтони, потирая подбородок, задумался.       — Карта, — сказал Финн. — Каббинс, доставай. Живо.       Джордж, бурча «раскомандовался», вытянул из-под накидки изрядно намокший от таящего инея большой лист плотной бумаги. Мы разложили его на полу и сгрудились вокруг; Джордж, оба Финна и Локвуд опустились на колени и склонились над схемой.       — Ищите ближайший, — сказал будущий Финн.       — Да знаю, — отозвался наш.       Голова у меня снова закружилась. Я видела, как косятся на двойников и мои товарищи. Факт вещь упрямая, однако осознаваться он не желал, нам всем требовалось подтверждение, что мы не спятили и правда видим других меня и Финна. Один Джордж сохранял невозмутимость, сосредоточившись на главной задаче — найти путь назад.       — Вы попадете в 1999, — быстро пояснял будущий Финн, — расписание путей еще не нарушено. Нужно выйти и снова зайти.       — Ага, значит, мосты перекидываются по графику, — ввернул Джордж.       — Но до моста в 16 сентября в 1999 слишком долго, вы не протянете. Вы идете в 1986, который открывается почти сразу после вашего прибытия, и ждете… смотри карту, Каббинс, сколько?       — Из 1986 в 16-е 2002-го… ох, два часа.       — Не так уж много, — сказал Локвуд.       — Можешь покуковать с Гостями на Той Стороне, я не возражаю, — отозвался Флеймс. — За пять минут до моста вы идете на Ту Сторону и…       — И дожидаемся, наконец, пути в свое время, — закончил Джордж.       Все замолчали. Будущий Финн обвел нас взглядом, читая на лицах у кого недоумение, у кого раздражение, у кого что, словом. Флеймс поднялся на ноги и деловито отряхнул накидку от последних крупинок льда.       — Только учтите, что по этому же мосту идет Марисса из 16-го. А еще я.       Джордж протер очки. Локвуд встал.       — Как же вышло, что ты остался на Той Стороне, а она ушла в завтра… то есть в сегодня?.. — последнюю часть вопроса он проговорил с явным сомнением.       Финн хмыкнул и повел плечами. Локвуду ответил наш Флеймс, который все еще внимательно разглядывал карту.       — При всей своей браваде Марисса та еще трусливая мразь, — спокойно сказал он. — До нее дошло, что все пошло наперекосяк, и испугалась предательства.       — Я не удивлен, — вставил Джордж.       — Она убежала в 17-е и закрыла за собой путь, — продолжил второй Финн, ухмыляясь. — А тут ее уже ждали.        — Вы все равно ее упустили, — насмешливо бросил прошлый Финн.       — Не я, меня не впутывай, — меланхолично отозвался будущий. Будущая Люси закатила глаза. О боже. И вот так я выгляжу, когда так делаю?..       Я слушала разговор краем уха. Все равно мне сложно было понять систему прыжков. Украдкой я наблюдала за своим двойником, пока не поняла вдруг, что, если это я в будущем, то ей известно, что я смотрю. Мне было жутко, но в то же время любопытно до зуда в кончиках пальцев. Я хотела рассмотреть своего двойника поближе, но подходить не желала. Мне хотелось поговорить с ней, но я ощущала, что не смогу издать ни звука. Поэтому я беспомощно поглядывала на нее… то есть на себя, ох, у меня сейчас голова лопнет.       — И не вздумайте мешать тому, кто разорвет ваш первый мост из цепи, если встретите его, — вдруг решил добавить будущий Финн, — иначе вы перепишете всех нас.       — Ты так уверенно говоришь, — произнес Джордж, — что я начинаю думать, кто-то уже переписывал что-то.       Мои и Финна будущие двойники молча переглянулись.       — Мне вот что интересно. Где же мы будем прятаться целых два часа, так, чтобы никто не заметил? — спросил Киппс.       Дельный, между прочим, вопрос. Много пар глаз устремилось на наших помощников, от которых, откровенно говоря, мороз шел по коже. Они посмотрели друг на дружку. Та Люси чуть кивнула. Другой Финн дернул плечом — мол, мне без разницы, и сказал:       — Вам поможет Ванесса Фиттис.       Мне думалось, удивиться сильнее уже невозможно, но у меня перехватило дыхание. Ванесса Фиттис! Женщина, которой уже нет в живых. Но там, куда мы пойдем, она еще будет жива. Безумие какое-то. Происходящее показалось мне осознанным сном. Ванесса является живым свидетелем того, что творилось в Фиттис. Она знает много о Мариссе и агентстве. И об экспериментах тоже.       Со словами «что глазами хлопаете, валите давайте» будущий Финн Флеймс принялся выпроваживать нас. Кто бы подумал! Добровольно идти на Ту Сторону, чтобы вернуться в свое время. Да если бы не двойники, ни за что не поверила бы, что мы в будущем. Все осталось прежним. Точно таким же. С другой стороны, и будущее-то недалекое. Всего лишь завтра, до которого осталось часа четыре.       — Не хочу, — стоя у портала, проговорила Кэт Годвин. — Не туда. Не снова.       Она крепко стиснула зубы, но ее трясло. Да, путешествие через мир иной оставляет свой след. Мы все чувствовали себя измотанными. Но если не будем двигаться, то все пропало. Надо же, какая ирония. Маленькая промашка (ну ладно, положим, не очень маленькая), и мы оказались в западне. Нас заперли сначала в мире мертвых, а потом в другом времени.       — Не ной, принцесска, — осадила Фло Кэт. — Хотя можешь оставаться тут и жить со своим двойником.       — Если не исчезнешь или вы не соберетесь в одно целое, — подлил масла в огонь Джордж, который увлекался самыми странными теориями. Кэт фыркнула и тряхнула челкой.       И мы вернулись. Вернулись туда, куда по своей воле не ступит ни один нормальный человек. Что ж, стоило давно признать, что мы немного чокнутые. Локвуд первым, я второй, за мной Кэт и Бобби, а кто потом, не знаю. Мы прошли назад по железному мосту, с рапирами в руках, готовые дать отпор любому, что или кто встанет на нашем пути.       Спрыгнули по ту его сторону, как будто просто перешагнули забор в сад соседа. Невероятность того, что мы намеревались делать, достигла своей крайней точки. Мой разум сказал «довольно» и перестал удивляться вообще. Я просто констатировала для себя события и действия. Это как со страхом. А может, и с любой другой эмоцией. Достигая точки кипения, она испаряется и оставляет тебя равнодушным.       Нападать на нас пока никто не собирался. А мы не собирались ждать, пока это случится. Не в нашей власти было заставить мост появиться раньше, но мы встали к нему спинами и приготовились отразить нападение. Рано или поздно оно произойдет, ведь сломанный портал сам собой не починится, а мы все еще тут. Стоим и ждем, в холоде потустороннего мира, и собираемся шагнуть из него в прошлое.       — Я вот о чем подумал, — задался вопросом Джордж, — почему мы в своем мире не видели ничьих «крадущихся теней»?       — Может, слишком много изоляции, — предположил Локвуд.       Гул, шипение. Мы обернулись. Столб плазменного света взрезало черное лезвие. Его край встретился с серебряным ободом кольца. Поколебавшись мгновение, Локвуд вспрыгнул на мост. Обернулся на нас и улыбнулся. Устало, но ободряюще. Так, как улыбался всегда… и давно.       — Девяносто девятый, — прокомментировал он, — добро нам пожаловать.       Мы пожаловали. Мы понимали, что можем встретить кого угодно и какие последствия способна принести такая встреча. Но лучше так, чем не делать совсем ничего. Я подумала, как хорошо, что мы заперты в подземельях Фиттис. Иначе неизвестно, удержались бы мы от искушения переделать историю.       Девяносто девятый встретил нас гудящей тишиной. Гудение создавало присутствие призраков, запертых в серебряных кольцах. Возле колодца стоял очень похожий, или даже такой же, контейнер с галькой. Рама с подъемным механизмом. Дверь с ловушкой над нею. Зал переходов оказался пуст. Мы спрыгнули на пол, вышли из круга и потоптались на месте, перегруппировываясь. Локвуд снова занял место во главе и уже приготовился идти обратно.       «А правда ли мы в девяносто девятом году? Мы что, серьезно шагнули во времени?» — вот что читалось на лицах ребят. Эти вопросы отпали сами собой, когда в поле нашего зрения появился человек.       Забегая вперед, скажу, что был это никакой не человек. Он и походил-то на него не очень, особенно вблизи. Просто в слабом свете, на расстоянии, мы приняли его за одного из сотрудников. Но это был охранник. Очень, очень злой и сильный.       — Все обратно, быстро! — скомандовал Локвуд, пропуская меня вперед. Но я не желала идти первой; началась толкотня, споры.       Страж приближался, и уже все заметили, что движется он резко и урывчато. Мы вытолкали обратно на мост Кэт и Бобби; и, пока Киппс уговаривал Холли последовать за ними, в портале скрылась Фло.       — Похоже на хреновину из гробницы, — сказал Финн.       — Она и есть, — согласился Джордж.       Резко развернувшись на месте, Локвуд вцепился в мое предплечье и толкнул к мосту.       — Я кому сказал, в портал! Все! быстро, сейчас же!       Сопротивляясь, я с нарастающим ужасом смотрела на фигуру. Она подняла из глубин моей памяти образ мертвеца, восставшего из могилы. Неживого тела, управляемого мстительным духом. Он не знает боли и страха, он способен раздавить человека своими руками.       Локвуд, борясь со мной, то и дело оглядывался через плечо. Понимая, что ему придется сделать выбор. Время не просто убегало, оно неслось. Кому-то из нас придется столкнуться со стражем.       По воздуху описал дугу какой-то округлый предмет. Его очертания смотрелись знакомо. Предмет врезался в марионетку и оглушил нас громким хлопком и вспышкой яркого света. Меня схватили за шею сзади и неделикатно пихнули, подтолкнув на мост. Я хотела обернуться, но меня толкнули в спину и голос Финна крикнул:       — Пошла, пошла!       Не бросаться же мне через сонм Гостей, окружавших мост, назад. «Ребята», — беспомощно пронеслось у меня в голове. Ведь Локвуд, Джордж и Киппс остались… или нет? Я поняла, что слышу целый хор-перестук ботинок по железу.       Я почти свалилась на Фло, едва не напоровшись на ее железный лом зловещего вида. Следом за мной из портала вынырнули Финн, Джордж и Локвуд. Прошла секунда, две, три. Холли обернула испуганное лицо к нашему лидеру, но тут из кольца показался Киппс, живой и невредимый.       — Оно за нами не погонится? — непривычно тоненько спросила Кэт.       Локвуд пожал плечами.       — Чего встали, мы опоздаем, — напомнил всем Финн. — Где следующий переход?       Джордж перевел дух, осмотрелся, моргая, и заковылял к другому кольцу. Я поймала и себя, и своих товарищей на том, что оглядываюсь назад. Марионетке ничто не помешает войти. Дух заперт в серебряном теле, что ему какое-то железо.       — Откуда у тебя греческий огонь? — услышала я за спиной голос Киппса.       — Из арсенала, — ответил Флеймс. — Что бы с вами стало, болваны, если б не я.       — То же самое, что и с тобой. Нас бы разорвали.       Смешок. Да уж, очень весело. Ну и разговорчики вы ведете.       — Гости, — флегматично доложила Фло. Я устало, со скрипом повернула голову в указанном направлении. Из мглы показались нечеткие силуэты. Пока что несколько, зато они определенно учуяли нас и верно приближались. Нет, не надо. Я не выдержу еще одной схватки.       Нас вели Локвуд и Джордж, которые запомнили портал и время, когда он должен открыться и мы пройдем туда. Не все пути проходили через один колодец — их было слишком много. На определенный период по порталу.       Я еле шла. С трудом переставляли ноги мы все. Наше хриплое дыхание стояло у нас в ушах вместе с монотонным стуком подошв по мерзлому полу зала. Задевая его со звуком «скрж», волочился за мной кончик рапиры. Фантомы двигались нам наперерез.       — Ходу, — натужно скомандовал Локвуд, пропуская нас всех вперед.       Джордж постарался прибавить. Мы, выдыхая облачка пара, тоже. Я уже успела вычислить, к какому порталу мы направляемся, и шагать стало как-то легче. Впереди колыхалась накидка Джорджа, рядом со мной шли мои друзья, и Финн тоже. Замыкал наше шествие Локвуд, как всегда, решивший выступить в роли щита и главную опасность, в случае чего, принять на себя. Хоть и вряд ли ему кто-то это позволит.       На сей раз нас было много, а не всего двое, мы четко знали, где мы, куда и зачем идем. Остановившись у нужного кольца, мы повернулись лицом к подступающей опасности. Шаги духов странным потусторонним эхом разносились, не в пространстве, а в моей голове.       Локвуд встретил первого призрака витком клинка. Второго рассек Финн своим багром, третьего взял на себя Киппс. Джордж пытался отдышаться. Я подняла рапиру, казавшуюся теперь тяжеленной, словно дубина. Вон они, идут, серые, с пустыми глазами и бесстрастными лицами, шагают, притворяясь людьми после смерти.       — Что мы, спятили, — надрывно проговорила Кэт, — смотрите! Мост же открыт!       Она стояла с самого краю, у бока серебряного кольца, не видного нам. На пару с Бобби отогнав какого-то очень шустрого призрака, они вскочили на бортик и шагнули на мост, пропав из глаз в облаке плазмы. Отвлекшись на них, я едва успела отразить атаку другого фантома: маленькой, верткой девочки, у которой не было пол-лица. А затем меня снова толкнули. Я резко обернулась и наткнулась на яростный и красноречивый взгляд Финна.       — Двигай, — одними губами сказал он мне.       Отбиваясь от призраков, мы вновь отправлялись в неизвестность. Будь обстоятельства чуть более благосклонны, мы б сначала разведали, как там и что. Но увы. Оставалось лишь не давать фантомам подобраться слишком близко, а там уж защиты серебряного кольца и железного моста хватало. Я неловко взобралась на уже покрывшийся тонким льдом мост, чуть не сверзилась, от нахлынувшей злости испытав желание хряснуть по металлу рапирой.       Так хотелось оглянуться, но оглядываться было некогда, да мне бы и не дали. Быстро, стараясь не смотреть на пленников очередной серебряной гигантской колбы, мы достигли другого края моста и погрузились в блаженное тепло живого мира в ином времени.       Могу ли я сказать, что нас там ждали?.. Пожалуй, нет. Разве что в переносном смысле. Между нами и выходом стояло кресло-каталка. В ней кто-то сидел, укрытый одеялом. Человек — мы очень понадеялись, что это человек — повесил голову. Длинные темные волосы скрывали лицо, но обнажали острые хрупкие плечи и линию шеи. Одна тонкая рука, лежавшая на подлокотнике, выглядывала из-под одеяла.       Дрожа от остаточного холода, я разглядывала женщину. Да, определенно женщина. Она словно не заметила нашего появления. Остальные, кто пришел раньше нас, вели себя тихо, как мышки, и шипели на всякого, кто появлялся из портала. Стараясь не бренчать оружием и не греметь обледеневшими накидками, мы стояли у моста, который уже начал подниматься. Довольно громкий механизм. Пока мы глазели на него, как он втягивает черный железный язык, отупевшие, заторможенные после погружения в океан потустороннего холода и смерти, забыли, что мы здесь не одни.       — Кто вы?       Мы все одновременно вздрогнули и повернули головы. Женщина в кресле смотрела прямо на нас. На ее бледном лице, обрамленном темными прядями, живо сияли внимательные глаза. Она обвела ими нас всех. Поворот ее головы заставил меня вспомнить, где прежде я видела ее. На фото за стеклом, рядом с другими карточками Мариссы и агентов Фиттис.       — Кто вы такие? — повторила Ванесса Фиттис удивительно ясным голосом.